Нам есть за что просить прощения у поляков
Самой большой ошибкой в украинско-польских отношениях был отход от формулы "прощаем и просим прощения". Ее использовали польские и немецкие деятели для польско-немецкого примирения. Впоследствии, по инициативе папы римского Иоанна Павла II, такую же формулу предложили и поддержали украинские и польские священнослужители, а позже – и политики.
Отказ от этой формулы начался после принятия в Польше законодательных актов, которые характеризовали Волынскую трагедию как геноцид. Дело Польши – как воспринимать историю собственного народа. В конце концов, прощение, как отмечал Мирослав Маринович, является духовным и индивидуальным актом. Оно не означает забвения. Но польские политики, инструментализируя историю и превращая ее в политический инструмент, закономерно отказались от духовной формулы, которая не перечеркивала историю, но и не позволяла использовать прошлое для разрушения будущего сотрудничества, выгодного как украинскому, так и польскому народам.
Формула "прощаю и прошу прощения" была действенной и для украинцев. Общество осознавало, что нам есть за что просить прощения. Некоторые воинские подразделения одной из фракций ОУН – ОУН(б) – уничтожали мирное население. И этому нет оправдания. И если извинения поляков за пацификацию, убийства десятков тысяч украинцев (действия правительства, а впоследствии и подразделений, подчиненных правительству в экзиле) не звучат, то это не означает, что мы не должны преклонить колени перед памятью невинных жертв Волыни. Украинские президенты это делали.
Почему же польские политики (общество, в отличие от них, продемонстрировало свой гуманизм и зрелость, помогая украинцам в 2022 году) забыли о преступлениях Сталина и Гитлера? Ведь именно Сталин начал этнические чистки поляков в 1937–1938 годах, убив более 100 тыс. невинных людей, среди которых был и прадед моей жены. Именно Сталин вместе с Гитлером разделил Польшу и организовал массовые убийства поляков в Катыни и других местах. О преступлениях Гитлера, как представляется, мало упоминаются польскими политиками. Почему?
Утверждение о том, что Украина становится сильной и пугает Польшу конкуренцией в Европейском союзе, с моей точки зрения, частично ошибочно. Наоборот, инициаторы инструментализации истории считают Германию и Россию слишком сильными, чтобы позволять себе строить внутреннюю политику на противостоянии с ними. Украинцы же, напротив, ослаблены войной и недальновидной политикой прошлых лет. Украинцев атаковать не страшно.
Мы и сами, не до конца понимая боль поляков и важность сотрудничества между нашими народами, не осознавая важности построения общества, которое ценит человеческую жизнь, часто оправдываем ошибки предыдущих поколений. Это деликатный вопрос. И УПА, и АК убивали мирных поляков и украинцев. Но и там, и там большинство составляли герои, которые не участвовали в таких преступлениях, а отдавали жизнь в борьбе против российского и немецкого агрессоров.
Странно, что утверждения некоторых польских политиков о борьбе с "бандеризмом" звучат почти так же, как слова Путина, который именно борьбой с "бандеризмом" объясняет агрессию России против Украины. Именно поэтому для меня очевидно, кто и зачем начал и ведет эту антиукраинскую игру. Это игра и против Украины, и против Польши. Ее легко вести, используя безответственность отдельных польских и украинских политиков. Но я верю в мудрость наших обществ, которые уже доказали свою зрелость. Она заключается в том, что мы должны простить и попросить прощения, чтобы совместно строить будущее и быть самыми сильными союзниками в Европе.
Источник: Микола Княжицький / Facebook