Анатолий Мокренко: В Женеву мы ехали автобусом 38 часов. Приехали прямо на спектакль. Пели из последних сил, и в оркестровой яме умер музыкант
6 июля 2017, 14.00 Цей матеріал також можна прочитати українською
Интервью 2013 года. Части I–IV.
РЕКЛАМА
- Голод был жуткий. Ели и лисицу, и выдру.
- Немец завел танк и начал за нами гоняться по лугу. Мы убегали, а он за нами.
- До 18 лет я не видел фортепиано и даже не мечтал стать артистом.
- В каждом театре всегда есть два–три конфликтных человека, которые мутят воду.
- Платон Майборода посадил меня в "Волгу" и повез по фронтовым тропинкам, где он сидел в плену.
- Я надел шинель и как идиот поехал хоронить Сталина.
- Любимой партнершей была Женя Мирошниченко. Великая певица, колоссальный импровизатор и хулиганка.
- Во время застолья в Грузии Брежнев прекрасно читал нам Есенина.
- На Кубе мы рубили сахарный тростник. Более тяжелого физического труда представить себе нельзя.
- Надо отдать должное Ющенко, он несколько раз спасал оперный театр.
- Соловьяненко пришел ко мне: "Хочу, чтобы платили гонорар в долларах, а не в гривнах".
- Никогда не курил и не пил. Нас, таких стойких, в свое время было лишь трое: Дмитрий Гнатюк, Толя Соловьяненко и я.
Как читать ”ГОРДОН” на временно оккупированных территориях
ЧитатьРЕКЛАМА