"Подвинься ближе". Как миллиардер публично предлагает Западу сохранить Россию Путина 

Кто такой Мельниченко

Мельниченко 54 года, он родился в Гомеле (Беларусь) в семье преподавателей, мать – украинка. Бросил университет, по версии Forbes, начинал с валютных обменников и лотерей, позже учредил банк. Основатель и бенефициар металлургических и химических компаний ("Еврохим", Сибирская угольная энергетическая компания, "Трубная металлургическая компания"). Долго жил за границей, женат на модели Александре Мельниченко из Сербии, на которую переоформил большинство своих активов. В 2025 году, по данным СМИ, вернулся в РФ.

В 2025 году, пишет The Economist, он лично встречался с нелегитимным президентом Владимиром Путиным, после чего "впервые публично нарушил молчание", дав обширное интервью длительностью около 60 часов. На самом деле это не так: в 2023-м он подробно говорил с Financial Times о санкциях и войне, подчеркивая свою независимость от Кремля и вред для мира от санкций против РФ, а в 2024 году дал двухчасовое интервью американскому консервативному блогеру Такеру Карлсону, где, среди прочего, жаловался на несправедливые притеснения и предупреждал о ядерных рисках.

Редактор The Economist Аркадий Островский представляет Мельниченко как системно мыслящего человека с образованием квантового физика, который пытался вписаться в "глобальный мир", но после санкций за войну в Украине осознал его бесполезность. Теперь он выступает за суверенную Россию – якобы предсказуемую, привлекательную для бизнеса, но и крайне опасную для мира, если проиграет Украине и ее союзникам.

"Почему разрушенная Россия плоха для мира" (по мнению Мельниченко)

Когда война в Украине закончится, Москве придется стать частью новой архитектуры безопасности, пишет олигарх. Попытки лишить РФ суверенитета не решат проблему, а воспроизведут ее в более опасной форме, считает он.

Он описывает четыре послевоенных сценария, которые, по его мнению, плохи как для Запада, так и для РФ:

• униженная Россия изолируется на периферии развитого мира. В перспективе это породит агрессивный реваншизм, а-ля Германия после Первой мировой войны, для которой Версальский мир был не созданием порядка, а накоплением отложенной энергии;
• РФ уходит на орбиту Китая, не сможет встроиться в финансовые производственные цепочки, превратившись в сырьевой и буферный придаток, который значительно укрепит амбиции Пекина;
• после войны российское государство теряет управление, и борьба за власть доходит до борьбы за ядерный арсенал. По словам Мельниченко, "этот сценарий разрушает сплоченность, которая делает функциональным ядерное сдерживание";
• проигравшая Москва становится державой-крепостью – закрытой, мобилизованной страной в постоянной осаде, где конфликт "превращается из события в способ организации государства".

"Формы различаются. Системный результат – один и тот же", – приходит к выводу бизнесмен, указывая, что "истощение – не стратегия".

Подчеркивая, что смотрит на события якобы через категории "физика", а не через мораль или идеологию, он, однако, описывает вторжение в Украину как "трагедию народов" и "конфликт РФ с Западом", не называя, кто и почему его начал. Решение о начале боевых действий представлено как "исчерпание дипломатии".

Олигарх признает, что РФ не сможет долго воевать с превосходящими силами коалиции Запада и Украины и "конфликт" рискует перейти в другой формат, намекая на ядерные возможности Москвы. Поэтому "главное – отступить от края пропасти", пишет он.

Компромисс, по его мнению, не может касаться внутренней политики РФ, на каких бы условиях стороны не договорились. В тексте нет ни слова о незаконной оккупации и военных преступлениях на украинских землях, зато много тезисов, постоянно звучащих в кремлевской пропаганде. В том числе – о том, что война "выгодна" Западу и договариваться Москва будет только с ним.

Путин и "красная папка"

Отдельная редакционная статья – интервью Мельниченко начинается с описания его аудиенции у Путина. Она якобы прошла 28 мая 2025 года в Кремле, наедине и около полуночи.

"Подвинься ближе, Андрей", – якобы "доброжелательно" сказал Путин, а позже угостил Мельниченко чаем.

Олигарх утверждает, что он увидел досье на себя в "красной папке" и признался Путину, что, "как и все", боится того, что там может быть. Бизнесмен говорит, что изложил проблемы своего бизнеса из-за того, что "все это произошло", имея в виду войну в Украине и санкции.

Мельниченко в интервью не делает вид, что перечил Путину. "Мир оказался не таким, каким я его представлял. Нет глобального мира. Нет глобальных правил. Вы поняли это раньше нас", – сказал он президенту РФ. Путин был доволен, отметил он.

The Economist напоминает предыдущий пункт биографии, связывающий бизнесмена и политика. В августе 2023 года российская прокуратура потребовала изъять у Мельниченко энергетическую компанию "Сибэко", заявив, что при ее покупке имел место мошеннический сговор с предыдущим владельцем. Однако уже через две недели силовики отказались от претензий, а Мельниченко пожертвовал 32 млрд руб. ($335 млн) образовательному центру "Сириус", которому покровительствует лично Путин и где тренирует гимнасток его вероятная гражданская жена Алина Кабаева.

После этого, говорит Мельниченко, он понял, что единственный способ защитить собственность в РФ – "встроиться в существующую систему, разобраться в конкурирующих интересах различных групп и участвовать в формировании ее целей".

Британский журнал подчеркивает, что предоставил трибуну Мельниченко не потому, что "согласен со всеми его взглядами" или считает его "поборником демократии и прав человека", а потому, что видит в нем прагматика, чей голос может резонировать среди элиты. При этом издание отмечает, что герой интервью не пытается бросить вызов системе российской власти, а лишь предлагает ей свои услуги.

"Это и есть точка зрения Путина"

Островский считает согласие Мельниченко на интервью и его колонку поступками возможного лидера послевоенной РФ, хотя и удивлен, что тот "высунулся из окопа". Российский политолог Станислав Белковский констатирует, что эти авансы ничем не оправданы.

"The Economist дает понять, что Мельниченко якобы чего-то недоговаривает, но журнал знает тайные мысли колумниста. Якобы Мельниченко выражает интерес тех кругов, которые хотели бы ограничить всевластие Путина. Но ничего подобного в колонке нет, как и нет в собственных репликах Мельниченко в его интервью. Он говорит, что есть четыре сценария развития для России, которые бытуют на Западе, и ни один из них РФ не устраивает", – уверен эксперт.

Главный и единственный вариант, устраивающий Москву, – чтобы РФ оставили в покое и дали карт-бланш на внутреннюю политику, не читая "лекции о демократии", указывает Белковский. А за это она будет полностью предсказуемой.

"То есть, в принципе, это точка зрения Путина. Поэтому предположения The Economist, что за всем этим стоит глубокая оппозиционность, в общем, высосаны из пальца", – резюмирует он.

Политолог Екатерина Шульман считает, что почти все формулировки в колонке Мельниченко можно трактовать двояко, но не допускает, что он не согласовал свою позицию с Кремлем.

"Факт публикации важнее содержания публикации. Ее содержание мутно, вторично и представляет собой попытку "и нашим, и вашим". Может, это кому-то и показалось презентацией потенциального постпутинского лидера. Но больше вероятность, что автор получил разрешение у начальства на то, чтобы еще раз выйти и представить Западу позицию РФ на понятном ему языке. Мне трудно себе представить, что будь то хоть миллиардер, хоть последний блогер, что можно вот так опубликоваться, не получив на это какую-то санкцию. А после того как разрешение получено и выступление выступлено, оно начало жить своей жизнью. И много англоязычных реакций, типа "человек приехал сказать: "Я могу сделать лучше Путина. Вам со мной будет лучше, чем с ним!" Но это не может произойти без дозволения Путина", – говорит она.

Китаю не интересно

Китаист и эксперт аналитического центра NEST (Берлин) Всеволод Чигадаев сомневается в уверенном прогнозе Мельниченко в части неизбежного включения России в орбиту Китая, что усилит возможности Пекина и его претензии на мировое господство.

"Мы понимаем, что эта статья – приглашение [Запада] к разговору. "Если вы нас к себе не возьмете и при этом не сохраните наш суверенитет, то мы упадем под китайцев, станем зависимыми, и тогда мы будем сумасшедшим соседом, который будет громить вас, но уже с поддержкой Китая". Но для Европы РФ – это вообще не проблема, ни первая и ни вторая, потому что есть внутренняя экономика, единство ЕС и так далее. Примерно то же с Китаем – есть торговая война с США, проблемы экономические, есть Япония, Южная Корея, Северная Корея. И только потом, где-то там, – Россия", – отмечает он.

Речь не идет о желании КНР управлять послевоенной РФ, указывает Чигадаев, а политические элиты и экспортный бизнес и сейчас уже "изолированы" Китаем как главным покупателем энергетического и другого сырья.

"Лезть куда-то во внутреннюю политику никому не интересно. Людям в РФ, в понимании КНР, нужно добывать минеральные ресурсы и отправлять их в Китай. Китай должен делать из них продукты с добавочной стоимостью, торговать, и Китай должен богатеть. А что происходит на периферии – это вопрос третий", – уверен он.