+14 Киев
Получение "просьб" об уменьшении наших ударов по нефтяной инфраструктуре России было только вопросом времени. По мере разрастания войны против Ирана такие сигналы будут становиться более регулярными, и следует быть готовыми к тому, что о российской нефти будут вспоминать не только наши "друзья" по нефтепроводу "Дружба" из Венгрии.
Выглядит так, что все публичные заявления американских чиновников о "чрезвычайно успешных переговорах" с Ираном имеют лишь одну цель – снизить цену на нефть. Вместо этого заявления иранцев об отсутствии таких переговоров имеют противоположную цель – чтобы нефть продолжала дорожать.
Из-за блокирования Персидского пролива мировой рынок потерял около 20% общего потребления нефти. Перекрыть этот дефицит можно, либо найдя дополнительные источники, либо повысив цены, уменьшив таким образом потребление. Но нынешние $100 за баррель не в полной мере отражают масштаб проблемы. Если Персидский пролив не будет разблокирован в ближайшее время, цены на нефть, безусловно, будут расти.
Тут стоит напомнить важный нюанс. Высокие цены на нефть действительно выгодны России, но при условии, что это не продлится долго. Если цены надолго стабилизируются на высоком уровне, это может привести к серьезному экономическому кризису в мире, и дальнейший обвал цен на нефть станет лишь одним из его последствий. В таком случае российская нефть, как и любая другая, уже никому не будет нужна, но сопутствующие последствия глобального кризиса не сделают нашу жизнь легче.
Впрочем, как пишут российские аналитики, есть расчеты, которые показывают: каждый дополнительный день войны на Ближнем Востоке приносит России около $150 млн – за счет роста цены на нефть и увеличения объемов ее продажи по сравнению с уровнем января – февраля. Это примерно 12 млрд руб. ежедневно, 370 млрд в месяц, или более 1,1 трлн за квартал.
По прогнозам, близким к логике Кремля, российский бюджет может получить около 700 млрд руб. дополнительных доходов. Это позволяет закрыть почти 20% бюджетных проблем в этом году. Ведь дефицит в 4 трлн руб. минфин способен перекрыть за счет государственного долга. Реально проблемной для Кремля является только вторая половина дефицита – еще 4 трлн из общих восьми. Из них не менее 0,7 трлн, даже по самым осторожным оценкам, может обеспечить именно война с Ираном.
Часть средств традиционно "добавит" крупный бизнес – тот самый, который каждый раз вовлекают в финансирование войны и таким образом еще глубже привязывают к режиму. Но если представить еще худший сценарий – когда война с Ираном длится год, а цены на нефть остаются на нынешнем уровне (даже без резкого скачка), – Россия получает более 3 трлн руб. сверхприбылей. Это фактически снимает все финансовые ограничения для Путина. В такой ситуации он может расширять агрессию – атаковать Запорожье, Днепр, Харьков, Сумы, а не ограничиваться только продвижением "до границ Донбасса".
А если цена на нефть растет до $200, а рынок СПГ также бьет рекорды, например, из-за того, что Иран выводит из строя газоперерабатывающие мощности Катара и блокирует поставки в ЕС? Это уже не просто выгода – это стратегический выигрыш, о котором в Кремле могут только мечтать.
Из этого следует очевидный вывод: Россия объективно заинтересована в максимальной эскалации на Ближнем Востоке. В том, чтобы Иран останавливал экспорт нефти и газа, разрушал добывающую и перерабатывающую инфраструктуру стран Персидского залива и делал это как можно более агрессивно. Потому что каждый такой удар – это дополнительный ресурс для продолжения войны против Украины.
Чтобы избежать глобального кризиса, США, с одной стороны, ищут пути для разблокирования прохода танкеров через Ормузский пролив, а с другой – ищут дополнительные источники нефти для покрытия дефицита.
Что касается разблокирования, ситуация понятна. Конечно, лучше было бы решить этот вопрос путем переговоров. Но переговоры с США в глазах Ирана дискредитированы. Они уже вели переговоры, но потом, посреди переговорного процесса, прилетели ракеты и уничтожили все руководство Ирана.
Военный вариант мы видим прямо сейчас, но без наземной операции он пока не дает результатов. Если учесть, что территория Ирана больше территории Германии, Франции и Испании вместе взятых, сложность оккупации становится более понятной.
Поэтому наиболее действенным способом повлиять на нефтяные цены является не только увеличение добычи в других странах, но и легализация нефти стран, которые находятся под санкциями.
Именно поэтому мы видим, как США фактически свободно пропускают иранскую нефть через Ормузский пролив в сторону Китая.
Так же американцы приостанавливают санкции в отношении российской нефти, которая уже находится на морских танкерах.
Но если эти меры не приведут к снижению цен, начнут говорить и о легализации другой российской нефти, в частности той, которая должна была бы отгружаться через балтийские порты, которые сейчас каждую ночь атакуют украинские дроны.
"В последнее время мы получали сигналы от некоторых наших партнеров о том, чтобы уменьшить наши удары по нефтяному сектору РФ", – заявил сегодня (вчера, 30 марта. – "ГОРДОН") президент Зеленский. И есть только один надежный способ сделать это – заставить Россию прекратить войну.
И сделать это, наверное, гораздо проще, чем оккупировать Иран.
Источник: Микола Княжицький / Facebook
Опубликовано с личного разрешения автора
