Ядерной войны боятся и в Москве

Заметки о "коалиции желающих" и переговоры о гарантиях безопасности для Украины

Парижский саммит "коалиции желающих" (Coalition of the Willing), который состоялся 6 января, вызвал неожиданно бурную дискуссию и в Украине, и в западных медиа. Этот саммит принял важные решения по гарантиям безопасности для Украины со стороны коалиции и привлек к себе большое информационное и политическое внимание. Однако одновременно ощущается скепсис относительно действенности этих гарантий и по поводу взаимодействия США и европейских стран в этом вопросе. В Украине еще проявляется и неоднозначное отношение к "коалиции желающих".

Сам саммит (встреча на высшем уровне) "коалиции желающих" стал, на мой взгляд, важным и значимым для Украины событием. Именно поэтому в Париж поехал президент Зеленский. Значимой эта встреча была и для самой коалиции. В парижском заседании приняли участие 35 государств, из них 27 – на уровне лидеров стран. Такой одновременно и широкий, и высокий уровень представительства был впервые за почти год существования коалиции. И это было важно для дальнейшего развития этой коалиции, ее постепенной институционализации.

В Украине отношение к "коалиции желающих" неоднозначное. С одной стороны – она объединяет наших партнеров, тех, кто нам реально помогает и оружием, и деньгами, а также политически. Однако эту помощь у нас воспринимают скорее в измерении двусторонних отношений. Предметом постоянной иронии стало название этой коалиции. И такие определения, как "коалиция желающих, но нерешительных" или "коалиция недостаточно решительных", отражают ощутимое разочарование в отношении этой коалиции и завышенные ожидания в отношении нее. Чем-то мне это напоминает отношение украинцев к президенту Байдену в свое время. Однако сейчас многие уже ностальгируют по тем временам, когда в США был другой президент. Вот и к "коалиции желающих" нам следует относиться более объективно и реалистично.

Следует понимать, что "коалиция желающих" является неформальным образованием, а не международной организацией. Но она становится все более действенным субъектом переговорного процесса (в том числе и с США) и согласования общей позиции наших партнеров по поддержке Украины, в том числе и гарантий безопасности для нашей страны. Позиции отдельных участников коалиции по поводу формы и уровня поддержки Украины могут существенно различаться. Но, в отличие от ЕС и НАТО, в ней нет и правила вето, и это объединение тех стран, которые нам помогают сейчас и готовы помогать в дальнейшем. И надо ценить то, что есть сейчас, а не оценивать действия наших партнеров с точки зрения максимальных, но утопических требований.

О гарантиях безопасности от "коалиции желающих"

Главное внимание привлекли к себе решения парижского саммита "коалиции желающих" о гарантиях безопасности для Украины:

• Парижская декларация "Надежные гарантии безопасности для крепкого и продолжительного мира в Украине";
• трехсторонняя декларация (Украина, Франция, Великобритания), которая касается вопросов создания военного контингента коалиции для пребывания на территории Украины после прекращения боевых действий.

Что важно понимать: речь идет о гарантиях безопасности для Украины не сейчас, а после окончания войны. И эти гарантии должны снизить риск нового нападения России на Украину. "Гарантии безопасности" – это, пожалуй, слишком сильный термин для определения того, что предлагают нам партнеры. Но он используется официально. То, что предлагается в качестве гарантии безопасности для Украины, – это определенные предохранители в сфере безопасности и политические предохранители, которые должны существенно уменьшить риски новой войны России против Украины. Абсолютных гарантий безопасности, к сожалению, не существует вообще. Ядерное оружие или ст. 5 Договора о НАТО (особенно сейчас, при президентстве Трампа) также не являются абсолютными гарантиями безопасности.

Собственно, что предлагает Парижская декларация "Надежные гарантии безопасности для крепкого и продолжительного мира в Украине"? Речь идет о таких обязательствах наших партнеров:

• участие в механизме мониторинга и проверки прекращения огня под руководством США;
• поддержка Вооруженных сил Украины, которые будут оставаться первой линией обороны и сдерживания;
• многонациональные силы для Украины, сформированные странами – участницами "коалиции желающих";
• обязательства по поддержке Украины в случае будущего вооруженного нападения со стороны России с целью восстановления мира;
• обязательство углублять долгосрочное оборонное сотрудничество с Украиной.

Конечно, нам хотелось бы гораздо большего – "ядерного зонтика" от НАТО или готовности воевать вместе с нами в случае нового нападения России. Но нужно реалистично понимать, что нынешние обещания "гарантий безопасности" – это максимум из того, что готовы "гарантировать" нам на будущее партнеры из "коалиции желающих". И это публичные политические обязательства. Что нам готовы "гарантировать" США, мы пока вообще не знаем.

Парижскую декларацию о "надежных гарантиях безопасности" больше всего критикуют за отсутствие конкретики. Это правильная критика, хотя я больше критиковал бы за чрезмерную пафосность и недостаточную реалистичность некоторых формулировок. Но надо учитывать, что речь идет о рамочной политической позиции и что решения этого саммита являются промежуточными. Конкретизация и гарантий безопасности для Украины, и вопросов, связанных с военным контингентом "коалиции желающих" на территории Украины после завершения войны, будет решаться на финальном этапе мирных переговоров и в зависимости от того, на каких условиях будет завершаться война.

Наибольшего внимания заслуживает трехсторонняя декларация Великобритании, Франции и Украины о намерениях развернуть на территории Украины подразделения своих вооруженных сил в рамках "многонациональные силы – Украина" (Multinational Force – Ukraine, MNF-U). Принципиальное значение имеет решение о создании специального координационного центра и коалиционного оперативного штаба в Париже. Это означает уже организационную институционализацию "коалиции желающих" и начало практической работы по созданию "многонациональных сил". Что также важно, впервые на бумаге зафиксированы намерения по развертыванию многонациональных сил для охраны неба, моря и стратегических объектов Украины сразу после подписания перемирия. Все эти решения, особенно о численности и функциях этих "многонациональных сил", также нуждаются в конкретизации. Далее планируется подготовка международного соглашения, которое уже зафиксирует обязательства сторон, количество и правовой статус личного состава и вооружений Франции и Британии на территории Украины. В этом соглашении смогут принять участие и другие государства.

Судя по разным "утечкам", военный контингент "коалиции желающих" на территории Украины будет скорее символическим (по некоторым данным – около 15 тыс. человек). Его планируют разместить в тылу, подальше от границ с Россией и линии столкновения. В чем же тогда его смысл как "гарантии безопасности"? Дело в том, что эти "многонациональные силы" рассматривают как фактор чисто политического сдерживания России от нового нападения на Украину. Поскольку в случае такого нападения возникнет риск боевого столкновения российской армии с военными подразделениями влиятельных стран Североатлантического альянса, это будет означать риск войны между Россией и НАТО. И чтобы там ни говорили в Кремле, что военные страны НАТО в Украине будут "законными целями" для России, реальная ситуация может быть совсем другой. Ядерной войны боятся не только в западных столицах, но и в Москве.

Потенциальные риски для реализации гарантий безопасности от "коалиции желающих"

Отсутствие достаточной конкретики в решениях парижского саммита "коалиции желающих" является временной проблемой. Гораздо большего внимания, на мой взгляд, заслуживают другие слабые места Парижской декларации и потенциальные риски ее практической реализации.

Например, пункт об "участии в механизме мониторинга и проверки прекращения огня" требует согласования с Россией. Любой механизм мониторинга и проверки прекращения огня должен быть согласован между воюющими сторонами. Исторический и международный опыт свидетельствует, что такой мониторинг осуществляет либо определенная международная организация, либо международные миротворцы из нейтральных стран, либо какая-то "третья сторона", которая будет согласована в процессе мирных переговоров. Россия уже давно заявляет, что будет категорически против того, чтобы в роли "миротворцев" в Украине выступали страны НАТО. И вряд ли в Кремле согласятся на то, чтобы прекращение огня мониторили представители "коалиции желающих", которых они рассматривают как союзников Украины. Украина, кстати, также будет против того, чтобы "миротворцами" или контролерами прекращения огня выступали союзники России. Так что уже первый пункт "гарантий безопасности" от "коалиции желающих" представляется маловероятным.

Россия категорически выступает и против присутствия войск стран НАТО на территории Украины после завершения войны. И если американцы согласятся на обсуждение этой темы во время мирных переговоров, а еще и пойдут на уступки россиянам по этой проблеме, то будет разрушен и третий пункт "гарантий безопасности" от "коалиции желающих" (о "многонациональных силах" в Украине). Пока американцы якобы поддерживают эту идею, хотя сами не собираются участвовать в этих "многонациональных силах". Но судьба этой идеи напрямую зависит от результатов мирных переговоров.

Перспективы создания и размещения в Украине "многонациональных сил" будут зависеть, возможно, даже в решающей степени, и от внутриполитической конъюнктуры в тех странах, которые сейчас поддерживают такую идею. Размещение военных отдельных стран "коалиции желающих" требует согласия со стороны парламентов соответствующих стран. И если политическая ситуация, например, во Франции существенно изменится (а это уже происходит), то поддержит ли французский парламент позицию своего президента? Однозначного ответа на этот вопрос, к сожалению, нет. К тому же в следующем году во Франции будут и президентские, и парламентские выборы. Определенные риски на перспективу есть и по Великобритании, хотя и не столь критические, как по Франции.

И может так случиться, что "гарантиями безопасности" для Украины будут, как и сейчас, поставки оружия, финансовая поддержка и санкции против страны-агрессора. Это тоже важно и необходимо, но это лишь партнерский минимум, в котором мы нуждаемся после завершения нынешней войны.

О роли США в переговорах о гарантиях безопасности для Украины

Участие американских спецпредставителей (Стива Виткоффа и Джареда Кушнера) в парижском саммите "коалиции желающих" и переговоры между США и Украиной, которые состоялись в Париже (6–7 января), также вызвали неоднозначную реакцию и даже определенную конспирологию, особенно у части украинских комментаторов.

Дело в том, что американские спецпредставители приехали в Париж не только для участия в саммите "коалиции желающих", но и для переговоров с президентом Зеленским и украинской делегацией. Это были два отдельных, хотя и взаимосвязанных события.

То, что представители президента Трампа приехали в Париж, имело большое значение в том числе и потому, что сейчас основное внимание Трампа и его администрации сосредоточено на Венесуэле (а еще на Гренландии, Кубе и Иране). Это означает, что в Белом доме не забыли о российско-украинской войне и о необходимости переговоров о ее завершении. Также речь не идет о выходе США из переговорного процесса. То, что американцы приняли прямое участие в переговорах в трехстороннем формате ("коалиция желающих" – Украина – США) о гарантиях безопасности, – это уже большой прогресс. Напомним, что в феврале и весной прошлого года США вообще отказывались обсуждать и с нами, и с европейцами тему гарантий безопасности для Украины.

Всплеск конспирологических комментариев и даже истерических заявлений про "зраду" вызвал тот факт, что американцы не подписали Парижскую декларацию о "Надежных гарантиях безопасности для крепкого и продолжительного мира в Украине". Никакой "зрады" и даже большой сенсации в этом случае не было. Во-первых, следует учитывать, что США не являются и, скорее всего, не собираются быть участником "коалиции желающих". А подписание совместного документа могло бы означать присоединение к этой коалиции. Во-вторых, мы не знаем, были ли у Кушнера и Виткоффа полномочия на подписание каких-либо общих документов. В третьих, американцы не хотят спешить с предоставлением своих гарантий и обязательств. Переговоры о гарантиях безопасности для Украины они используют в том числе и для того, чтобы давить и на Украину (чтобы мы наконец согласились на подписание "мирного соглашения", которое предусматривает наши определенные уступки), и на европейцев. Именно поэтому, по моему мнению, в финальный текст Парижской декларации не вошла фраза об обязательствах Соединенных Штатов поддержать многонациональные силы в Украине в случае повторного вторжения России. Также следует учитывать нынешний сложный политический контекст во взаимоотношениях между США и европейцами (а также Канадой) по теме Гренландии, а соответственно, и будущего НАТО.

О гарантиях безопасности с США мы договариваемся отдельно от европейцев. И содержание этих договоренностей будет отличаться (в частности, США не будут участвовать в "многонациональных силах" на территории Украины). Якобы уже есть почти согласованный проект договора между Украиной и США. Но немного настораживает тот факт, что мы очень мало знаем о содержании гарантий безопасности, которые США обещают Украине. Заявления о том, что они будут "на уровне ст. 5 Договора о НАТО", мало что значат без соответствующей конкретизации. И от США, и от европейских партнеров Украина должна получить достаточно четкий ответ о том, как они будут действовать в случае нового нападения России на Украину.

В любом случае, об определенных гарантиях безопасности для Украины мы договоримся и с США, и с европейцами. Однако конкретизация этих договоренностей произойдет только на финальном этапе мирных переговоров и в зависимости от условий завершения российско-украинской войны.

Источник: Владимир Фесенко / Facebook

Опубликовано с личного разрешения автора