Мы – контрнаступающий кабздец, хоть в это никто и не верил. Украинцам пора переставать прибедняться, потому что мы объективно крутые

Фото: Victor Tregubov / Facebook

Я не люблю, когда люди ноют. Это стоило мне нескольких хороших знакомых, но от натуры не избавишься. Нытье вызывает у меня искреннее раздражение.

Сегодня меня спросили, почему я такой жизнерадостный, когда кругом такой трындец. Я честно признался, что именно из-за него. Ведь у меня не очень высокая планка ожиданий. Россияне забрали у меня один дом – а могли бы два. Уничтожили две мои казармы – а меня там как раз не было. Не дошли до моей квартиры и квартиры моей мамы несколько километров.

Идет война. В ней мы гоняем армию, которую искренне боялся весь мир, топим ракетный крейсер, не имея флота, загоняем флот противника в бухту недорогими морскими дронами и подтираемся свежеизмененной конституцией РФ гораздо красивее, чем это делает сам Путин.

Чего унывать? Нам предсказали столько кабздецов, что я считать сбился, но оказалось, что главный кабздец – это мы, и мы одной плешивой животинке сейчас наступим... Не повод ли порадоваться? Мы – контрнаступающий кабздец.

В это не верил никто. В это не верили даже мы сами. Но это вышло.

А вот сейчас я немного встану руки в боки. Уважаемые, а как так получилось, что никто не верил?

Сейчас, говорят, модно разбираться, из-за кого Путин напал. Окей, давайте разберемся. Путин напал потому, что искренне верил, что Украина слаба. Не украинское руководство, не украинская армия, а вся структура. Что ему не будут сопротивляться. Конечно, значительная роль здесь принадлежит Медведчуку, который годами ему на уши вешал даже не лапшу, а прямо лазанью. Но ведь не Медведчуком единым.

А давайте подумаем, есть ли во всем этом мировом убеждении в слабой, нерешительной, коррумпированной, нищей Украине немного нашего вклада?

Не мы ли, посполитые, годами скулили о том, какой кругом кабздец?

Не у нас ли барышни с пляжа в Паттайе делились историями о том, как бабушки взвешивают полвареника?

Не у нас ли под каждый текст о российских буднях сбегались с рассказами "ой, у нас так же", хотя у нас было не так?

Не наши ли хлопы обегали весь Брюссель и пол-Вашингтона, убедив мир, что Украина не производит ничего, кроме коррупции?

Не мы ли слушали "зарубежных военных экспертов", которые нам говорили о "маленькой советской армии"?

Не мы ли пели тоскливые песни о собственном ничтожестве, в которые, в конце концов, поверили сами, а потом заставили поверить и Восток, и Запад?

В украинской национальной привычке – прибедняться. Это не просто так возникло. Прибедняйся – и сосед не позавидует, и хату не подожжет. Прибедняйся – и не донесут. Прибедняйся – и обворуют не твой дом, а тот, который напротив. Прибедняйся – и если что-то не так, то виноват будешь не ты, а кто-то другой.

Эта привычка долго помогала выживать. Как и многие другие подобные привычки, с изменением обстоятельств она из полезной превратилась во вредную.

Ее нужно оставлять. Да, трудно. Но мы оказались гораздо крепче, чем считали сами. Не надо хвастаться, не надо сладкой патоки – но так же вредно то самое нытье, которое все глупые и отдельные таксисты выдают за цинизм и прохаванность.

Будем объективными. Объективно мы крутые. Но предстоит еще много работы.

Источник: Victor Tregubov / Facebook

Опубликовано с личного разрешения автора