Для Трампа будет болезненный компромисс, который воспримут как слабость
После эскалации боевых действий между Ираном и американо-израильской коалицией зафиксирую некоторые важные моменты.
Как я ранее писал, для Тегерана любая уступка под прямым военным или экономическим давлением США недопустима, поскольку в иранской стратегической культуре это приравнивается к капитуляции и потере режимом внутренней легитимности. Более того, иранское руководство исходит из тезиса о непоследовательности США (что подтверждается выходом Трампа из ядерного соглашения СВПД в 2018 году). С точки зрения Тегерана, смысла идти на компромисс нет, ведь следующая администрация в Вашингтоне или сам Трамп могут снова отменить свои обязательства.
В Вашингтоне часто верят, что повышение ставок (эскалация) заставляет противника сесть за стол переговоров на твоих условиях. На самом деле мы видим обратное: в иранской оптике эскалация США в морской сфере (например, перехват танкеров или удары по прокси-силам) трактуется как нарушение уже существующих негласных договоренностей. Ответом Ирана на эскалацию будет не капитуляция, а зеркальная эскалация, уничтожающая само пространство для дипломатии.
Зафиксирую здесь главное фундаментальное противоречие в американской стратегии: невозможно одновременно вести переговоры о соглашении и уничтожать (физически или политически) тех, кто обладает легитимностью подписать и выполнить это соглашение. Убийство Али Хаменеи (как верховного лидера с абсолютным правом вето) и Али Лариджани (традиционного прагматика-тяжеловеса, умеющего балансировать между консерваторами и внешним миром) подчеркивает: если вы уничтожаете или загоняете в угол умеренных или прагматичных переговорщиков, вы остаетесь один на один с радикальными силами КСИР, которые вообще не верят в дипломатию. По сути, президент Трамп оказался перед жесткой дилеммой с двумя альтернативами, которая лишает его любимого инструмента – "искусства сделки" через психологическое давление.
Итак, у нас есть два сценария, которые имеют одинаковую вероятность.
Первый сценарий – это реальная сделка. Условием ее реализации является признание США субъектности Ирана и учет его ключевых требований (снятие санкций, гарантии безопасности режима). Результатом станет болезненный для Трампа компромисс, который внутренние ястребы в США воспримут как слабость.
Второй сценарий – это полное противостояние. Условием является отказ от уступок Ирану, продолжение санкционного и военного давления. Результатом будет неизбежная эскалация, угроза большой региональной войны, но без свержения режима.
Источник: Igor Semyvolos / Facebook