Клуб читателей
Гордон
 
Публикации ЭКСКЛЮЗИВ «ГОРДОНА»

Родина Фирташа по самые помидоры

В родном селе Дмитрия Фирташа помидоры – это и заработок, и единственная работа. Это – все. При Януковиче олигарх строил здесь свою "маленькую Швейцарию". "ГОРДОН" приехал взглянуть, что теперь из этого вышло.

Село Синьков Тернопольской области, откуда вышел родом олигарх Фирташ
Село Синьков Тернопольской области, откуда вышел родом олигарх Фирташ
Фото: Андрей Сантарович
Андрей САНТАРОВИЧ
Журналист

"Родители меня с детства каждый день заставляли работать. Я эти помидоры ненавидел, я на них смотреть не мог. Вместо того чтобы, как все, быть летом на море, я на рынках, в странах Прибалтики, продавал эти проклятые помидоры. Потому что как иначе? Это основной доход дома!". Эту фразу украинский олигарх Дмитрий Фирташ произнес в интервью французскому изданию Politique International в 2011 году. С детских лет Дмитрия в его родном селе Синьков Тернопольской области многое изменилось. Фирташ, как и помидоры – здесь повод и для гордости местных, и для язвительных замечаний приезжих.

ВЕЛИКИЙ ТОМАТНЫЙ ПУТЬ


-1_19
Один километр этой сельской дороги стоил бюджету 110 млн грн. Фото: Андрей Сантарович


Олигарх отремонтировал дорогу к построенным современным теплицам, в которых помидоры выращиваются по голландским и израильским технологиям. Проложил новое шоссе в родном село.

– Вы знаете, сколько из госбюджета потрачено на эту дорогу? – спрашиваю у таксиста, который везет меня в село из Черновцов.

– Нет, ну это же деньги Фирташа. Человек людям помог. Дорога, як кажуть, шо можно яйце котить.

На самом деле на новую дорогу до Синькова и по селу из госбюджета было потрачено чуть меньше 110 миллионов гривен. И километр бесспорно хорошей, но сельской дороги обошелся государству почти вдвое дороже среднего ремонта международной трассы.

Пока еду в такси, любуюсь живописными склонами Днестра. Родиться Дмитрию Фирташу посчастливилось действительно в красивом месте.

– Тут особый климат. Днестр, склоны, низменность, солнце. Помидоры в теплицах здесь всегда выращивали. 15 километров в сторону – и уже не то, – продолжает делиться информацией о здешней жизни водитель.

Поля вдоль дороги засеяны зерновыми культурами и соей. Как здесь говорят, – причем обязательно с привязкой к подорожанию мяса, – "наши колбасные поля".


В детские годы эти пейзажи будущий олигарх имел возможность видеть каждый день. Фото: Андрей Сантарович
В детские годы эти пейзажи будущий олигарх имел возможность видеть каждый день. Фото: Андрей Сантарович


СИНЬОР-ПОМИДОР

Выхожу из машины около теплиц. У самой дороги разрытая площадка со вкопанными в землю колышками: вторая очередь комплекса, которую обещали открыть еще к 2013 году. Позже местные жители рассказали, что строить "по-серьезному" так и не начали: "Время такое, ну, можа, грошей не хватило".


Эти гектары земли принадлежат Фирташу, здесь начинается его аграрная империя. Фото: Андрей Сантарович
Эти гектары земли принадлежат Фирташу, здесь начинается его аграрная империя. Фото: Андрей Сантарович


Около забора, за которым блестят стеклянные теплицы, старушка пасет не совсем упитанную рыжую корову. Расспрашиваю ее об известном односельчанине.

– Я, сынок, ничего плохого не могу за него сказать. Он селу помогает. Дорогу построил, работу дал, газ провел. Помогает, чем может.

Пока думаю над тем, что газ в родное село провел фактически собственник местного облгаза, к нам подбегает охранник комплекса. На поясе кобура. Просит показать документы и содержимое рюкзака.

После последовавшего отказа он вызывает подмогу, которая не замедлила явиться в виде внушительных размеров мужчины в гражданской одежде. Тот тип мужчин, при взгляде на которых в первую очередь почему-то замечаешь пузо, выпирающее из-под футболки.

– Вы знаете, что это частная территория? Здесь снимать нельзя.
– Где частная территория? Я стою на дороге, которую государство строило.
– Здесь все наше, – безапелляционно отрезает.

После длительных переговоров с начальством по телефону он все-таки разрешает сфотографировать фасад офисного здания комплекса со словами: "Вы же поймите, у вас своя работа, у нас – своя".

ЗДЕСЬ ВСЕ ЕГО

Сразу за тепличным комплексом, собственно, и начинается само село. Дорога превращается в главную транспортную артерию населенного пункта. Вдоль нее с обеих сторон стоят аккуратные домики, которые прикрывает вишневого цвета металлический забор. Местами это выглядит смешно, так как на стенах многих домов нарисованы цветы или лебеди, некоторые – от фундамента отделаны плиткой с узорами – "забор от Фирташа" все это перекрывает


В сезон здешняя семья может заработать на помидорах до 100 тыс. гривен. Фото: Андрей Сантарович
В сезон здешняя семья может заработать на помидорах до 100 тыс. гривен. Фото: Андрей Сантарович

– Этот забор и дорога – все это вместе с теплицами строилось. Тогда все село здесь заработало на стройке, – рассказывает Олежка, парень 30 лет в стандартной сельской одежде: шлепанцы на босу ногу, шорты и майка.

За забором видна голая загорелая спина соседа. На голове – огромная соломенная шляпа. Дед Михайло копался на собственных грядках у теплицы.

Теплицы здесь в каждом дворе. Это, по сути, единственный заработок для односельчан Фирташа. Работают всей семьей: в январе сажают, потом поливают, подвязывают. Летом наступает сезон продаж.

– Везем на продажу во все города – и в Черновцы, и во Львов, и в Киев.
– Сколько можно заработать на помидорах?
– В этом году продаем по 8 гривен за килограмм. В сезон, если удачное место – у Днестра, солнечное, – семья до 100 тысяч гривен может заработать. Но работы с теплицами хватает и после сезона.

Мимо проезжает небольшой желтый школьный автобус с соответствующей надписью. Правда, в салоне сидят далеко не школьники.

– Вот, людей повезли с теплиц…
– Но ведь это школьный автобус, а не Фирташа, – удивляюсь я.
– Здесь все его, – улыбается Олежка.

ЗАВЕДУЮЩАЯ ВСЕМ

Особенно живо жители села рассказывают о матери Фирташа. После олигарха она здесь – самый известный и уважаемый человек.

– Раньше в райцентре, в Залещиках, если кому надо было что порешать, то шли не к голове райрады, а к маме Фирташа, – с улыбкой рассказывал таксист из Черновцов.

До ареста Дмитрия Фирташа в Австрии его мать заведовала в селе практически всем – вела аграрный бизнес, следила за порядком в новом разбитом скверике, в Доме культуры и гостинице, которые построили здесь же.  Сейчас, по словам жителей Синькова, ее не видно.

– Вот, посмотрите, – показывает мне сквер один из сельчан, – все чисто, убрано, газоны и деревья подстрижены.

На первый взгляд, место действительно ухожено и смотрится не типично для села в депрессивной области. Эдакая своя "маленькая Швейцария". Которую олигарх построил для мамы. Но если приглядеться, в глаза бросаются мелочи, свидетельствующие о том, что лучшие времена в Синьково, видимо, прошли.


"Маленькая Швейцария", за которой следила мама олигарха. Фото: Андрей Сантарович
"Маленькая Швейцария", за которой следила мама олигарха. Фото: Андрей Сантарович

Неработающий фонтан, заросший травой канал, паутина на фонарях. Гостиница с 30 номерами стоимостью от 250 до 750 гривен в сутки встречает пустотой. За стойкой администратора – никого. На втором этаже удается найти единственную сотрудницу отеля.

– Приезжают и в командировки, и туристы. Обычно пять номеров у нас снимают. Да вы попытайте у людей, туристы к нам иногда приезжают.

РЕВОЛЮЦИЯ ДОСТОИНСТВА И КУРВА  

Прохаживаясь по скверу у гостиницы без постояльцев, вижу, как останавливается микроавтобус. Выходят двое:

– Здравствуйте, а что вы ищете?
– Добрый день, да вот – поесть хочу. Ресторан работает? – указываю на вывеску около отеля.
– Нет, он только вечером открывается. Что вы хотите для такого места? Мы – самооборона села. Можно посмотреть ваши документы? Тут люди позвонили и сказали, что кто-то ходит и фотографирует. Время сейчас неспокойное, вдруг вы из Луганска?

Чуть позже, когда я рассказал в кафе у теплиц эту историю компании молодых парней, они от хохота разбили бутылку пива.

– Да у нас здесь отродясь никакой самообороны не было! Охранники это Фирташа. Хотя все село поддерживало Майдан. А некоторые хлопцы даже ездили в Киев.
– Как поддерживали Майдан? – наступает моя очередь смеяться. – Фирташ с Януковичем работал, с Партией регионов был.
– Не, ну мы его уважаем. Для нашего села столько, как он, никто не делал. Но мы все равно все поддерживали Евромайдан. 

Сразу вспомнились слова членов "самообороны села": "А то, что в Киеве говорят, что он вор – это все политика. Будь вы в таком статусе – вас бы тоже называли вором. А кто не вор?! Коломойский, что ли, не вор?".

Кафе на центральной улице в Синькове – главное место встреч. Местные его называют "баром". Сюда приходят пообщаться с соседями, узнать и обсудить все новости. В разговорах очень часто слышится слово "курва" – чувствуется близость Польши.


Местный бар, он же – клуб политических дискуссий. Фото: Андрей Сантарович
Местный бар, он же – клуб политических дискуссий. Фото: Андрей Сантарович


Становлюсь свидетелем занимательной сценки. По дороге мимо столиков кафе проезжает самосвал. Женщина лет 45 показывает водителям фигу. Рядом стоящая дочка, – двадцатилетняя красавица, которая чаще всех употребляла в разговорах слово "курва", кричит матери:

– Мама, а что это за калеки проезжали?
– Та с Залещиков, долг не отдали!

ВРЕМЕЧКО ПРОШЛО

Постепенно в кафе разговоры переходят в политическую плоскость. Односельчане Дмитрия Фирташа, те самые, которые поддерживали Майдан, начинают, не стесняясь в выражениях, ругать нынешнюю власть:

– Мы всем селом голосовали на выборах за Порошенко. Но сейчас люди разочаровались в нем. Нет никаких результатов. Так нельзя, – констатирует тридцатилетний мужчина, однако замолкает после вопроса: "А как нужно?".

Зато в вопросе Донбасса и беженцев оттуда, которых, к слову, в Черновицкой и Тернопольской областях достаточно, жители села высказываются прямо.

– Сколько историй! Люди их селят на дачах, подселяют к себе. Они неделю все такие вежливые, ведут себя як подобае, а потом начинают пить. И люди приходят к сельскому голове и просят отвезти этих беженцев туда, где их забрали – на вокзал.

Назад в Черновцы еду с тем же таксистом. Водитель с азартом начинает пересказывать слова женщины, которую как раз вез от теплиц в соседнее село после смены:

– Вы понимаете, с арестом Фирташа у них в теплицах все поменялось. Сначала, говорят, был агроном иностранный, все делал по науке. А потом, после ареста, приехал агроном из Донецка – злой, як собака. Людей гоняет, они там в обморок в теплицах падают. Зарплату снизили. Если раньше получали по три тысячи гривен, то теперь – две тысячи. И химии добавляют много. За ночь, сказала эта женщина, воот такие огурцы вырастают, – таксист широко разводит руками, – Так они их сами не едят.

Мы выезжаем из Синькова. Оглядываюсь на теплицы и пустующий участок около них, предназначенный для второй очереди комплекса. Захотелось помидоров. И порыбачить. Пейзажи на Днестре великолепные.


Пейзаж над Днестром. Фото: Андрей Сантарович
Пейзаж над Днестром. Фото: Андрей Сантарович


Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

КОММЕНТАРИИ:

 
Уважаемые читатели! На нашем сайте запрещена нецензурная лексика, оскорбления, разжигание межнациональной и религиозной розни и призывы к насилию. Пожалуйста, не используйте caps lock. Комментарии, которые нарушают эти правила, мы будем удалять, а их авторам – закрывать доступ к обсуждению.
 
Осталось символов: 1000

 
 

Публикации

 
все публикации