Николай Рушковский: Когда меня привезут к речке Стикс сдавать Харону, должно быть хотя бы три роли, за которые даже враги похвалили бы
18 мая 2017, 14.00 Цей матеріал також можна прочитати українською
Интервью 2013 года. Части I–III.
РЕКЛАМА
- Смертей на фронте я видел изрядно. Тела с улиц не убирали. Утром выходишь – лежит голый человек: одежду содрали, обувь забрали.
- Талант ты или не талант, театроведы определят после смерти.
- Никогда не думал, что всю жизнь буду работать в одном театре.
- Я никогда не жалел, что уехал из Москвы. Театральный Киев – не провинция.
- Джигурда у меня был на первом курсе. Слава Богу, ушел, и я не успел его выгнать сам.
- Планировали назначить художественным руководителем Театра русской драмы Аду Роговцеву. Но это не Роговцевой дело, она прекрасная актриса, но никакой педагог.
- Мы с Кириллом Лавровым очень дружили. После его смерти грешным делом думал: "Нафига в Петербург ездить, если Кири больше нет". В нем прежде всего человек был, а потом уже актер.
- Своим студентам-актерам говорю: "Если можешь без этого прожить – уходи как можно дальше". Более зависимой профессии в мире нет.
- В юности был безумно влюбчивым. И позже тоже. Но у меня одна жена, мы с ней 60 лет вместе.
Как читать ”ГОРДОН” на временно оккупированных территориях
ЧитатьРЕКЛАМА