$41.42 €45.26
menu closed
menu open
weather +24 Киев
languages

"Дмитрий Гордон – единственный, кто меня слушал и, главное, дал говорить"

"Дмитрий Гордон – единственный, кто меня слушал и, главное, дал говорить"
Фото: Феликс Розенштейн / "ГОРДОН"

По своему литературному опыту (все-таки на моем писательском счету стихи и художественная проза, мемуары и киносценарий) я знаю: в книге важно абсолютно все, но умное, талантливое напутственное слово – в первую очередь. Тут правило срабатывает: как вы яхту назовете, так она и поплывет – раньше над этим я, честно говоря, не задумывался, а зря: может, поэтому на презентацию моего романа "Искушение" явились судебные приставы и, предъявив исполнительные листы по искам вкладчиков, на весь тираж наложили арест...

В любом случае читатель открывает книгу, видит обращенные к нему слова и так или иначе, но их просматривает – другое дело, что предисловие пишется все-таки не автором и может оказаться талантливее, чем сама книга (на свое я не намекаю). Человек поверит, что все так здорово, начнет читать, ан поздно будет! – шучу...

Перед вами, друзья, сборник, состоящий из интервью, и за свою жизнь, между прочим, я дал их великое множество, поскольку на безразличие к собственной персоне пожаловаться не могу. Уже и не вспомню, когда особого внимания к себе не ощущал, причем не только на территории СНГ – по всему миру.

В законах США пирамиды МММ упоминаются как пример и олицетворение зла

Что интересно, когда в 94-м руководитель моего инвестиционного фонда приехал на какой-то конгресс (черт его знает, какой) в Штаты, его сразу же в комиссию по ценным бумагам и биржам вызвали и спросили: "Зачем вы сюда прибыли? Пирамиду строить?", после чего достали полуметровой толщины досье на меня – показали, что и там за Мавроди следят. "Мы, – сказали, – будем вопросы сейчас задавать. По закону вы имеете право на них не отвечать, но в таком случае вас препроводят прямо в тюрьму и будете сидеть там до тех пор, пока не передумаете".

Это и есть демократия по-американски, и я ничего не придумываю – так все и было. В тот же день мой сотрудник вернулся домой в полном ужасе, а в штатовском законе про пирамиды МММ конкретно упоминается как пример и олицетворение зла.

...С одной стороны, меня СМИ боятся, а с другой – понимают: каждое мое появление у них повышает их рейтинг, поэтому включают "зеленый свет". Впрочем, давать интервью я не люблю и обычно делаю это вынужденно. У меня вообще как-то так получается: вещи, которые терпеть не могу, меня и преследуют...

В последнее время приходится вот с журналистами бесконечно общаться, потому что любое мое выступление в прессе, радио– и телеэфире крайне благотворно на участников системы действует и способствует ее продвижению, но когда мы беседовали с Дмитрием Гордоном, никакого особого смысла в нашем диалоге не было – система еще признаков жизни не подавала, и изначально к этой идее я отнесся довольно скептически. Может, потому, что с московским его однофамильцем сталкиваться приходилось? Ой, это было нечто, то есть пригласили, вообще-то, поговорить о моей книге, причем я еще уточнил: "В заблуждение вы меня не вводите?". Александр Гордон возмутился: "Что вы! Да как вы можете!", но все его клятвенные обещания оказались полным враньем – в студии какие-то вкладчики появились, и вся передача свелась опять к склоке вокруг МММ-94.

На встречу с киевским Гордоном я согласился, потому что просмотрел, что он пишет, ну и в память о своих корнях – все-таки отец мой наполовину украинец, наполовину донецкий грек (родом из села Старомлиновка – второй махновской столицы). Правда, я был уверен, что в последний момент Дмитрий откажется, вот и сказал: "Приезжайте!", а после этого обратной дороги уже не было.

gor-mavr-znak "На встречу с киевским Гордоном я согласился в память о своих корнях – отец мой наполовину украинец, наполовину донецкий грек". Дмитрий Гордон в гостях у Сергея Мавроди. Москва, 2010. Фото: Феликс Розенштейн / "ГОРДОН"

К счастью, хотя фамилию российский и украинский Гордоны носят одну, творческий почерк у них разный: никому из журналистов я никогда комплиментов не делал, а вот Дмитрия хочу похвалить, и совершенно искренне, потому что он единственный, кто меня слушал и, главное, дал говорить. Перебираю сейчас в памяти его коллег и никого больше назвать не могу. Почему? У них есть особенность: начинают про­пис­ные истины изрекать, а потом увлекаются и перестают слышать кого-то, кроме себя, – по крайней мере, со мной так было не раз.

Однажды я был приглашен Евгением Киселевым на программу "Большая политика" – вот кто совершенно не умеет собеседника слушать: собственным величием упивается и разговаривает в основном сам с собой. Ладно, если это идет интервью на пользу, если ведущий такой умный, так привлекает внимание зрителей и все на него смотрят, раскрыв рот, но тут же эффект обратный – людей несказанно раздражает то, что он каждую минуту перебивает и, как павлин, распускает свой хвост и собою любуется.

Не понимаю журналистов, которые не дают человеку и рта раскрыть – зачем же тогда зовут? Чтобы внимать самому себе? Мне кажется, это какой-то вопиющий непрофессионализм и глупость, поэтому после встреч с пишущей и снимающей братией у меня обычно чувство неудовлетворенности остается. Ты битый час что-то талдычишь, а потом смотришь – нарезали, понадергали из контекста и получился какой-то бред: совершенно не то, что ты имел в виду (знал бы, не стал бы время попусту тратить).

Дмитрий Гордон позволил мне изъясняться спокойно и свободно, потому что понимает: зрителям и читателям интере­сен в первую очередь я, а он просто направляет беседу в нужное русло – так и должно быть. Все видят, что приглашенный на интервью умный, ну а умный или нет интервьюер – какая, собственно, разница? Главное – одеяло на себя он не тянет и не пытается стать в этой беседе персоной номер один.

Кто-то смотрел это мое интервью Дмитрию по телевидению, кто-то прочитал в газете или в интернете, но мнение было единогласным – всем оно очень понравилось. Многие считают его лучшим, и это не слова желающих мне польстить родственников или знакомых – у меня нет ни тех, ни других. На электронную почту, на сайт ко мне обращались незнакомые люди, так что остальных журналистов призываю выводы сделать. Поймите, господа хорошие: надо все-таки хоть время от времени давать интервьюируемому говорить – эффект будет гораздо лучше!

Чтобы в ложь поверили, она должна быть чудовищной

Вообще-то, СМИ сегодня верить нельзя – они превратились в какие-то прачечные по отмыванию лжи, и я это не предполагаю, не подозреваю, а знаю доподлинно, потому что пишут обо мне столько... Иногда публикации эти просматриваю и столько нового о себе узнаю! Их авторы явно взяли на вооружение рецепт Геббельса, который учил: "Чтобы в ложь поверили, она должна быть чудовищной", – вываливают подчас такое, что нормальному человеку в голову не придет.

Как-то прочитал в "Московском комсомольце", что я где-то матом ругался и на участников МММ орал, а также, что выплаты им задерживаются, – ну просто вбросили клевету в чистом виде. Потом эту сплетню остальные издания подхватили и повторили 100 раз, а на 101-й она уже стала "правдой", и ее передают и разносят как нечто само собой разумеющееся. Словом, отвратительная, дурно пахнущая грязная ложь превратилась в прекрасную благоухающую чистую истину – вот что такое современные средства массовой информации!

Поэтому-то и веду в интернете страничку – что-то вроде моей газеты. Участники системы МММ присылают на нее тексты – масса корреспондентов снабжают меня информацией, а я письма выкладываю, всякие интересные ссылки, правда, в последнее время в переписке возникли перебои – почтовый сервис Mail.ru блокирует все, что со мной связано. Думаете, у всех почту просеивают? Да нет, только у меня – вокруг какая-то беспросветная серость, а она всегда сопряжена со страхом. Все чего-то боятся, потому что над всеми довлеет гнетущая рука спецслужб, а от любого упоминания МММ или Мавроди чиновников и иже с ними в холодный бросает пот.

Я совершенно уверен, что блокировать мою корреспонденцию никто Mail.ru не заставлял, они это делают по собственной инициативе – от избытка усердия и на всякий случай, потому что другие российские электронные почты, например, Yandex.ru, такими вещами не занимаются. Это и есть демократия по-российски: Украина еще не в курсе, что она из себя представляет, но скоро узнает, и когда у вас закостенеет все точно так же, как здесь, вспомните свой нынешний бардак как что-то хорошее.

Если и есть что-то в нынешней неустойчивой жизни надежное и незыблемое – это профессионализм, поэтому я с удовольствием встретился бы с Дмитрием Гордоном снова, тем более что есть о чем поговорить – благо в МММ-2011 уже восемь миллионов участников. Пожалуйста, приезжайте – примем, а вот на причитающийся мне экземпляр новой книги Дмит­рия не претендую.

...Знаете, когда в 94-м меня арестовывали, все три комнаты в моей квартире были заставлены книжными стеллажами от пола до потолка (из мебели только кровать стояла и стол). Библиотека была очень большая, но в результате бесчисленных обысков книги исчезли, а последние по гражданским изъяли искам. Сегодня у меня нет ни одной – полки пусты, ведь если судебные приставы найдут хоть какую-то, сразу опять изымут по приговору суда. Ну что поделаешь? – такова "спортивная" жизнь...

Утешаю себя тем, что мне все равно не доставляло бы радости окружение, в котором в книжке Гордона я оказался, – из этой "пульки" никто меня, честно говоря, не вдохновил. Все эти экономисты Явлинские, экс-премьер Касьянов особенно – те еще фрукты: поэтому что оказаться в середине этого списка, что возглавить его – сомнительное удовольствие.

Кстати, совершенно не сожалею о том, что "М" – не первая в алфавите буква, потому что она – 14-я, а МММ – это 42 ровно, так что все предрешено. В Библии что написано? "Дана ему (зверю, вышедшему из моря, которого христиане считают антихристом."ГОРДОН") власть действовать 42 месяца". 42 – такое же число, как 666, поэтому, хотя и считается, что книга – это заявка на вечность, я не рассчитываю, что мой голос в конце третьего тысячелетия люди услышат. Я же финансовый апокалипсис устраивал, история на мне и заканчивается, так что никакого третьего тысячелетия не ждите – будет другая реальность.

Напоследок Дмитрию пожелаю признания, а остальным – ценить возможность держать в руках не электронную читалку, а пахнущий типографской краской томик и получать от него удовольствие.