П'ять років тому в особняку за 40 кілометрів від Лондона виявили мертвим 67-річного колишнього російського олігарха і медіа-магната, одного з найяскравіших і найактивніших критиків путінського режиму Бориса Березовського. Слідство схилялося до версії самогубства. У березні 2014-го англійський суд, який досліджував загибель бізнесмена, виніс відкритий вердикт про неможливість достовірно встановити обставини смерті олігарха. В ексклюзивному інтерв'ю засновнику видання "ГОРДОН" Дмитрові Гордону старша донька Березовського Єлизавета розповіла історію життя свого батька, про те, яким він був із рідними та близькими, про нестикування у слідстві, а також пояснила, чому категорично не вірить у версію про самогубство.
Мама была невероятной красавицей, а папа красивых женщин всегда любил
– Лиза, я с большим уважением относился к твоему отцу Борису Абрамовичу Березовскому. Мне дважды посчастливилось видеться с ним в Лондоне, долго и подробно общаться. Это были незабываемые встречи, во многом пророческие: то, что он говорил и о России, и о Путине, и о себе, странным образом сбывается...
– Спасибо! Когда ты обратился ко мне с предложением встретиться и побеседовать, это единственный раз, когда я согласилась: именно потому, что ты у моего отца брал интервью. Я так рада, что эти две программы были сняты, благодаря им я снова могу видеть папу живым! И сделаны они потрясающе естественно, я больше не видела передач, где папа был бы настоящим. У тебя он абсолютно такой, как есть, и мне кажется, люди должны судить о нем именно по таким программам.
– Твоя мама Нина Васильевна и твой отец познакомились, будучи студентами Московского лесотехнического института. Каким же образом их в не самый престижный в Москве вуз занесло?
– Мама пошла учиться в этот институт, насколько я понимаю, потому что он находился в подмосковных Мытищах, недалеко от того места, где она тогда жила, а папу не приняли в МГУ на мехмат: с такой национальностью, как у него, туда тогда никого особо не брали. Хотя папа и хорошо сдавал вступительные экзамены, на последнем его все равно зарубили, поставив двойку по математике.