Я отказалась от новой школьной формы детям. Не уверена, что она пригодится
Знаете, что я сделала вчера? Я отказалась от школьной формы, которую заказала детям на новый учебный год. Не потому, что передумала. Не потому, что нашла лучшую. А потому, что впервые с февраля 2022 года я не уверена, что она вообще пригодится.
Этой ночью от склада Rozetka до моего дома было всего несколько километров. Мы живем в частном доме. У нас нет подвала. Нет метро рядом. Нет паркинга, куда можно сбежать за две минуты. Есть только ты. Твои дети. И звук, после которого ты уже не думаешь ни о работе, ни о деньгах, ни о планах. Ты просто сидишь и ждешь. Не потому, что можешь что-то сделать. А потому, что больше не можешь сделать ничего.
Самое страшное в этой войне – даже не взрывы. Самое страшное – это момент, когда ты перестаешь быть уверенной, что способна защитить своих детей. Я всегда была человеком, который искал решение. Если существовала хотя бы одна возможность – я ее находила. Если нужно было бороться – боролась. Если было страшно – все равно шла вперед. А сегодня я впервые сижу и не знаю ответа. Я не спрашиваю себя, выдержу ли я. Я спрашиваю себя, имею ли право заставлять выдерживать их. Мы все говорим о своем выборе остаться в Украине. И это действительно наш выбор. Но наши дети этого выбора не делали. И именно это сегодня разрывает меня больше всего.
Впереди зима. Мы знаем, что уже разрушено. Мы знаем, что под ударами энергетика, водоснабжение, канализация. Мы понимаем, что будет дальше, если темпы атак не изменятся. И я впервые за четыре с половиной года войны думаю не о том, как пережить очередную атаку. Я думаю о том, имею ли моральное право оставлять детей там, где я больше не могу гарантировать им даже самого главного – шанса дожить до утра.
Это страшный вопрос. Потому что на него нет правильного ответа. Есть только ответственность. И она сегодня весит больше, чем когда-либо. Как смотреть на следующий школьный год: через призму образования или через призму выживания?
Короче, если вы думаете, что я знаю, что делать, то нет.
Источник: Dana Iarova / Facebook
