Встреча Рэтклиффа в Москве для нас не плохая. Путин знает: спецслужбы, как правило, не шутят
Я думаю, что у Рэтклиффа были свои четкие задачи и послания, и прежде всего – предупреждение. Вероятно, речь шла и о Европе: многие американцы понимают, что все эти российские "финты" с дронами, взлетающими с "серых" танкеров, и угрозы критической инфраструктуре – это то, что влияет на весь Запад. Хотя в сегодняшней американской администрации нет особо уважительного отношения к значительной части Европы, она все равно остается западной реальностью, связанной с США. Такие визиты не возникают из ниоткуда: президент Литвы Гитанас Науседа говорил, что они знали о подготовке этого визита и ожидают определенной информации уже после таких встреч.
Многие говорят, что Путину могли высказать предостережения относительно возможных провокаций России против стран НАТО. Это должно стать темой для обсуждения, поскольку многие европейские страны обеспокоены – вы видели даже публичные оценки американского разведывательного сообщества о том, что Россия может повысить ставки. В 2021 году, при другой администрации, американцы тоже высказывали определенные оценки и предупреждения.
Услышит ли Путин эти предостережения? Думаю, частично услышит. Само присутствие Рэтклиффа – это уже повышение ставок со стороны американцев: одно дело – когда в Кремль ездят Виткофф и Кушнер, совсем другое – когда приезжает директор ЦРУ. У него есть собственное понимание угроз, к нему стекается огромный массив информации, и, судя по тому, что я знаю от друзей, он очень сильный аналитик – другой по опыту, чем Билл Бернс, но не менее классный. Трамп в некоторых критических случаях очень внимательно его слушал и, насколько мне известно, руководствовался тем, что тот говорил. Вопрос – насколько внимательным будет Путин.
Думаю, в сегодняшней ситуации, когда у него проседает экономика, он не хочет и не будет останавливать боевые действия, потому что для него это исторический вопрос, вопрос безопасности его режима и того, как, по их терминологии, Россия должна выглядеть после того, как ставки подняты. То есть ставки он видит максимально высокими, но будет прислушиваться к американцам, потому что прекрасно понимает: единственные, кто способен действовать в этом мире жестко, – это американцы.
Хотел бы он договориться с американцами через нашу голову? Думаю, что нет – возможности для этого сейчас нет. Но прислушиваться он будет, потому что, как человек из КГБ, знает: спецслужбы, как правило, не шутят.
Что это означает для Украины? Я не думаю, что эта встреча для нас плоха – это моя интуиция. Вряд ли американцы будут продвигать какой-то отдельный вариант именно для нас, потому что они видят мир иначе: мы для них важны не сами по себе, а как актив, через который можно влиять на Россию, а значит, и опосредованно на Китай, через который можно влиять на Европу, продвигать развитие технологий, накапливать данные для платформ, принимающих решения на основе искусственного интеллекта. Не очень приятно быть активом, но лучше быть активом, чем ничем. Никакой мягкой, комфортной реальности для нас не будет. Самое важное для нас – стать в плане безопасности частью Запада, а без американцев это не работает.
И для американцев мы должны представлять собой добавленную стоимость – это звучит цинично, но именно поэтому они и будут вкладываться в нас: не только деньгами, но и возможной эскалацией, разведданными, содействием, помощью европейцам, от которых мы критически зависим финансово и будем зависеть еще долгие годы. Люди, работающие над стратегией в американской администрации, всегда мыслят языком влияния, рычагов, стратегии – и если они видят в нас актив в своих стратегиях, это уже хорошо.
Источник: Радіо Свобода / YouTube
