Это все слабо контролируемый процесс, и мы видим его последствия на улицах
В первую очередь нужно решить, кто является реальным выгодополучателем от реформы ТЦК. Сейчас создается впечатление, что политики хотят снять с себя критику в связи с насильственной мобилизацией, а руководители ТЦК хотят, чтобы их меньше критиковали и больше уважали. То есть будущие изменения связаны исключительно с информационно-политическим контекстом. Но они не направлены на тех, кто должен быть реальным, настоящим выгодополучателем этих изменений.
Кто в первую очередь нуждается в качественной мобилизации, качественном пополнении и несет ответственность за это пополнение? Командиры воинских частей, бригад, корпусов. Именно они должны сказать: "Мы почувствовали системные изменения в мобилизации, они качественные, мы видим поддержку со стороны государства".
Основной вызов мобилизации – это не история о том, как по-хорошему хватать людей на улицах и заставлять их ехать на войну. Это невозможно – мобилизация во время массовых войн всегда принудительная. Так было во время Первой и Второй мировых войн, в том числе и в самых демократических странах. Почему так поступали? Чтобы у командиров боевых частей было плановое поступление людей для выполнения боевых задач и чтобы нести минимальные потери, было время на подготовку и качественное использование в соответствии с физическими, психологическими, интеллектуальными способностями людей. Все это возможно, если к такой массовой мобилизации будут привлечены командиры армейских корпусов, командиры бригад. Я пока даже деклараций об этом не слышал, даже на уровне обещаний.
У нас мобилизация – это вещь в себе. За призыв людей в конкретном районе отвечает никому не известный офицер ВСУ, которого засунули в ТЦК. Он несет ответственность за план. Людей должны как-то нахватать на улицах, на предприятиях и направить в учебный центр учебной части, у которой тоже есть собственный план по передаче определенного количества новобранцев в армию. Этих людей разбрасывают по воинским частям в неизвестном для командиров бригад и корпусов порядке. Кто-то получает пополнение, кто-то вообще не получает. Системы как таковой не существует, все это фрагментарная мобилизация. Штаб верховного главнокомандующего отдает один приказ, главнокомандующий ВСУ доводит плановые показатели, они выполняются абсолютно по-своему. Это все слабо контролируемый процесс, и мы видим его последствия уже на улицах.
Сейчас часто задают вопросы: что не так с мобилизацией, почему нет системы и логики, кто несет ответственность за мобилизацию людей, которые попадают на фронт? А никто. Направляют тех, у кого есть заключение ВЛК о том, что они здоровы. Они попадают в штурмовой полк, где им говорят: "Раз вы здоровы, то теперь вы – штурмовики. Вперед!"
И возникают скандалы: "У нас плохие штурмовые полки, армия заставляет людей воевать". В результате – все недовольны, хотят сбежать из армии. А сейчас мы видим, что один из участников и подстрекателей событий на Сыхове – военнослужащий в СОЧ, который считает, что в армии ему не место, он должен быть в тылу.
Ну и ответственность. Кто за это отвечает? На данный момент – никто. То есть это все личное решение человека. А ответственности за то, что у нас такое количество СОЧ, не несет никто – это их личные решения. Нет никакого руководителя наверху, который бы этим занимался, отвечал бы за такое количество СОЧ. За то, что людей с отрицательными заключениями ВЛК признают здоровыми, направляют на фронт, нет ответственности.
Пока не будет создана вертикаль ответственности от момента мобилизации до момента попадания человека на выполнение боевой задачи, эффективная мобилизация существовать не может. И этот вопрос должно решить государство. Для начала его хотя бы признать.
Источник: "Украинская правда"