+9 Киев
Перемирие. Слово, которое мы очень хотели услышать по отношению к Украине, но сейчас услышали только по отношению к Ирану.
Мы были на грани чего-то страшного – либо страшной бомбардировки, либо ядерного удара. Я все еще придерживаюсь мнения о том, что угроза и того, и другого была абсолютно реальной, но в решающий момент отступили стороны.
И вот вместо картинок сплошного армагеддона и уничтожения целой цивилизации, которое, напомню, носило геноцидный характер, угрозы уничтожить цивилизацию мы получили перемирие.
А что случилось?
Произошла очень простая вещь. Зачем Трамп поднял угрозу эскалации до максимально высокого уровня? Не для того, чтобы уничтожить Иран, а для того, чтобы выйти из войны.
Трамп был в панике, в истерике по поводу того, что война затягивалась и убивала его рейтинг внутри Америки. А осенью будут выборы, которые для него критически важны, – там хоть не катастрофически проиграть.
И Трампу потребовался красивый выход из войны. Он его искал – и он нашел его путем эскалации.
Иран был готов и дальше терпеть войну, но у них была одна цель. Следовало, чтобы американцы отказались и заставили израильтян отказаться от такой цели, как уничтожение иранского режима. Потому что для них выживание режима – уже победа.
Их интересы сошлись в этот момент. И все красиво вышли из игры.
Обратите внимание, и Соединенные Штаты, и Иран заявили о полной и безоговорочной победе в войне. У дипломатии есть такая примета, что лучшие шансы имеет тот мир, когда обе стороны могут заявить о своей победе.
Поэтому на самом деле, объявив победу в войне, Трамп ее проиграл, потому что он не достиг своей цели, режим аятолл выстоял. Он выжил, остановил войну и теперь ведет переговоры о том, как они будут дальше развиваться.
В этой войне трудно назвать Иран настоящим победителем, но мы точно знаем, кто эту войну проиграл.
И почему нужна была эта максимальная эскалация? Для того, чтобы достойно выйти и Трампу – смотрите, я дожал, – и достойно выйти иранцам, потому что никто не обвинит тебя в проигрыше, в сдаче собственной страны, если ты выбирал между риском ядерного удара или тотальной ковровой бомбардировки и остановкой.
Потому все заявили о победе. И обе стороны действительно хотят, чтобы этот режим сегодня работал. Трамп хочет этого больше, чем Иран, но Иран – тоже.
Единственный, кто не хочет, чтобы этот режим прекращения огня работал, – это Израиль. Но американцы будут держать израильтян теперь крепко на поводке, в хорошем смысле этого слова, потому что внутри самой Америки очень-очень серьезные начались наезды на Трампа за то, что им руководит Биньямин Нетаньяху, премьер-министр Израиля. И Трампу нужно это сбросить со своих плеч.
Есть такой подход в дипломатии – "эскалируй ради деэскалации". Ты должен резко повысить риски для того, чтобы создать условия для снижения рисков.
Вот мы, собственно, стали свидетелями этой истории. Но если хрупкое перемирие установлено, я считаю, что обе стороны заинтересованы в том, чтобы оно происходило. Мы были на грани большого и страшного события, и не было гарантировано, что оно не произойдет.
Источник: Дмитро Кулеба / Facebook
Опубликовано с личного разрешения автора
