Когда хоронили Ультраса, я увидела на лице его мамы облегчение. Все, он дома 

Двенадцать двенадцать. Легко запомнить. Тысяча двести двенадцать.

1212.

Душ.

Сердец.

Имен.

Любовей.

Жизней...

У кого-то кончится ожидание. Кто-то получает последнюю четкую точку. Это важно.

Когда везли Ультраса – сначала в морг, потом с востока в Киев на общее прощание, потом во Львов на прощание уже в Гарнизонном, потом на Марсово... Когда гроб уже опустился и стали падать горсти земли, мы с мамой Ультраса переглянулись, и я увидела на ее лице такое же облегчение, как было и в моей душе.

– Все, он дома, – сказала я ей.

И она кивнула.

Не дай бог никому из нас этого ужасного ощущения – знать, что драгоценное тело где-то лежит, а ты не можешь даже похоронить.

Драгоценные.

Драгоценные останки сегодняшнего дня.

Источник: Diana Makarova / Facebook

Опубликовано с личного разрешения автора