Я засыпала в шапке и думала: "Твари, вы все-таки меня сломали"

Хочется начать с яркой, очень эмоциональной матерной тирады. Такой, что даже последний алкоголик дядя Вася, который держит в страхе соседнюю общагу, покраснел бы от смущения.

Но я интеллигентная девочка, поэтому просто вдохну и выдохну. Три раза.

Сегодняшняя ночь, безусловно , войдет в историю Харькова как одна из самых жутких за последние четыре года. А этот город видел много ужасного.

Больше трех часов мы сидели в тамбурах, ванных комнатах, подвалах и молились. Летело все – баллистические ракеты, авиабомбы, ударные беспилотники всех модификаций. Взрывы гремели, кажется, во всех районах города и области. Один за другим.

Лично я сбилась со счета. Мы с собакой и попугаем прятались в ванной. Ну как "прятались" – сидели подальше от стекол. Хотя какое это имеет значение в момент, когда постоянно сыплются сообщения "Все в укрытие, ракета на город!". Ты просто не можешь отделаться от мысли, что эта ракета сейчас влетит прямо в твое окно. А там без разницы в каком месте квартиры находиться.

Такие массированные российские обстрелы бывали и раньше. Но в этот раз все умножалось на температуру за окном. -22 °С ночью. И ты не знаешь, за что молиться – за "дожить бы до утра" или чтобы оголтелые не попали в последнюю уцелевшую теплостанцию.

На втором часу этого ада ожидаемо вырубило электричество. Попали, твари. В нашем доме мгновенно пропало и тепло. Батареи стали ледяными за считаные минуты.

Мэр Харькова тут же, ночью, в Telegram-канале написал обращение к жителям, которое по настроению больше походило на прощальное письмо.

Я переведу фрагмент.

"Обстрел Харькова продолжается уже три часа. Бьют целенаправленно по энергетической инфраструктуре. Цель очевидна – оставить город без тепла в сильный мороз. Нам придется принимать тяжелые решения. Чтобы не замерзли тепловые сети, мы будем вынуждены слить воду из систем для 820 домов".

"Вот и все",  – подумала я. Или быстрая смерть от ракеты, или медленная от переохлаждения. За…бись выбор. Простите, дядя Вася во мне все же прорывается.

Тут еще, наверное, надо оговориться о моем физическом состоянии, хотя я не хотела рассказывать. Но история, похоже, может быть поучительной. Еще в прошлую среду я застряла в лифте, что теперь вообще не новость – неожиданно вырубило свет. В лифте, по современным меркам, я просидела недолго – уже через 30 минут меня вытащил механик (если читаешь меня, дорогой Андрей, знай – ты супергерой). Но в лифте было очень холодно, и я успела перемерзнуть. К вечеру болело ухо, к ночи полголовы. В пятницу я уже была в челюстно-лицевой. Флюс, киста, щипцы, кровь, боль.

Это если коротко. В общем, сегодня ночью, во время обстрела, я сидела в ванной с распухшим лицом и стаканчиком "Нимесила" в руках. Собака скулит, ракеты летят, света нет, тепла больше не будет.

И в этом всем ах…е что я сделала? Правильно, пошла спать. Надела куртку, шапку, укрыла двумя одеялами добермана и выключила нафиг звук в телефоне.

Знаете, вспомнила сцену из "Титаника", которая меня в этом фильме зацепила больше всего. И это не Ди Каприо с Уинслет на корме корабля. Это эпизод с женщиной, которая во время дикой суеты озверевших от ужаса пассажиров тихо пела колыбельную, укладывая детей в каюте тонущего судна.

Простите, что я так много говорю, это, видимо, нервное. Но я продолжу.

Я засыпала в шапке и думала: "Твари, вы все-таки меня сломали".

Потом думаю: "Стоп, куда умирать, мне утром нужно снять ролик для британцев". Завтра в Лондоне ВВС делает премьерный показ документалки о Харькове. И режиссер Альбина очень просила меня записать короткое обращение к зрителям. Кстати, там sold out – все билеты проданы.

Лежу и думаю: вот что я им скажу? Из-под одеяла, с флюсом на пол-лица и шапкой на башке.

Так и уснула.

Просыпаюсь через три часа от того, что мне жарко. Спросонья решила, что я в аду – котел, огонь, черти. Оказалось, дали свет. И отопление!

С искренним ликованием "…б твою мать!!!" (тут снова – дядя Вася, но уже в положительной коннотации) я растолкала Гектора, и мы пошли гулять.

Британцам я сняла невероятно красивый, заснеженный харьковский парк. Сказала, что настоящие боги не на Олимпе, а тут, рядом. Это украинские рабочие, техники, энергетики, которые ночью, в 20-градусный мороз, ремонтировали разбитые орками системы, чтобы вернуть тепло в дома.

Сказала, что лучшие люди на Земле – это защитники ВСУ.

Сказала, что безумный кремлевский маньяк хочет убивать. И что никакая дипломатия не способна договориться с серийным убийцей. Что нам нужны Tomahawk, а им – реальные санкции. Схема такая.

Р.S. Я знаю, что сейчас многие семьи в Харькове, Киеве, Днепре все еще остаются без тепла. Я искренне верю, что у коммунальщиков получится его вернуть. Мы должны выстоять. И выстоим.

Р.Р.S. Сирена снова орет. На область летят русские беспилотники.

Р.Р.Р.S. Фотки не будет, оно вам надо – опухшая Аня.

Р.Р.Р.Р.S. У меня на завтра билеты в театр. Пойду.

Источник: Анна Гин / Facebook

Опубликовано с личного разрешения автора