У Европы появилось желание принимать решения, игнорируя визг со стороны Орбана

После Давоса в Брюсселе европейские лидеры собрались на тайный экстренный саммит. Ключевой темой разговора стало скорейшее вступление Украины в Европейский союз. И стали называть дату. Это 2027 год.

Президент Украины Зеленский говорит о том, что в середине 2026-го Украина начнет вступление, а в 2027 году она уже может быть членом Европейского союза.

Европейцы четко задают вопрос: "Ну хорошо, Украина может быть готова. Но способна ли Европа со своей стороны выполнить все обязательства, касающиеся нового члена ЕС? И насколько эти встречные параметры могут совпадать, чтобы не возникло конфликта?"

В этом отношении во время встреч дискутировался, в том числе, вопрос вступления по секторам, вступления по определенным сферам деятельности, то есть чтобы время шло и тщательный разбор вопросов продолжался. Ну а ключевым вопросом был вопрос верховенства права, прав человека, борьба с коррупцией. Европейцы говорят о том, что да, такой специальный план ускоренного вступления и вступления по определенным секторам можно составить, но этот план должны одобрить все участники Европейского союза, то есть все 27 стран.

С одной стороны, мы видим поведение Орбана, поведение Фицо, то есть, как минимум, двух стран, откровенно говорящих о возможности возражения, хотя, честно можно сказать, что так себя ведут только Орбан и Венгрия. Это вызвано избирательным напряжением. Геополитическая ситуация сейчас просто требует, чтобы Европа получила столь сильного, мощного союзника. Это понимают 26 лидеров стран европейских государств. У нас есть бревно в виде Орбана, которое лежит на пути дальнейших совместных действий между Европой и Украиной для противостояния внешним угрозам.

Таким образом, есть встречный интерес, разрушаемый позицией одного Орбана. Интересно, что Европейский союз всегда рассматривался как мирный проект. Как я сказал, взгляд на сложившуюся ситуацию кардинально другой. Что нужно Европе сейчас? Во-первых, 40 млн человек – рынок от Украины, колоссальный как для Европы, где в настоящее время 400 млн потребителей. Следующее, но еще более важное – это 900-тысячная армия. И, находясь в условиях угрозы того, что подразделения вооруженных сил Соединенных Штатов Америки могут покинуть Европу, для Европы эти 900 тыс. – это спасение.

В нынешней ситуации Европа и те, кто понимают возможное течение событий, спешат. Более того, есть еще один сверхважный довод. Все разговоры о современной технике, беспилотных средствах, беспилотной авиации разбиваются о дефицит кадров для любой европейской армии. В настоящее время существует лишь одна армия в Европе, которая способна таким числом обеспечить тех, кто может осваивать и управлять беспилотной авиацией. Это Украина. Сегодня Украина является тем стальным дикобразом, который защищает Европу.

И подавляющее большинство лидеров европейских государств понимают это. Не осознают этого только невежды. Следовательно, Европа сама желает спешить в этом плане, потому что можно опоздать и оказаться в ситуации, когда она будет подвергнута агрессии России, фактически не будет не средств, а, собственно, того, что называется manpower, то есть человеческого ресурса, способного противостоять этой российской армаде.

Очевидно, что в этом вопросе придется принимать множество сложных решений. В первую очередь, это сельскохозяйственные субсидии. Все прекрасно понимают потенциальные возможности украинского аграрного сектора. Второе дело – это отдельные программы противодействия коррупции, потому что Украина инфицирована заразой, которая пришла из России. И в этом отношении необходимы общие действия.

Добавьте к этому еще так называемые пункты Орбана – их шесть, и они не сняты Орбаном с повестки дня, их тоже нужно реализовывать. К тому же следует всегда помнить, что во Франции, Нидерландах, Австрии, Германии маятник отношения к вопросу о вступлении Украины колеблется в зависимости от того, какие политические силы побеждают. И потому все возможно.

Для того, чтобы облегчить этот процесс, европейцы обсуждают вопросы вступления Украины, Грузии, Молдовы, а также всех шести стран Западных Балкан одновременно. То, что у нас иногда называют пакетным голосованием, включая Косово в этой ситуации. Таким образом, это дало бы возможность двигаться сообща, однако это сверхзадача, а в силе ли Европа эту сверхзадачу решить? И если всех остальных, за исключением Украины, даже пропускает Венгрия, то Украине необходим специальный регламент.

С другой стороны, Европа без Украины, не дай Бог, если что-нибудь случится, не в силах защитить себя. Понятно, что нынешняя ситуация прямо намекает: предпринимаемые Россией агрессивные шаги и эти захватнические, империалистические планы Трампа говорят о том, что Европа должна кардинально усилиться – и экономически, и финансово, и социально. Я уже не говорю о силовом компоненте.

По сути, речь идет о строительстве некой Священной Римской империи в современном прочтении. Хотя мы помним, как Вольтер назвал Священную Римскую империю – не святой, не Римской и не империей. Но, в конце концов, это была европейская империя. В конце концов, она действительно базировалась на христианской идее. Однако имперские подходы ее и погубили.

И в этом отношении здесь необходимо, с одной стороны, управлять этим процессом, понимая, что добавление такой силы, как Украина, серьезно повлияет на ход ситуации в Европе. С другой стороны, европейцы понимают, что без Украины они в борьбе с российской захватнической, империалистической, колониальной политикой просто не выстоят.

Все прекрасно знают, что Орбан – откровенный, прямой союзник Путина. В этом отношении неслучайно уже три года, как в Европейском союзе все приняли это как факт и в действительности принимают решение не 27 странами и лидерами, а 26. Это уже принято как факт, и понятно, что так будет и в дальнейшем – до момента, пока Орбан или кто-то другой, кто придет на его место, не сможет влиться.

В этом отношении в Европе появилось желание просто двигаться по этому направлению – принимать решения 26 голосами, игнорируя любой визг, который идет со стороны Виктора Орбана и Венгрии. То есть, по сути, речь идет о новом формате. Если раньше искали консенсус, то теперь в этом отношении 26 стран достаточно, чтобы принимать решения и двигаться дальше.

Источник: Роман Безсмертний / YouTube

Опубликовано с личного разрешения автора