Сыхов может стать постоянным. Тогда завтра не наступит, а наступит нечто иное 

Мобилизация – это не о человеческом ресурсе. Это о доверии, а точнее – о его нехватке. Прежде чем перейти к мобилизации, хочу сделать одно предостережение.

Мы часто спорим о ТЦК, повестках и "бусификации", отсрочках и фиктивном бронировании, но редко говорим о главном: какой должна быть модель государства во время затяжной войны. Мобилизация никогда не была просто военной или административной процедурой. Это одно из самых политических решений, принимаемых государством, ведь речь идет о высшей форме общественного договора – готовности гражданина рисковать собственной жизнью ради политического сообщества. Поэтому дискуссия о мобилизации – это на самом деле дискуссией о государстве, его справедливости и способности говорить честно.

Главный ресурс войны

Часто можно услышать, что главный ресурс войны – это люди. Но на самом деле главный ресурс войны – это доверие.

Люди, лишенные доверия, становятся ресурсом принуждения, тогда как люди, доверяющие государству, становятся ресурсом победы

Войны выигрывают не те государства, которые могут дольше всего принуждать своих граждан, а те, которые способны сохранять мотивацию.

Мобилизация на пятый год полномасштабного вторжения и 13-й год войны начинается не в ТЦК, а с ответа человека на вопрос: доверяю ли я государству настолько, чтобы рисковать ради него? И со способности государства дать ответ на этот вопрос. Со способности обеспечить понятные правила – как для тех, кто на фронте, так и для тех, кто в тылу. Для них, их семей, общин и бизнеса. Мобилизация начинается с определенности правил и доверия к ним.

Самая большая ошибка – попытка деполитизировать политическое

За последние два года государство пыталось деполитизировать мобилизацию – представить ее как административную процедуру, связанную с учетом, реестрами, повестками и полномочиями ТЦК. Однако мобилизацию невозможно деполитизировать, поскольку это вопрос общественного договора. Если государство не ведет политический диалог, образовавшийся вакуум заполняют эмоции, слухи и российские ИПСО.

Это создает питательную среду для злоупотреблений разного рода. Так мы незаметно для себя перешли от дискуссии о модели армии к обсуждению "бусиков", от вопроса справедливости – к взаимному озлоблению и конкуренции перед лицом несправедливости разного толка.

Самоустранение государства

Еще более опасной стала тенденция, при которой государство самоустраняется от формирования политики. Оно перестает быть арбитром и все чаще выступает в роли наблюдателя, оставляя обществу возможность самостоятельно разрешать конфликты. В результате возникает не противостояние гражданина и государства, а конфликт между самими гражданами: между военными и гражданскими, мобилизованными и теми, кто еще не мобилизован, семьями военнослужащих и бизнесом. Каждая группа ищет не общее решение, а исключение для себя. И это разрушает общественную сплоченность.

Столкновения в Сыхове в эти дни или в Космаче в феврале 2024 года – яркие тому примеры.

Без демобилизации не будет мобилизации

Мобилизация и демобилизация – это единая политика. Нельзя убеждать людей идти в армию, если государство не может честно ответить, когда и при каких условиях вернутся те, кто воюет уже годами. Неопределенность демотивирует не только военных, но и их семьи, а также всех, кто потенциально может быть мобилизован.

Уважение к тем, кто уже выполнил свой долг, – это фундамент эффективной мобилизационной политики. Уважение заключается не в льготах или натужных речах, а в выполненных обещаниях и обязательствах. Мы все обязаны этим тем из нас, кто встал на защиту. Это база. И точка.

Нам нужна другая модель: циркулярная оборона

Проблему мобилизации уже невозможно решить отдельными изменениями в законодательстве. Это кризис не закона, а модели. Украине нужна модель существования общества в условиях затяжной войны.

Именно поэтому я годами продвигаю идею перехода от модели "мобилизации", уходящей корнями в прошлое, когда 200 лет назад можно было призвать в армию на 20 лет, а в начале ХХ века – на несколько лет. Нам необходим переход к циркулярной модели обороны – тотальной, отвечающей как духу времени, так и лучшему опыту, накопленному с 2014 года. Ее главный принцип прост: войну должно вести все общество, но не одновременно, а поочередно, распределенно и вдолгую.

Циркулярность службы

Страх порождает неопределенность. Человек не знает, когда вернется к гражданской жизни, и именно это подрывает готовность брать на себя ответственность. Государство должно гарантировать предсказуемые циклы службы – например, до полутора лет. После этого человек возвращается к своей профессии, бизнесу или учебе, а его место занимает другой гражданин – до новой ротации и следующих двух-трех циклов.

Так возникает постоянная пульсация между фронтом и тылом: армия перестает быть отдельным миром, а тыл перестает жить так, словно война его не касается. Так исчезает "гражданское состояние" в прежнем понимании, а мобилизация перестает быть уделом неудачников, в который ее преступно превратила нынешняя неэффективная и тотально коррумпированная модель.

Одновременно должна существовать отдельная траектория для тех, кто выбирает военную службу своей профессией. Контрактная армия должна иметь иную экономику, систему мотивацию, социальные гарантии и карьерные перспективы. Профессиональное ядро армии обеспечивает непрерывность боевого опыта, а циркулярная служба – неразрывную связь общества с обороной и широкие оборонные возможности.

Разумеется, это предполагает и признание, что всегда есть часть общества, которая никогда и ни при каких обстоятельствах не готова воевать. Это несправедливо, негероично, но это данность. Часть из них уже "штурмовала Тису". Другая часть должна получить варианты альтернативной службы – в сфере восстановления, обеспечения, медицины или на предприятиях. Без тех льгот и гарантий, но с более длительными сроками. Однако у них должна быть альтернатива, и они должны приносить пользу.

Нам всем, таким разным, предстоит потом смотреть в глаза друг другу и нашим детям, отвечая на вопросы о том, кто где был и что делал во время войны. В наших общих интересах – не превратить послевоенный период в холодную гражданскую войну различных опытов в каждом подъезде.

От мобилизации к новому общественному договору

В таком случае речь не о реформе мобилизации, а о новом общественном договоре. Государство гарантирует справедливые правила, честную коммуникацию, предсказуемые сроки службы, обязательную ротацию, понятные механизмы демобилизации и поддержку ветеранов. Гражданин гарантирует готовность пройти свой цикл службы, когда это необходимо стране.

Это уже не модель принуждения. И не модель героического исключения, родом из 2014-го и 2022-го. Это модель совместной ответственности.

Наиболее устойчивыми оказываются не те государства, которые могут дольше всех принуждать своих граждан воевать, а те, которые способны сделать оборону общим делом всего общества. И если мы готовимся жить в условиях затяжной войны, мы должны научиться мобилизовывать не только людей, но и доверие.

Понимаю, что в нынешних реалиях это может звучать даже смешно.

Но условный Сыхов уже завтра может стать не исключением, а постоянной реальностью. Поэтому, посмеявшись над романтизмом сказанного, стоит посмотреть правде в глаза: систему нужно менять в корне. Иначе завтра может не наступить. А "наступит" нечто иное.

Источник: NV