СБУ и группа "А" нанесли России ущерб, которого раньше не было вообще

Навстречу переговорам в Женеве.

Все уже насмотрелись зрелищных видео с горящими резервуарами нефти в районе города Альметьевск (Татарстан). Тут есть повод расширить, углубить и добавить контекста.

1. Фактическая сторона: ЦСО "А" СБУ дотянулся дронами до НПС "Калейкино" (структура компании "Транснефть – Прикамье", емкость резервуарного парка – около 650 тыс. м&³3;).

Зафиксировано шесть взрывов. Сильно поврежден и красиво горит резервуар емкостью 50 тыс. м&³3;, еще один такой же поврежден и горит скромнее. Третий задет, характер повреждений уточнятся.

Об атаке неизвестных БПЛА на Альметьевск также сообщали 21 февраля. Но сведений о масштабных повреждениях не было. Из чего вытекает гипотеза, что тогда не пробили, а сейчас либо ПВО не успела восстановиться, либо СБУ нашла способ обойти.

2. Что такое Альметьевск?

По степени урона нервным клеткам эту атаку можно смело сравнить с Воткинским заводом.

Во-первых, Альметьевск – это один из крупнейших нефтяных хабов России.

В Альметьевске сходятся магистральные нефтепроводы компании "Транснефть" из Западной Сибири, Башкортостана, Татарстана, Удмуртии, Пермского края. Львиная доля этой нефти упирается как раз в головную НПС "Калейкино", где разные сорта смешиваются в сорт Urals.

Именно здесь в 1960 году было начато строительство нефтепровода "Дружба", а НПС "Калейкино" – его сердце, которое разгоняет нефть по системе "Дружбы" (и метафорически, и буквально – поддерживая давление).

Значение этой станции таково, что минэнерго Казахстана вышло с официальным заявлением, что поставки казахстанской нефти не пострадают. Хотя напрямую нефть из Казахстана через НПС "Калейкино" не идет, но смешивается в единый поток примерно через 200 км западнее.

Во-вторых, Альметьевск называют "нефтяной столицей" Татарстана. Ибо тут на супергигантском Ромашкинском месторождении гнездится компания "Татнефть", здесь ее штаб-квартира. В городе сосредоточены офисы структур "Татнефти", а также других добывающих и сервисных предприятий.

Из НПС "Калейкино" выходит нефтепровод к монструозному НПЗ "Танеко" "Татнефти" в Нижнекамске. И это – второе измерение локации.

Если взять радиус 20 км от города, можно насчитать сотни две средне-крупных нефтяных резервуаров.

На всех дорогах в и из города размешены нефтебазы, нефтебазки и другие объекты. Например, значительный Миннибаевский ГПЗ, который абсорбирует и перерабатывает сопутствующий нефтяной газ, решая проблему "газовых факелов" на добывающих площадках.

В общем, с какой стороны ни глянь – место очень чувствительное и ранее считалось защищенным.

3. Отсюда вытекает следующее.

Однократное поражение одного-двух, даже очень крупных, резервуаров, равно как и поражение одного цеха на заводе, не опрокинет Россию. Нарушить какие-то производственные процессы может. Что-то застопорится, что-то замедлится.

Для понимания: постройка и подключение к сети одного подобного резервуара – это два года работы. То есть одна удачная атака СБУ означает пару лет деятельности НПС (после ликвидации последствий) в каком-то усеченном режиме. Это если больше не прилетит.

И вот тут самое важное: последнее время Украина проводит успешные атаки по ранее неприступным объектам. У россиян – объективная необходимость перестроить и увеличивать плотность ПВО. Но есть ли резервы? И на сколько увеличить? Кратно? Это невозможно. Интенсивность атак дронами и ракетами растет динамичнее.

Ставится под сомнение вся концепция неуязвимости российской инфраструктуры. Потому что одна атака ничего не сделала НПС. Вторая атака через сутки – выпилила два резервуара. Еще две-три успешные атаки вполне способны выпилить всю НПС. Что скажется и на транспортировке нефти, и на переработке.

Отдельный позитив – урон Татарстану. Потому что Казань и казанские бонзы являются одними из главных бенефициаров войны...

То есть, можно, конечно, потянуть время до апреля, чтобы зайти на новый полугодичный цикл войны. Но сейчас объективно у России появляется ущерб, которого раньше не было вообще либо не в таком объеме.

Это придется учитывать.

Источник: Алексей Копытько / Facebook