Осталось продержаться еще двое суток – и в этой зимней бойне мы снова выживем

Полночи шла война, дрожали стекла, дергались двери. Не спала, ждала сообщений от детей.

У детей война шла еще сильнее, писали сообщения.

Утром мы растопили котел, погнало горячую воду в трубах. Еще холодно с ночи, но это не тот холод, когда дом непрогретый и ты его греешь, греешь, а он никак не отмерзнет.

Как тело греешь. Будто уже и тепло пошло, а тело привычно трясет.

Осталось продержаться еще двое суток, и в этой зимней бойне мы снова выживем.

Тело крутит и ломает. Потому что не спала, держалась на низком старте – бежать, прятаться. Если успею. Но я все же за городом, здесь меньше обстрелов. А как же болят тела у тех, кто провел эту ночь в эпицентрах ночных обстрелов, на полу в коридоре, на полу в метро.

Боль тела после таких ночей – признак сегодняшнего дня.

Мои друзья – на фронте. Там эпидемия простудных заболеваний. Не удивительно.

И не удивительно, что фронтовые тела измучены больше всего. Спрашиваю у друзей что и как, отвечают, что говно. Спрашиваю, что говно – болезнь или война? Отвечают: "Все говно".

Не могу не согласиться.

Но в другом разговоре я отвечаю на вопрос, что можно сделать с переводом после ранения. Мне отвечают: "Скорей бы восстановиться и ехать".

На фронт.

Скорей бы восстановиться и ехать, там дальше нецензурное, поэтому цитату обрываю. Там дальше досконально рассказывается, что должен сделать человек с теми, кто ведет обстрелы городов Украины.

Нам нужна помощь.

Нам не нужно везти горячие супчики, чтобы раздавать их на улицах. С этим справимся.

О нас просто нужно говорить.

Один человек написал: "Если сегодня каждый из моих иностранных френдов напишет хоть строчку об Украине, о том, что делают с украинцами, это уже будет помощью".

Немного наивное пожелание, правда?

Но это работает. Если вы удивляетесь, просто поверьте. Это работает.

О нас нужно говорить.

Источник: Diana Makarova / Facebook

Опубликовано с личного разрешения автора