До апреля Москва сможет продавливать нас на капитуляцию 

Путин раскрывает карты. И торгуется по ранее озвученным вопросам. Удивительно, что этого до сих пор не осознают те, кто все еще способен влиять на геополитику. Итак, о чем идет речь?

Кремль начинает вводить новые условия в разговор об окончании войны. И первое из них – это расшифровка "гарантий безопасности для России". По мнению Путина и его клики, мирный договор с Украиной может быть подписан, если НАТО отступит от границ с Россией. То есть статус члена должны потерять все те, кто вступил в Альянс, начиная с 90-х годов. То есть, по сути, речь идет о 16 странах, которые стали членами с 1999 года. От Польши, Чехии и Венгрии до Финляндии и Швеции. А это – не просто максималистское требование, которое было озвучено в 2007 году в Мюнхене (о расширении Альянса), но и открытое объяснение того, что война в Украине – это повод начать разговор о масштабной геополитической ревизии. И поэтому российская война с Европой просто неизбежна, ведь она также будет экзистенциальной по своей сути.

Россия постоянно говорит об угрозах для себя, о том, что Россию обманули, что не считаются с ее местом в мире. И это при том, что нападение на РФ никто и никогда не рассматривал как симуляционную модель. Наоборот, Альянс как раз был построен на механизме сдерживания агрессии. Поэтому в словах Путина нет никакой логики. Нет никаких оснований полагать, что война в Украине может закончиться, как только Путин получит весь Донбасс или даже территории, закрепленные в конституции РФ.

Россия преследует гораздо более масштабные стратегические цели. И развал НАТО – одна из главных. К 2030 году ЕС должен переоснастить свои вооруженные силы. Таким образом, отказываться от американского "зонтика безопасности" будет не так страшно. Это в планах Европы. В планах же Путина – успеть в этот период 2027–2030 годов максимально снизить "стоимость" Альянса, спровоцировать раскол и в некоторых странах снизить темпы перевооружения.

Мы же в этом пазле выполняем, действительно, роль сдерживания возможностей Москвы по проведению ОСО в перспективе до одного года. Поэтому помощь оружием и деньгами от европейцев – это, в том числе, плата за выигранное для них время. До марта–апреля следующего года у Москвы еще будут возможности "продавливать" нас на капитуляцию. В период апреля–мая может возникнуть небольшое окно возможностей уже для нас (если я правильно рассчитываю).

И если темп войны не начнет спадать до сентября 2027 года, следующим моментом для кардинальных изменений могут стать уже только 2029–2030 годы.