В этом парадоксе – лучший портрет российской экономики. Кремль латает дыру сразу с трех сторон 

Россия продает Индии нефть все дешевле и одновременно покупает у Индии бензин, произведенный из этой же нефти, и в этом парадоксе скрывается едва ли не лучший портрет нынешнего состояния российской экономики.

За последние две недели скидка на нефть Urals в индийских портах выросла почти вдвое, с $4 до $7 за баррель, по отношению к Brent. Формальная причина – сугубо рыночная: избыток предложения из Персидского залива после месяцев застоя танкеров из-за войны вокруг Ирана. Но последствие получается вопиющим. Индийские нефтеперерабатывающие заводы, которые и так зарабатывают на дешевом российском сырье, теперь согласились продавать часть произведенного бензина обратно в Россию, и первые партии, по данным Reuters, уже превысили 60 тыс. тонн.

Это происходит на фоне самого глубокого топливного кризиса в России за годы войны. Украинские удары по нефтеперерабатывающим заводам весной достигли рекордного размаха, 16 пораженных предприятий – только за май, и производство бензина упало на четверть. Бензина не хватает уже в более чем 80 регионах, а 40 из них ввели официальные ограничения на продажу. Кремль латает дыру сразу с трех сторон, втрое увеличив импорт из Беларуси, выпрашивая гуманитарные поставки из Казахстана и теперь – платя Индии за продукт переработки собственной же нефти.

Крупнейший в мире экспортер нефти покупает бензин за рубежом, чтобы удержать внутренний рынок от коллапса, и платит за это вдвойне: сначала – скидкой на сырье, а потом – ценой готового топлива.

Санкционная независимость, о которой так долго рассказывала российская пропаганда, в этой истории выглядит скорее зависимостью, которая просто научилась скрываться за более сложными логистическими цепочками.

Есть своя мрачная поэтика в том, что страна, которая годами строила образ энергетической сверхдержавы, способной поставить на колени всю Европу одним лишь вентилем газопровода, теперь стоит в очереди за бензином собственного производства и платит за него индийскому посреднику.

Так проходит слава и наступает кризис, за которым на горизонте видим крах.