Трамп ксенофобный и параноидальный, меняться ему уже трудно

Мир

Президент США Дональд Трамп, которому в этом году исполнится 80 лет, имеет ксенофобные и параноидальные убеждения, и он слишком стар, чтобы изменить свои взгляды на что-либо. Об этом в своей колонке, опубликованной The Independent 20 января, пишет американский юрист Эрик Льюис, сравнивая подходы 46-го президента США Джо Байдена и Трампа в политических решениях.

По мнению автора, подобно последним годам существования Советского Союза США превратились в геронтократию (управление страной пожилыми людьми): Байден покинул Белый дом в 81 год, а Трамп останется в должности до 82 лет.

Как пишет Льюис, все президенты совершают ошибки во внешней политике, но старшие лидеры часто принимают решения, опираясь на мировоззрение, сформированное десятилетия назад, и пытаются применить его к миру, который изменился.

Автор приводит результаты социологического исследования, демонстрирующего, что политические взгляды формируются в подростковом и молодом возрасте – примерно от 14 до 24 лет – и в дальнейшем почти не меняются.

Льюис пишет, что Байден стал сенатором в 30 лет в 1973 году, провел 36 лет в Сенате, прежде чем стать вице-президентом при Обаме, и 77 лет – когда стал президентом. По мнению автора, его взгляды на внутренние вопросы, в частности права на аборты и массовые заключения, несколько изменились с годами.

Впрочем, Льюис отмечает, что внешняя политика Байдена в значительной степени отражала мировоззрение "холодной войны". Именно этим, по словам автора, можно объяснить приоритет Европы и НАТО, а также быструю поддержку Украины после вторжения России. Для Байдена точкой отсчета была советская агрессия в Венгрии, Чехословакии и Польше.

Льюис считает, что антикитайская позиция Байдена базировалась не только на исторической враждебности к коммунизму, но и на экономическом ущербе для США из-за нарушения Китаем торговых правил после вступления во Всемирную торговую организацию (ВТО). Он добавляет, что Байден стремился к выходу из Афганистана, потому что история продемонстрировала ему, что это "кладбище империй", хотя поспешный уход имел значительные человеческие и политические последствия.

По словам Льюиса, Байден сосредотачивался на энергетике, знал о важности отношений с Саудовской Аравией и другими нефтедобывающими странами и понимал необходимость мирного процесса, хотя история палестинского терроризма делала палестинцев сомнительными партнерами.

В то же время автор считает, что наибольший стратегический просчет Байдена произошел именно на Ближнем Востоке. Льюис пишет, что он ожидал, что безусловная поддержка Израиля после событий 7 октября заставит Нетаньяху ограничить масштабы операций в Газе, но эти ожидания не оправдались.

По мнению автора, Нетаньяху был "проницательным исследователем и игроком американской политики". Льюис отмечает, что Нетаньяху действовал с учетом собственных внутренних рисков, а Байден и его администрация не смогли предотвратить гибель гражданских и понесли политические потери в виде проигрыша вице-президента США Камалы Харрис.

Трамп, отмечает Льюис, лишь немного младше Байдена, и его мировоззрение тоже формировалось в 1960–1970-х годах, но, похоже, он извлек другие уроки.

Автор называет его человеком без исторической точки зрения, меркантильным, ксенофобным и параноидальным. Льюис пишет, что Трамп убежден: Америка, с которой он отождествляет собственные интересы, должна побеждать, а другие страны – проигрывать. Он стремится восстановить американскую промышленность, захватывать ресурсы и ограничивать иностранцев, считая, что они "отбирают рабочие места". Также автор отмечает, что Трамп нацелен на низкие процентные ставки, даже если это повлечет за собой инфляцию и экономическую дестабилизацию США.

Льюис считает, что Трамп стремится не просто к влиянию на Гренландию или доступу к ее полезным ископаемым, а к полному контролю над ней. Он безразличен к послевоенному консенсусу и ему нравятся диктаторы, которые льстят ему и обогащают. Автор добавляет, что Трамп всегда предпочтет Владимира Путина Михаилу Горбачеву, Виктора Орбана Эммануэлю Макрону или сальвадорского Найибу Букеле венесуэльской Марии Корине Мачадо.

В то же время, как пишет Льюис, у Трампа есть несколько способных и опытных советников, а также ряд телеведущих, сторонников и фанатиков, которые боятся ставить под сомнение его решение, понимая, что "если они начнут сомневаться в своем лидере, то недолго останутся на своих должностях".

В качестве примера Льюис приводит Марко Рубио, который, несомненно, понимает: несмотря на стратегическое и ресурсное значение Гренландии, сама идея вторжения туда и фактического уничтожения НАТО является безумием. Впрочем, он присоединился к "подхалиму Джей Ди Вэнсу", чтобы отправиться в Нуук (столицу Гренландии) и попытаться купить или заставить остров присоединиться к США.

По мнению Льюиса, возраст и состояние здоровья Байдена стоили ему шанса на второй срок. Трамп выглядит более крепким, но ему приходится отвечать на вопросы о здоровье – от синяков до признания, что он принимает большие дозы аспирина, не любит физические упражнения и имеет сомнительную диету.

Льюис подытоживает, что внешняя политика Байдена, хотя и не идеальная, отражала стабильный консенсус и готовность слушать советников. Трамп же пришел к власти с немногими устоявшимися идеями, кроме концепции "Америка – крепость", армии, которая должна была захватывать ресурсы, враждебного отношения к альянсам и международным организациям и склонности к сильным лидерам.

С приближением своего 80-летия, считает Льюис, маловероятно, что Трамп пересмотрит свои взгляды, и нет никого, кто мог бы навязать ему новое мышление.