ВОЙНА В КИЕВЕ
В годы Второй мировой войны Киев пережил один из самых разрушительных моментов своей истории. Серьезный урон нанесли не только фашистские бомбардировки, но и Красная армия, которая при отступлении дотла сожгла и разрушила центр украинской столицы. С 1941-го по 1943-й годы погибли сотни тысяч киевлян, а трагедия расстрела евреев в Бабьем Яру вписана кровавой страницей в страшную книгу истории мирового геноцида. Хуже тех дней войны было только татаро-монгольское иго. Об оккупации и ужасах военного Киева, которые невозможно и нельзя забыть,  --- спецпроект Gordonua.com.  
ПАДЕНИЕ КИЕВА. 1941 ГОД

Военная хроника Киева в официальных источниках начинается, как правило, со слов: "После тяжелых продолжительных боев, которые шли более двух месяцев, в ночь на 19 сентября 1941 года советские  войска оставили украинскую столицу ". Дальше – два мучительных года оккупации. Предательство и героизм. Страх и отвага. Разрушенный город. Бабий Яр. Голод. И освобождение: "После тяжелых продолжительных боев, в ночь на 6 ноября 1943 года гитлеровские войска начали отступление…"

Один параграф в школьном учебнике. Для ленивых. Для тех, кто хочет знать и помнить - несколько гигабайт документов, сотни книг, документальные и художественные фильмы. Тысячи публикаций, фотографии, инфографика. А еще художественные фильмы. Тысячи публикаций, фотографии, инфографика. А еще живые дневники. Тогда еще не ЖЖ, а бумага и перьевые ручки.

 

19 сентября 1941 года. В этот день немецкие войска вошли в город, разрушенный и сожженный отступающими советскими войсками и разграбленный местными мародерами. Ужасы войны только начинались. Два последующих года править в украинской столице будут солдаты Вермахта, страх, голод и смерть.

С 12 часов дня на здании ЦК КП(б) Украины (сейчас – здание МИД Украины) развевался фашистский флаг.

В городе расклеены приказы и распоряжения, регламентирующие жизнь и обязанности киевлян. Почти все они заканчиваются фразой "За невыполнение — расстрел". Один из первых приказов, опубликованных на немецком, украинском и русском языках, был о немедленной сдаче оружия и военной амуниции. Приказы дублируются газетой "Українське слово". Редакция находилась на ул. Кудрявская, 24 (сейчас – ул. Воровского, 24). Тираж газеты быстро расходился, так как она была единственным источником официальных новостей в информационном вакууме и стоила недорого — 50 коп.

Газета "Українське слово" впервые вышла в 1933 г. в Париже, являясь печатным органом украинской эмиграции. В Киеве газета издавалась с 21 сентября 1941 года по 26 сентября 1943 года.

На стенах домов, заборах расклеены немецкие агитационные плакаты с портретом фюрера, основным посылом которых является слоган "Гітлер — визволитель" или красочные фотографии уничтожения советской техники, взятие пленных "сыновей Сталина и Молотова" и утверждение, что советы войну уже проиграли.

Из дневника киевлянки Ирины Коршуновой:

4 июля 1941 года
Какое-то безумие охватило город. Словно враг уже возле самого Киева. Все улицы наполнены бегущими к вокзалу людьми. У всех на лицах одно единственное желание — уехать, уехать скорее, как от чумы или проказы…

26 июля 1941 года
Тихо на улицах. Народ как будто пришибленный. В трамваях всегда можно ехать сидя. Самые разнообразные толки ходят по городу. У всех состояние напряженного ожидания. Есть публика, которая остается в Киеве с явным расчетом на изменение общественного строя.

6 августа 1941 года
Теперь уже нет времени в сутках, когда бы не стреляли. Канонада ли, зенитки ли, пулеметы ли. Часы затишья теперь все реже и реже. Вчера вечером на Киев летело более ста самолетов. Долетело сорок. Они бомбили мосты и Бровары. Бросали бомбы в Дарнице. Мосты целы еще, но без конца из Броваров везут раненых. Бомбят Борисполь.

По Крещатику идут и идут войска. Они движутся в сторону Дарницы.
Закрыты многие магазины. В остальных ничего нет. На улицах совсем немного гражданского населения. Город полон военными. Милиция вооружена гранатами.
Говорят, что немцы совсем близко от Киева.

Разгромленные магазины в центре Киева за дни безвластия в городе перед вступлением немцев. 1941 год.
Разгромленные магазины в центре Киева за дни безвластия в городе перед вступлением немцев. 1941 год

25 сентября 1941 года

Все рухнуло. Рухнуло быстрее, чем мы могли предположить. Сегодня седьмой день немцы в Киеве.

Бульвар Шевченко представлял собой страшное зрелище. Повозки, машины, орудия, походные кухни, пехота — все смешалось в одну непрерывную, бегущую толпу, стремящуюся прочь из города в сторону Днепра.

Начались пожары. Горели эти взорванные здания и швейная фабрика имени Свердлова. А со стороны вокзала подымались огромные столбы черного дыма — это горели и взрывались вокзал и ТЭЦ.

Все знали уже: наши войска уходят. И, как было сказано раньше, взрывают объекты, которые не должны достаться врагу. И трудно сказать, чего больше боялись — врагов или пожара, потому что в городе не было воды.

погибший солдат Красной Армии под Киевом после отступления советских войск из города
погибший солдат Красной Армии под Киевом после отступления советских войск из города

Водоканал был взорван еще с утра, и рассчитывать на воду не приходилось.
И кто-то пришел с известием, что в городе немцы. Побежали все в сквер возле Андреевской церкви. Оттуда увидели, что это правда. По Красной площади медленно, ровной цепью по два в ряд двигались немецкие мотоциклисты.
Все у немцев было не похоже на наше. И огромные машины, все необыкновенно оборудованные. И целые дома на колесах с самым разнообразным устройством. И вылощенный, чистый откормленный вид. Все резко отличает вид этой армии от наших войск, наших людей.

21-го числа появились на улицах первые приказы. Все они были напечатаны на двух или трех языках, украинский и немецкий обязательно. В них население призывалось к спокойствию. Предлагалось вернуть все взятое в магазинах, сдать оружие и радиоприемники (хоть их только накануне они же и выдали), соблюдать светомаскировку, не прятать, а выдавать партизан, красноармейцев, коммунистов. И заканчивались все приказы тем, что неповиновение карается смертью.

На Крещатике в 30-м номере, где прежде была какая-то второстепенная гостиница, поместилась городская комендатура. На углу Прорезной и Крещатика с другой стороны, где был "Детский мир", поместилась жандармерия. В комендатуру должны были являться все начальники учреждений для регистрации.25 сентября на всех улицах, чуть ли не на каждом шагу расклеили портреты Гитлера. Он изображен в таких же тонах, как И.В.Сталин на портретах наших художников. Стоит с гордым видом, подбоченясь. А под портретом надпись: "Гітлер — визволитель".

Город был наполнен фантастическими слухами. Говорили, что Советский Союз погиб, что в партии раскол. Что Сталин и Каганович оказались одни, а против них выступили Молотов, Ворошилов и другие. Потом говорили, что Сталин застрелился потом — что его застрелил Ворошилов, потом — что он уехал в Вашингтон.

25 сентября 1941 года
Взрывы продолжались. Без конца вырастали слухи о том, что город подожгли евреи. Было совершенно очевидно, что это очередная провокация, но никто не мог сказать, что она готовит.

Лагеря пленных в Дарнице и в Броварах. Туда вереницами идут женщины. Они несут еду, потому что пленных не кормят.
Сбиться с дороги нельзя. От самой пристани и до лагерей женщины идут толпой, непрерывным потоком. На расстоянии в 18 километров нигде нет перерыва в этой людской женской реке.

Немецкие войска входят в Киев

Немецкие войска входят в Киев: "Целые дома на колесах с самым разнообразным устройством"

Немецкие солдаты в Киево-Печерской Лавре и на улицах украинской столицы
Немецкие солдаты в Киево-Печерской Лавре и на улицах украинской столицы

 
КИЕВ ИЗ ОГНЯ И ПЕПЛА
 
Несмотря на последующие изыски советсткой пропаганды, утверждавшей впоследствиии, что Киев дотла сожгли немцы, масштабнейшие разрушения города – дело рук спецагентов Красной армии.

Решение советского руководства заминировать Крещатик и другие жизненно важные объекты города было принято после того, когда немецкие войска, прорвав оборону, вышли в район реки Ирпень 11 июля 1941 г.

Площадь Калинина – нынешний Майдан Незалежности – выглядела так после отступленяи советских войск
Площадь Калинина – нынешний Майдан Незалежности – выглядела так после отступленяи советских войск

Первоначально начали сжигать архивы и документы. В дальнейшем группы армейских саперов приступили к минированию госучреждений, промышленных предприятий, гостиниц, культурно-просветительных зданий.

1941 год. Улица Лютеранская после пожара

При минировании применялись мины различных типов в т. ч. новейшей конструкции — радиоуправляемые мощные фугасы, т. н. ТОС — техника особой секретности (изобретатели: Бекаурия, Миткевич). Первый взрыв произошел 20 сентября 1941 года на смотровой площадке Лавры, в результате которого погиб начальник артиллерии 6 германской армии, много солдат и офицеров.

Немцы, войдя в город, напротив, занялись тушением и локализацией  пожаров, но взрывы продолжались.

24 сентября 1941 года после обеда произошел сильный взрыв на первом этаже комендатуры. Взрыв днем давал возможность исключить ночную панику проснувшихся жильцов расположенных рядом домов. В результате диверсии погиб первый комендант Киева и весь личный состав комендатуры.

Начались взрывы и пожары в других местах Крещатика и прилегающих улиц. Жители опасной зоны в спешке начали покидать свои жилища. Над Киевом образовалась огромная туча черного дыма, пахло гарью, ночью стояло зарево от пожаров. Немецкие пожарные не в состоянии были погасить очаги пожара из-за отсутствия достаточного количества воды и пожарных машин. Проложенные шланги для подачи воды из Днепра выводились из строя подпольщиками. Огонь перебрасывался на соседние жилые здания. Быстрому распространению пожаров способствовало также хранение жильцами в квартирах большого количества (про запас) керосина для примусов в бутылях, бачках и даже ваннах.

Разрушенный Крещатик
Разрушенный Крещатик

С целью локализации пожаров немецкие саперы взрывали рядом стоящие дома, образуя "мертвую зону", предварительно выселив оставшихся жильцов.

Отчет уполномоченного министерства оккупированных восточной обл. при группе армии "ЮГ" капитана Г. Коха:

Киев 5 октября 1941 г.

Секретно

...Пожар Киева 24—29 сентября 1941 г. разрушил как раз центр города, т. е. самую красивую и величественную его часть — с двумя крупнейшими гостиницами, главным почтамтом, радиоцентром, телеграфом и несколькими университетами. Пожаром поражено пространство около 2 квадратных километров, без крова осталось около 50 тысяч человек, они кое-как размещались в оставленных квартирах. В наказание за явный саботаж 29—30 сентября уничтожены евреи города, в общей сложности (по сведениям оперативных команд СС) около 35 тысяч человек, половина которых — женщины.

Жители покинутых домов размещались у родственников и знакомых, в Ботаническом саду, Золотоворотском сквере, в других безопасных местах.

Впоследствии городская управа выделила им жилой фонд, оставшийся после эвакуации семей на восток, а позже — квартиры расстрелянных евреев в Бабьем Яру. Распределяя квартиры, должностные лица городской управы проводили пропагандистскую работу с будущими жильцами, рассказывая о злодеяниях "жидо-большевистского режима".

В галерее – ужасающие фото сгоревшего Киева:

 
 
Хроники сгоревшего и разрушенного Киева. 1941 год.
 
 
 

В интервью Gordonua.com рассказывает Марк Гинзбург, потомок известного киевского бизнесмена и застройщика Льва Гинзбурга:

Лев Борисович – этот брат моего дедушки по отцовской линии. Родился он 1868 году. А мой дед в 1890-м. Я не знаю как правильно по терминологии. Внучатый племянник?

Когда я был ребенком, родители водили меня на демонстрацию 1 мая или 7 ноября. Ну как на демонстрацию, на Крещатик, на народные гуляния. Мы сворачивали на улице Карла Маркса (бывшую Николаевскую, а ныне Городецкого). Отец шел к кинотеатру Украина и останавливался возле дома, где на первом этаже был магазин “Подарки“ (Городецкого, 9). Он подолгу стоял и молчал там. Пока я был маленьким, родители мне не объясняли этого. Гордиться же полагалось рабоче-крестьянскими корнями, пролетарским происхождением, а не дедом миллионером. Когда я стал старше, они рассказали мне, что это “дом Гинзбурга“.

Дом Гинзбурга
Дом Гинзбурга на Николаевской улице (ныне – Городецкого)

Киевляне, наверное, знают словосочетание “дом Гинзбурга“. Он построен в 1900 году и находится сегодня по адресу улица Городецкого 9. (Тогда улица Николаевская). Это очень красивый дом, но, к сожалению после войны сохранилась только фасадная его часть. В начале 20 века в Киеве это было одно из самых известных зданий. И на то время —самый технологически совершенный дом.

В каждой квартире было такое специальное окошко, куда можно было положить, скажем, корзинку с бельем, нажать кнопку и отправить белье консьержке. С записочкой для прачечной. Все квартиры имели вот такое невероятное сообщение. Или наоборот, пользуясь этим благом цивилизации, можно было прямо в квартиру получить кофе и горячие булочки. В доме конечно жили известные люди. Художники, писатели, государственные деятели.

Льва Борисовича часто называют архитектором. Но он на самом деле он им не был. На современный манер его правильно было бы назвать “девелопер“ (от англ. develop — развивать, разрабатывать, создавать, совершенствовать). Можно "застройщик" или "подрядчик". В Киеве на рубеже XIX и XX веков его как раз называли подрядчиком.Но он очень тесно работал со знаменитыми архитекторами. Например, ряд зданий сделал с Владиславом Городецким.

В начале века, в 1910 году, компания Гинзбурга построили жилой дом на Бульваре Шевченко 5. Тоже уникальный для того времени, с барельефами женских фигур. Сейчас это отель. А еще чуть позже Лев Борисович построил, наверное, самое известное свое здание — 12-этажный доходный дом. Его так и называли "небоскреб Гинзбурга". Это был дом почти на 100 квартир. Он располагался между улицами Институтская и Городецкая. Если не ошибаюсь, это был самый высокий дом в Российской империи. К сожалению 24 сенября 1941 года дома не стало. Его взорвали.

Взорванный Дом Гинзбурга в Киеве. 1941 год.
Взорванный "небоскреб Гинзбурга" в Киеве. 1941 год

Вообще огромное количество знаковых для сегодняшней столицы Украины зданий построила именно компания Льва Гинзбурга. Это и здание Национального банка, и Городской театр (сегодня — национальная опера), и театр “Соловцов“ (сегодня — театр имени Ивана Франко), и Троицкий народный дом (сегодня — киевская оперетта), и Музей древностей и искусств (сегодня — Национальный художественный музей) и еще много известных столичных зданий.

Ах, да, Киевский политехнический институт тоже строил Гинзбург. Его называли королем киевских подрядчиков. Если взять сегодня все красивейшие здания Киева, то практически каждое из них построила компания Гинзбурга. У него была невероятная производительность труда, умноженная на талант. Он спал по 4 часа в сутки и работал без выходных семь дней в неделю.

Был настоящим перфекционистом очень внимательным и требовательным к деталям. Ему доверяли строительство лучшие архитекторы и проектировщики. Он все строил в очень короткие сроки. Просто невероятным кажется сейчас такой темп.

К примеру, корпуса Южнорусского машиностроительного завода или как привычнее "Ленинской кузницы" были построены за шесть месяцев. Все основные корпуса Киевского политехнического института были возведены за 14 месяцев. Другие застройщики не могли поверить, что такое возможно.

Вклад, который внес Лев Гинзбург в архитектурный образ Киева, на мой взгляд заслуживает, как минимум, памяти.

Разрушенный дом Гинзбурга. Ограждение из подручных средств Крещатика. Вид со стороны площади Калинина ( сейчас – Майдан Незалежности).
Разрушенный Дом Гинзбурга. Ограждение из подручных средств Крещатика. Вид со стороны площади Калинина ( сейчас – Майдан Незалежности)

Кроме знаковых зданий, которые кроме прочего приносили доход Льву Борисовичу, как бизнесмену. Он строил целый ряд больниц и приютов. На улице Дегтяревской 19, напротив здания танкового училища, там выстроен целый комплекс, сегодня – памятник архитектуры. Тогда это была богадельня Дегтярева. Потом – Александровский приют для мальчиков (на углу улиц Якира и Белорусской), амбулатория для чернорабочих (сегодня – корпус Охматдета на улице Косиора), 4-я мужская гимназия (улица Красноармейская, 96) – все это строил Лев Борисович. И это была абсолютная благотворительность.

Также как здание и хоральной синагоги (теперь это улица Шота Руставели, 13), начальное еврейское училище (сегодня – Институт Патона) и известнейшая сегодня областная больница на улице Багговутовской, 1. Тогда это была еврейская больница, но на самом деле там принимали всех пациентов независимо от вероисповедания.

Дым из развалин пробивался еще в течении нескольких дней. На фото виден выгоревший остов дома Гинзбурга.
Дым из развалин пробивался еще в течении нескольких дней. На фото виден выгоревший остов Дома Гинзбурга

Гингзбург был настоящим патриотом. После строительства здания Политехнического института ему предлагали учувствовать в конкурсе на строительство юго-западного комплекса Оксфорда. В конкурсе принимали участие около 80 подрядчиков. Лев Борисович прошел во второй тур, но потом отказался от участия. Его приглашали работать в Чикаго, но он всегда однозначно отказывался уезжать.

Он умер в больнице в совершенно безденежном состоянии. И никто толком не понимает почему.

Когда я, вначале 90-х, впервые приехал из эмиграции в Украину, то первое что сделал – купил квартиру в доме Гинзбурга. Восстановил историческую справедливость. И немного пошел по стопам Льва Борисовича, немного строю.

Я очень трепетно отношусь к Киеву. Без всяких политических симпатий и антипатий для меня то, что происходит с городом, это ужасно. Я не выношу энергетику разрушения. Только созидание. Как можно ломать и рушить памятники? Кому бы они небыли поставлены. Я понимаю возможность цивилизованного демонтажа, но никогда не пойму вандалов.

Киев, октябрь 1941-го. Останки Дома Гиндзбурга
Киев, октябрь 1941-го. Останки Дома Гиндзбурга

 
ОККУПАЦИЯ И ОБЫКНОВЕННЫЙ ФАШИЗМ
Киев находился под властью фашистской армии два года. В то время, как происходили зверства, грабежи и расстрелы мирных граждан, немцы пытались eстановить комфортный для них стиль жизни. В городе работали рестораны "только для этнических немцев", а официальная гитлеровская пропаганда изображала счастливых украинок под ручку с немецкими солдатами на развалинах древнего Киева.
 

Кадры нацистской хроники с прогуливающимися немцами и ресторан только для немцев:

 kiev_on_war_116

ТРАГЕДИЯ БАБЬЕГО ЯРА

Из дневника киевлянки Ирины Коршуновой:

30 сентября 1941 года. Мы все еще не знаем, что сделали с евреями. Одни говорят, что евреев расстреливают из пулеметов, расстреливают поголовно. Другие говорят, что для них приготовили шестнадцать эшелонов и будут отправлять. Куда? Никто не может ответить. Наверное известно одно: у них забирают все документы, вещи, продукты. Потом гонят к Бабьему Яру и там… Не знаю, что там. Одно знаю — происходит что-то ужасное, страшное, что-то невообразимое, чего нельзя ни понять, ни осознать, ни объяснить...

Из воспоминаний Олега Ясинского:

К 11 часам дня стало известно: евреев расстреливают в Бабьем Яру. Во время проведения акций усиленная немецкая патрульная служба на окраинах Киева контролировала выход жителей из города с целью недопущения евреев за черту города. Страшная новость ошеломила всех. Правда, восприняли ее по-разному: одни — как трагедию еврейского народа, другие — как средство приобрести кое-какие материальные блага за их счет. Справедливости ради надо сказать, что последних было немного, но они были.

Жадность их не знала предела, они не стыдились натягивать на себя еще не остывшую одежду убитых евреев. Я говорю о тех людях, которые 1 и 2 октября 1941 г. стояли перед цепью немецких полицейских и солдат зондеркоманды на ул. Макаровской и Мельникова и просили дать им пальто, пиджак или юбку из огромной кучи одежды, лежавшей на улице около здания бывшей казармы. Немцы бросали в толпу одежду, ее на лету подхватывали, выдирая друг у друга, просили еще.

Евреи, идущие к Бабьему Яру после полудня, уже знали — идут на расстрел. Они смотрели по сторонам, ожидая помощи, но ее не было. Люди опускали глаза, уходили домой, но не потому, что не было желания спасти несчастных, а из-за того, что не было возможности.

Вместе с оккупацией пришло в сознание людей чувство страха. Инстинкт самосохранения преобладал над другими, он парализовал волю, когда на карту ставилась личная жизнь и безопасность близких.

Спрятать кого-либо в коммунальной квартире, где много мест общего пользования, где соседи знают, что варится в кастрюлях друг у друга, невозможно. Кроме того, дворники проживали всегда в доме, где работали и осуществляли по распоряжению полиции жесткий контроль за жильцами. Были случаи спасения евреев, но это — единичные явления на окраине Киева, где жили люди обособленно, в частных домах.

Концлагерь на Лукьяновке
Концлагерь на Сырце

 
 
Кадры оккупационной жизни Киева. 1941-1943 гг.
 
 
 

В  Бабьем Яру было расстреляно больше 100 тысяч человек.

Около 100 тысяч киевлян оккупанты угнали в фашистскую Германию

Около 335 тысяч киевлян выехало в эвакуацию

В Дарницком и Сырецком концлагерях для советских военнопленных погибли около 100 тысяч человек

В Киеве были разрушены 940 зданий государственных и общественных учреждений

Уничтожены все мосты через Днепр, выведены из строя водогон, канализация, транспортное хозяйство.

Выведено из строя свыше 800 предприятий


 
ОСВОБОЖДЕНИЕ КИЕВА. 1943 ГОД
6 ноября 1943 года. Советские войска 1-го Украинского фронта под командованием генерала армии Николая Ватутина освободили Киев от немецких войск. Два года  – с 19 сентября 1941 по 6 ноября 1943 столица советской Украины находилась под нацистской оккупацией. Освобождение Киева советскими войсками "к юбилею октябрьской революции" стоило жизни 417 тысячам бойцов и командиров Красной армии.
 

Освобождение Киева советскими войсками "к юбилею октябрьской революции" стоило жизни 417 тысячам бойцов и командиров Красной армии.

Бои за Киев в районе Святошино. Ноябрь 1943-го
Бои за Киев в районе Святошино. Ноябрь 1943-го

Советские войска в центре Киева. 1943 год

Советские войска в центре Киева. 1943 год

Покинутый немцами Киев
Покинутый немцами Киев

Маршал Жуков выступает у Киевского университета
Маршал Жуков выступает у Киевского университета

Колонну немецких военнопленных проводят по улицам Киева. На всем протяжении пути колонны за ней наблюдают жители города и свободные от службы военнослужащие (справа).

Колонну немецких военнопленных проводят по улицам Киева. На всем протяжении пути колонны за ней наблюдают жители города и свободные от службы военнослужащие (справа).

Из доклада Никиты Хрущева Иосифу Сталину:

16 августа с.г. через гор. Киев было проведено конвоирование группы немецких военнопленных в количестве 36 918 человек, в том числе 549 офицеров. Из этого количества пленных было: захвачено войсками 1-го и 2-го Украинских фронтов 21 249 человек; войсками 1-го и 2-го Белорусских фронтов 7927 чел.; войсками 1-го Прибалтийского фронта 2700 чел., а остальные 5042 чел. направлялись из лагерей НКВД.

Колонны военнопленных проходили по улицам гор. Киева в течение пяти часов — с 10 часов утра до 15 часов дня. Общая длина маршрута по городу от места сосредоточения до места погрузки в эшелоны составляла 21 километр.
При движении военнопленных все улицы, окна и балконы зданий были заполнены местными жителями. Во время появления на улицах колонн военнопленных, по маршруту их движения, собралось свыше 150 тысяч жителей города. <....>Жители города, потерпевшие много бед от фашистских захватчиков, сопровождали военнопленных возгласами ненависти и проклятий по адресу немцев.

 
 
КИЕВСКИЙ УКРЕПРАЙОН: 69 ЛЕТ СПУСТЯ
 

Энтузиасты "Интересного Киева" проводят вылазки по остаткам системы оборонительных сооружений, воздвигнутой вокруг Киева в 30-х годах. Экскурсия предоставляет возможность осмотреть фрагменты "Линии Сталина" –  лесные подземные ДОТы, "невидимые" коммуникации.

Из описания экскурсии:

В лесу много следов от диких кабанов и косуль. Некоторые ДОТы подорваны внутренним взрывом, были и уничтоженные прямым попаданием. Очень много траншей, ходов сообщения, ям, в которых устраивались блиндажи. Буквально весь лес вдоль Ирпеня перерыт, и через каждые 300-400 метров стоит ДОТ. Строилось все основательно, на века. Много металла и бетона самых прочных марок. Некотрые ДОТы представляли собой автономные крепости, способные выдержать длительную осаду и газовую атаку. В них были оборудованы даже артезианские скважины.

 
 
 
...

В спецпроекте использованы дневники и воспоминания киевлян, переживших войну в городе, исторические и архивные источники, сайты и личные блоги интересующихся истоией Киева: 2000.net.uatrinixy.ruusiter.comreibert.livejournal.combabiyarkiev.blogspot.com, borisfen70.livejournal.com и пр.

 
 
Леся МАЗАНИК
Леся МАЗАНИК
Заместитель главного редактора
Анна ГИН
Анна ГИН
Журналист
 
 
Дневник киевлянки. Часть IV
В июне 2015 года интернет-издание "ГОРДОН"  начало серию публикаций из дневника Ирины Хорошуновой – художника-оформителя, коренной киевлянки, которая пережила оккупацию украинской столицы в годы Второй мировой войны. Этот документ – уникальное историческое свидетельство, не воспоминания, а описание событий в реальном времени. Редакция публикует дневник в те даты, когда его писала Хорошунова, которой в момент начала войны было 28 лет. Записи начинаются с 25 июня 1941 года.