+4 Киев
Приговор идеологу.
Есть смерти, которые разделяют, а есть те, которые обнажают.
На 91-м году жизни умер Зорий Балаян. Умер человек, чьи слова и идеи переживут его не как наследие, а как предупреждение, чтобы больше такое не повторялось.
Чтобы понять масштаб трагедии, которую пережили народы Азербайджана и Армении благодаря таким негодяям, как Зорий Балаян, иногда нужно обратиться к уже пережитому человечеством опыту.
В XX веке мир столкнулся с фигурой Йозефа Геббельса – человека, который не держал оружия в руках, но сделал возможным его массовое применение. Его сила была в другом: он превращал ненависть в норму, внушал, что "враг" не достоин сострадания, и шаг за шагом подводил общество к мысли, что насилие над ним – это допустимо.
Важно помнить: катастрофы начинаются не с выстрелов, они начинаются с текста, с речи, с идеи.
Прошли десятилетия, и, казалось, урок нацистской Германии усвоен. Но история повторилась уже на другом пространстве, с другими именами, но по той же логике.
Карабахский конфликт стал трагедией не только из-за политики и распада систем. Он стал трагедией потому, что снова нашлись те, кто начал говорить языком разделения. Кто начал убеждать, что твой сосед – это твой враг, что сосуществование с ним невозможно и что конфликт неизбежен.
И в этой системе координат Зорий Балаян стал одной из самых ключевых фигур.
Его тексты, его риторика, его идеи для многих стали не просто мнением, а оправданием. Оправданием вражды. Оправданием жестокости. Оправданием войны.
Механизм был тот же, что и десятилетия назад: сначала было слово, потом в ход пошло убеждение, затем тотальная ненависть и в финале уже пролилась кровь.
Это и есть самая страшная параллель между Геббельсом и Зорием Балаяном. Не в масштабах и не в историческом контексте, а в самой природе воздействия. Когда идеология лишает человека способности видеть в другом человеке такого же человека.
Две карабахские войны – это итог не только политических решений. Это итог идей, которые долго и настойчиво вбивались в сознание людей. И как результат – десятки тысяч погибших, тысячи пропавших без вести. Миллионы беженцев.
Это и есть цена слов таких негодяев в человеческом обличии, как Геббельс и Зорий Балаян.
Есть вещи, которые не подлежат спору: разжигание ненависти всегда ведет к трагедии, и те, кто этим занимается, несут ответственность, даже если они никогда не были на поле боя.
Йозеф Геббельс когда-то показал миру, как слово может разрушить человечность.
Зорий Балаян и история двух Карабахских войн между Азербайджаном и Арменией показала, что этот урок нацистской Германии может быть забыт и вновь повторен.
Зорий Балаян дожил до того момента, когда последствия его идей стали очевидны всем. Это редкий случай, когда идеолог видит итог своих бредовых идей при жизни и этот итог для него стал настоящим приговором. Он собственными глазами увидел, как водружался президентом Азербайджана флаг в Ханкенди и в Шуше, он увидел парад победителей и он увидел "Нюрнбергский процесс" над сепаратистами в Баку и только после этого он умер.
И этот итог, не только победа Азербайджана над Арменией, но это также руины, боль и тишина на месте разрушенных судеб.
Этот текст – не попытка переписать историю, а, наоборот, попытка напомнить простую вещь, понятную и в Баку, и в Ереване: ненависть, посеянная словом, не знает границ, она не выбирает национальность, она убивает всех.
Никакие лозунги не воскресили погибших. Никакие книги не вернули дома беженцам. Никакая "идея" не оправдала разрушенные судьбы. Осталась только цена, и она оказалась чудовищной.
Этот текст – не о смерти одного человека. Это напоминание живым, о том, что разжигать ненависть легко, оправдывать ее еще легче, но расплачиваться за нее будут не авторы, а народы, и потому приговор здесь один: слово, превращенное в оружие, – такое же преступление, как и выстрел.
И рано или поздно за него придется отвечать перед судом истории. Как говорят на Востоке: "Кто сеет ветер, пожнет бурю".
Источник: Ramis Yunus /Facebook
Опубликовано с личного разрешения автора
