Эта стадия испытаний на прочность у нас еще впереди – мы к ней готовы очень плохо 

О конце диалога. LELEKA великолепно выступила на "Евровидении" – просто дух захватывало, когда слушала! А утром, как только я открыла глаза, в голове заиграло и пошло на репит хриплым голосом Шнурова:

"Москва, по ком звонят твои колокола,

Москва, почем твои золотые купола?.."

Вот так "музыка навеяла", подумала я (олды помнят этот анекдот, сейчас он уже не смешной), – и только взглянув на новости, поняла, что это мое подсознание сквозь сон правильно определило направление движения наших БПЛА. Слава ВСУ, с Богом, родные, не останавливайтесь!

"И не почувствую ни жалости, ни боли", – писал Леня Киселев в 1968-м (стихотворение называется "Жаль Москвы", я его когда-то здесь постила). Так и случилось: "ни жалости, ни боли" – пусть даже там все "сгорело целиком". Единственное чувство – это легкое отвращение ко всем этим испуганным "ауеть!" за кадром и, почему-то особенно, к женским плачам о том, как им "здец-как-страшно": "Ути-пути, какие мы нежные", – так же безэмоционально прокомментировал кто-то из украинцев, и я мысленно поаплодировала: прекрасная, эмоционально точная реакция, обозначающая – конец диалога, точнее, его принципиальную, уже, невозможность.

Те, кто честно рвется там в комменты оправдываться в духе "ага, а нам как вот так пятый год?" – те еще "на что-то надеются", еще "не потеряны" для роспропаганды, которая завтра начнет нам подсыпать – собственно, уже начала, у меня полная лента! – все больше историй о "хороших русских", которые все это время, мол, были на нашей стороне и тяжело страдали, поэтому надо с ними обняться, заменить Путина "хорошим", и снова российскую собственность в Украине можно будет не скрывать (зачеркнуто) снова будет мир-дружба-жвачка, – эта стадия испытаний на прочность у нас еще впереди, и мы к ней готовы, боюсь, очень плохо...

Ищу в себе теперь какие-то эмоции к той стране, пытаюсь что-то почувствовать, как герой стихотворения Киселева, – но, похоже, за это время я уже для себя "разложила Россию", как конструкцию Lego, на отдельные кубики и провела их полную инвентаризацию. "Жаль" мне на самом деле только той (призрачной, как оказалось) надежды на равноправный московско-украинский диалог, которая мелькнула в очень коротком историческом отрезке на рубеже веков, как в щели между эпохами, – я, наивный мурин, в такую возможность когда-то верила (почти как Энн Эпплбом, которая до сих пор верит в будущую демократизацию России!), и знаю людей с российской стороны, которые так же верили.

И казалось, что у меня были для этого основания – у меня там были читатели. Понимающие, интеллигентные. Если бы я знала, что с ними стало после 2014 года?..

Готовясь сейчас к субботнему юбилейному мероприятию в КК "Краков", мне пришлось покопаться в своем бездонном и беспорядочном архиве – и среди нескольких ящиков пожелтевших от времени отзывов на "Полевые исследования" 30-летней давности наткнулась, между прочим, на первые читательские отзывы на русский перевод (вышедший в Москве в 2001 году). Понимаю, почему я это сохранила (кто-то из москвичей передал, там несколько сшитых страниц, на фото первая): меня тронул порыв "выучить украинский, чтобы читать в оригинале". С читательской точки зрения это очень понятное чувство, только никогда оно так, на моей памяти, со стороны россиян в отношении украинской литературы не срабатывало, – и я была тогда, 25 лет назад, искренне тронута тем, что вот, видите, на наших глазах происходит смена парадигмы (плюс еще и с моей же подачи!): на смену отношениям "метрополия – колония" (когда вторая должна знать первую, а первая вторую – нет) приходят новые, паритетные, основанные на взаимном уважении и интересе, – начинается наконец честный украинско-российский культурный диалог (ха-ха!)...

Эта иллюзия длилась недолго – на нас почти сразу же обрушилась, как цунами, российская информационно-культурная экспансия, а с 2003 года уже пошли вбросы о "трех странах, одном народе", – но тот, исторически короткий, момент "веры в диалог" – в то, будто словами, книгами, полноценным культурным обменом можно исправить все то, для чего не хватило судебных процессов или хотя бы официальных извинений на государственном уровне, – тот момент я помню очень хорошо. И мне больно, когда вижу, что для многих моих земляков он продолжается до сих пор.

Поэтому говорю, как говорил классик, "от всех своих нервов": перестаньте вступать с россиянами в какой-либо диалог – если только это не ваши личные родственники или друзья; вся эта наша информационная "золкинщина" – это пустая трата ресурсов. Перестаньте пытаться просвещать или призывать к здравому смыслу людей, которые прямо заявляют, на пятый год веденной их страной войны на уничтожение, что они "фшоке", потому что "не думали, что война их коснется": это та степень врожденного цинизма, для которой нужно иметь в анамнезе минимум четыре поколения безнаказанно культивируемого преступления, нормальным людям такое невообразимо (последними, кто хоть как-то, ограниченно, но реально испытал в их системе наказание за преступления против человечности, пусть и с другой формулировкой, были чекисты 1950-х – жертвы хрущевской десталинизации, в целом же, не забываем, война на территорию "московского царства" в памяти живых поколений не заходила, в их сознании она всегда должна происходить "где-то далеко", и им все время вбивали в головы, будто это из-за их "непобедимости", что они и воспринимают за "основу", – а наши удивляются, почему до сих пор никто из тех испуганных организмов не потребовал вывести войска из Украины!). Не надо их поучать, желать им, чтобы они "прочувствовали то же самое" и так далее, – они ни почувствуют, ни поймут.

Разве что – после 40 лет (как минимум!) мощной и последовательной "денацификации" в каждом из новообразованных после распада нынешней РФ государств. И нынешние атаки на Москву и Подмосковье как раз и являются первым шагом к такой "денацификации": изменению в их мозгах "заводских настроек", согласно которым, что бы ни творило их государство, – "их это не коснется". Эта установка одинаковая – и у Путина, и у Васи из-под забора. Бить надо – по ней.

И именно поэтому наши единственно надежные переговорщики с Россией – это ракеты и БПЛА на Москву.

Carthago delenda est (с).