Ноябрь станет временем, когда Россия попытается использовать все 

На фоне эскалации появляются различные прогнозы относительно возможных будущих сценариев войны России против Украины. Многие пытались найти намеки на завершение войны в текстах по итогам саммита ШОС в Бишкеке. К сожалению, я не разделяю даже осторожный оптимизм относительно изменения российской политики.

Пресс-конференция Путина в Бишкеке 1 сентября продемонстрировала его намерение идти на эскалацию. Он отверг идею замораживания конфликта вдоль линии соприкосновения, заявив, что России нужно не "замораживание конфликта", а "длительный, абсолютный мир". Небензя в ООН, со своей стороны, вновь повторил давние условия России для такого "мира", которые фактически сводятся к капитуляции Украины.

Главная причина проста: Путин не может остановить эту войну, поскольку от нее зависит его режим. Но поскольку значимых результатов на земле нет, Москва пытается достичь их другими средствами. На той же пресс-конференции Путин говорил о подготовке массированных ударов по украинской энергетике, продолжении кампании на море и фактически не исключил расширения географии ударов по военной инфраструктуре за пределы Украины.

Так что этой осенью Россия сосредоточится на украинском энергетическом секторе и экономике. Эта кампания уже началась: удары по Одесской области, энергетическим объектам, портам и логистике свидетельствуют о том, что Москва переходит от отдельных атак к системному, непрерывному давлению.

Политически Бишкек проявил к Путину толерантность. Так, Моди призвал прекратить бесконечную войну, Токаев говорил о ее замораживании вдоль линии фронта, а Китай повторил свои призывы к диалогу, но ни одна из этих позиций не была подкреплена реальным давлением на Москву. Россия не была осуждена в итоговом документе, сохранила все свои двусторонние контакты и продемонстрировала, что она не изолирована.

Для Кремля это важнее, чем сами слова партнеров. Дипломатический дискомфорт без экономической или политической цены не меняет расчетов Путина. Если партнеры говорят о мире, продолжая торговать, встречаться и поддерживать нормальные отношения, это не создает никаких стимулов для прекращения агрессии.

Возвращение России к полноценному участию в финансовом треке G20 дало Путину еще более сильный сигнал. Вместе Бишкек и G20 снижают воспринятую Москвой цену продолжения войны. Незападные государства не наказывают Россию за ее поведение, в то время как западная изоляция начинает размываться еще до окончания войны. Для Путина это означает, что он может продолжать оказывать давление, одновременно возвращаясь в большие международные форматы.

В этих рамках Китай подставляет России плечо поддержки. Самый точный способ описать роль Китая заключается в следующем: он абсорбирует часть военных расходов России. Китай закупает российские энергоносители, поддерживает жизненно важные торговые и технологические каналы и тем самым ослабляет влияние западного давления. Конечно, Китай использует ситуацию в своих интересах и не дает Москве всего, чего она хочет: "Сила Сибири – 2" до сих пор не заработала.

Интерес Китая заключается не в самой войне, а в ее последствиях для глобального баланса. Длительное противостояние между Россией и Западом отвлекает американские и европейские ресурсы, усиливает зависимость Москвы от Пекина и ускоряет фрагментацию международного порядка на несколько отдельных центров.

Политика США дает Путину дополнительные стимулы для повышения ставок: если администрации Трампа нужен результат до промежуточных выборов 3 ноября, то в интересах Кремля – максимально ослабить позиции Украины к этому времени.

Критическая внутриполитическая дата для Кремля – 18–20 сентября. До выборов в Государственную думу существует по крайней мере формальное политическое ограничение на непопулярные решения; после них это ограничение ослабляется. Именно поэтому после 20 сентября будет важно следить не только за возможностью указа о мобилизации, но и за стремительным увеличением контрактного набора, региональными выплатами, привлечением резервистов и другими способами быстрого наращивания живой силы.

Октябрь представляется определяющим месяцем для усиления российского давления. Начинается отопительный сезон, Украина вступает в период максимальной нагрузки на свою энергосистему, а у России есть время накопить ракеты и дроны и начать кампанию накануне выборов в США.

Наиболее вероятный сценарий – резкая интенсификация воздушной и энергетической кампании. Основными целями могут стать электрогенерация, подстанции, газовая инфраструктура, транспортные узлы, портовый комплекс Одессы и дунайский маршрут.

На суше давление, скорее всего, будет продолжаться без существенного прорыва. России не обязательно нужен крупный прорыв, если она может поддерживать впечатление, что позиции Украины медленно ухудшаются.

Октябрь также станет важным месяцем для переговорного давления. Если администрация Трампа искренне стремится показать результат до 3 ноября, именно тогда у Вашингтона будет самый сильный стимул искать хотя бы частичное соглашение. Для Москвы это означает обратное: максимально повысить ставки до того, как давление США по заключению соглашения достигнет пика.

Ноябрь станет временем, когда Россия попытается политически использовать все, что ей удастся накопить в сентябре и октябре. Если удары по энергетике, логистике и давление на фронте дадут ощутимый эффект, Москва попытается использовать это на переговорах.

Ноябрь также будет важным для Вашингтона. Администрации Трампа нужен результат до выборов, тогда как в интересах Путина – подойти к этой дате с максимально сильных позиций. После этого стимулы США могут быстро измениться: Вашингтон может либо попытаться закрепить любую достигнутую договоренность, либо интерес к быстрому результату может угаснуть.

Таким образом, к сожалению, мой прогноз на октябрь – ноябрь остается таким: ситуация будет обостряться. Настоящее замедление со стороны России этой осенью представляется маловероятным. Чтобы это произошло, должен был бы существенно измениться хотя бы один фундаментальный параметр: ситуация на поле боя для России должна была бы резко ухудшиться, экономическая нестабильность – значительно усилиться, возможности Украины в сфере ПВО и дальнобойных ударов – существенно возрасти, либо же должно было бы появиться реальное давление со стороны Китая или США. Пока что ни один из этих факторов не изменился в достаточной степени.

Следовательно, основной тренд таков: Путин не движется к миру; он готовится улучшить условия будущих переговоров. Бишкек показал ему отсутствие международной цены, G20 продемонстрировала начало размывания западной изоляции, Китай оказал поддержку, а календарь выборов в США дал конкретный горизонт для повышения ставок.