Клуб читателей
Гордон
 
Публикации ЭКСКЛЮЗИВ «ГОРДОНА»

Киевлянка Хорошунова в дневнике 1941 года: В шесть утра передача по радио началась с лозунга: "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!" на немецком

"ГОРДОН" продолжает серию публикаций из дневника Ирины Хорошуновой – художника-оформителя, коренной киевлянки, которая пережила оккупацию украинской столицы в годы Второй мировой войны. Этот документ – уникальное историческое свидетельство, не воспоминания, а описание событий в реальном времени. Редакция публикует дневник в те даты, когда его писала Хорошунова, которой в момент начала войны было 28 лет. Сегодня мы представляем читателям запись от 17 сентября 1941 года.

Укрепления в центре Киева, 1941 год
Укрепления в центре Киева, 1941 год
Фото: zalizyaka.livejournal.com

17 сентября 1941 г., среда

Весьма оживленно в городе. Кольцо сомкнулось, оно все сжимается. Войска все сдвигаются к Киеву. Начальники, которые хотели выехать, все вернулись назад. Всех раненых, направлявшихся в Полтаву, Прилуки, Лубны, всех привезли в Киев. Только в одной детской больнице возле Зоологического сада их 1,5 тыс. человек.

Все продукты свозят в Киев. Свозят и все снаряды. По городу носятся машины. Чувствуется возбуждение во всем.

Увеличились очереди за хлебом. Теперь работающие получают по 500 грамм, а остальные по 300. Вчера в районе вокзала и Красноармейской хлеб привезли лишь вечером. Сегодня по городу магазины продают сливочное масло.

Все еще строят заграждения перед витринами магазинов. Уже многие из них забиты снаружи досками доверху и засыпаны внутри песком. Свозят доски и во дворы. Говорят, что будут забивать окна нижних этажей. Киев превращается в крепость. Те, кто возвращается или приезжает в Киев, удивляются тому, что жизнь внешне идет нормально, несмотря на непрекращающуюся перестрелку. Вчера ночью снаряды попали в ТЭЦ, в мост, что идет к Соломенке, на улицу Саксаганского №2, на Степановскую и в другие места. Всех не знаю, да их и не перечислить. Пока никто не говорит о попаданиях в большие заводы "Арсенал", "Большевик", "Ленинская кузница". Надеюсь, что они целы, наши заводы.

Откуда-то пронесся слух, что немцы объявили нам ультиматум: сдать Киев или его будут бомбить

На Сталинке и Соломенке большие разрушения. Вчера днем меньше стреляли и далеко. И сразу же откуда-то пронесся слух, что немцы объявили нам ультиматум: сдать Киев или его будут бомбить. И на размышление якобы был дан целый вчерашний день. Но размышления, по-видимому, не было. Как стреляли позавчера, так и вчера, только дальше и меньше. А ночью вчера стреляли близко через равные получасовые промежутки. В школах вчера было по четыре-пять человек в классе. О том, что наша связь с внешним миром прекращается, свидетельствует отсутствие почты и, главное, газет. Вчера в городе была только "Пролетарская правда", клише которой, очевидно, готовится в Киеве.

Пишу в магазине. Против обыкновения уже больше часа никого из покупателей нет.


Улица Большая Васильковская (Красноармейская) Фото: http://starkiev.com/
Улица Большая Васильковская (Красноармейская)
Фото: starkiev.com


Что-то произошло с радио. Вчера оно играло целый день, как обычно, а сегодня утренние передачи начались и окончились очень странно. В шесть часов утра обычная передача вдруг началась с лозунга: "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!" на немецком языке. И голосом другого диктора, не того, который обычно говорит. Затем заговорила Москва, опровергая немецкие сообщения о том, что еще 3 числа они заняли Брянск. Окончилось опровержение сообщением о больших потерях немцев под Брянском. Вдруг на полуслове радио замолчало. И молчит совсем до сих пор. Ни одного звука не доносится из репродукторов.

Сейчас 12 часов дня. Испортилось ли наше киевское радио или какие-нибудь другие причины заставили его умолкнуть?

Вчера на Сенном базаре будто бы подняли листовки, в которых немцы обращаются к красноармейцам с предложением сдать Киев, чтобы не губить жен и детей

Вчера на Сенном базаре будто бы подняли листовки, в которых немцы обращаются к красноармейцам с предложением сдать Киев, чтобы не губить жен и детей, потому что иначе они будут разбивать город. Но мы знаем, что Киев еще никто не собирается сдавать. И хотя готовятся, может быть, страшные события, сейчас радостное чувство, что мы не сдаемся. А стреляли утром страшно. В течение часа орудия громыхали ураганным огнем. Выстрелы сливались в один перекатывающийся гул. И трудно было разобрать, откуда стреляют. Казалось, отовсюду.

Ребята снова не пошли в школу, хотя эта упорная канонада окончилась к восьми часам утра, и теперь стреляют не очень часто, но близко.

Слышны разрывы в стороне Сталинки и Печерска. Но жизнь по-прежнему идет своим чередом. Мчатся машины и громко шумит очередь, которая заняла весь тротуар.

Сейчас потеплело, а ночью было холодно, морозно. Светит солнце, и пока выстрелы далеко, на них никто не обращает внимания.

Сегодня покупателей мало, но они все же приходят. Один сказал: "Пришел посмотреть на храбрую женщину, которая не боится сидеть в магазине в такое беспокойное время". Он же сообщил, что только что разорвался снаряд в ограде Софийского собора.


Строительство укреплений в Киеве, 1941 год Фото: retrobazar.com
Строительство укреплений в Киеве
Фото: retrobazar.com


Снова готовим мешки №1. Очевидно, в любую минуту может наступить момент, когда надо будет засесть в подвал. И неизвестно, можно ли будет выйти из него. А что такое происходит вообще – определить невозможно. На что рассчитывают руководители армии?

Говорят, что Буденный был в Прилуках. Значит, теперь он, наверно, будет в Киеве. И что на помощь нам идет Тимошенко с полуторамиллионной армией. Вообще же мы, как и все время, ровно ничего не знаем. Не могу себе представить, чтобы допустили гибель такой большой армии, которая оказалась в кольце возле Киева. И думаю, что все-таки пробьются. И наше осадное положение не окончательно.

Ближе разрывы, и улица делается беспокойнее. Некоторые прохожие бегут. Но большинство идет медленно. А очередь за маслом стоит.

Радио молчит. Выстрелы все на одинаковом расстоянии, слышны с перерывами в полминуты или подряд.

Очень ли ощущается паника? Скорее, нет. Лица встревоженные, серьезные, и много веселых, смеющихся лиц. Где-то очень близко разорвался снаряд. Задребезжали стекла. Задрожали руки.

Тревожно в библиотеке. Там боятся снарядов оттого, что немцы будут нащупывать батареи в Николаевском парке и Ботаническом саду.

Через час пойду к ним.

Предыдущая запись в дневнике – от 16 сентября.

Редакция благодарит Институт иудаики за предоставленные материалы.

За идею редакция благодарит историка и журналиста, сотрудника Украинского института национальной памяти Александра Зинченко.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

КОММЕНТАРИИ:

 
Уважаемые читатели! На нашем сайте запрещена нецензурная лексика, оскорбления, разжигание межнациональной и религиозной розни и призывы к насилию. Пожалуйста, не используйте caps lock. Комментарии, которые нарушают эти правила, мы будем удалять, а их авторам – закрывать доступ к обсуждению.
 
Осталось символов: 1000
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
 

 
 

Публикации

 
все публикации