"Из своих интервью Дмитрий Гордон составляет огромный портрет эпохи, складывает мозаику, которая расскажет грядущим поколениям о нас гораздо больше, чем все учебники истории"

Интервью с Дмитрием Гордоном я хорошо запомнил – состоялось оно в моем кабинете в Малом. Честно признаться, как в святая святых, немногих журналистов туда я пускаю, но для Дмитрия сделал исключение, и не жалею: всегда приятно общаться с профессионалом, будь то актер, учитель, врач, журналист...

С первых минут беседы я понял, что собеседник блестяще ориентируется в материале и что эта встреча для него не очередной "плюсик" или "галочка": мол, ну вот, еще с одним народным поговорил, а нечто большее. Мне кажется, из своих интервью Гордон составляет огромный портрет эпохи, в которой мы живем, постепенно, по кусочкам, складывает мозаику, которая, вполне возможно, расскажет грядущим поколениям о нас, теперешних, гораздо больше, чем все учебники истории, вместе взятые: это ведь даже не воспоминания сопричастных – это рассказы от первого лица!

У каждого, ставшего известным, своя судьба и своя правда, и Дмитрий ни времени не жалеет, ни сил, чтобы расспрашивать, разузнавать все об этих судьбах, выслушивать эти правды и, что самое главное, объективно, без домысла и вымысла, доносить это до зрителя и читателя. Фантастическая работоспособность и фанатичная преданность своему делу!

К сожалению, от бесед с журналистами удовольствие получаешь нечасто: в лучшем случае человек не особенно в курсе, в каких фильмах и постановках актер был задействован, в худших – ему это известно, но интересуется отнюдь не творчеством твоим, а выискиванием (а если нет таковых, то придумыванием) каких-то жареных фактов из личной жизни. "А всегда ли вы были верным мужем?". "А с кем именно крутили романы?". "А правда ли, что с братом, которого уже нет в живых, у вас были натянутые отношения?". "А есть ли у вас среди коллег враги и, пожалуйста, ежели имеются, назовите всех поименно"...

Гордон спрашивал прежде всего о деле всей моей жизни – о Малом театре, которым руковожу, потому что о нем можно говорить часами: и о корифеях, и об истории, и о репертуаре. О том, почему до сих пор актуален и универсален Островский, в чем разница между соблюдением традиций и ретроградством и почему не нужно перелицовывать на новомодный манер классику, о литературном языке, который мы, россияне, безвозвратно теряем, сознательно или бессознательно заменяя сленгом, жаргоном, матом, в конце концов, который сплошь и рядом используют не только у пивных ларьков, но и на подмостках "прогрессивных", продвинутых театров и на так называемых элитарных тусовках, где стараюсь я не бывать.