Клуб читателей
ГОРДОН
 
Публикации ЭКСКЛЮЗИВ «ГОРДОНА»

Записки бывшего подполковника КГБ: Как вербовали западных медиамагнатов Теда Тернера и Роберта Максвелла

Один из авторов книги "КГБ играет в шахматы" и бывший сотрудник Комитета госбезопасности СССР Владимир Попов недавно завершил работу над своими мемуарами. В книге "Заговор негодяев. Записки бывшего подполковника КГБ" он рассказывает о становлении режима российского президента Владимира Путина, его соратниках, о своей работе в комитете и ключевых событиях, к которым имели отношение советские спецслужбы. Ранее книга не издавалась. С согласия автора издание "ГОРДОН" эксклюзивно публикует главы из нее. В этой части "Записок" Попов рассказывает, как советские спецслужбы пытались завербовать западных медиамагнатов – американца Теда Тернера и британца Роберта Максвелла.

Этот материал можно прочитать и на украинском языке
Медиамагнат Тед Тернер со своей супругой, актрисой Джейн Фондой, в Москве в 1993 году
Медиамагнат Тед Тернер со своей супругой, актрисой Джейн Фондой, в Москве в 1993 году
Фото: Nick Parfjonov / wikimedia.org
Владимир ПОПОВ

Отставка Виктора Баранникова и Андрея Дунаева

Цели Бирштейна совпадали с планами группы Питовранова – Бобкова, стремившейся устранить президента России Ельцина и поставить на его место подконтрольного им человека. В то время таким человеком виделся вице-президент РФ Александр Руцкой, с которым Бирштейн был хорошо знаком и неоднократно встречался. Но прежде чем взяться за устранение Ельцина, необходимо было поставить своих людей руководить силовым блоком России. Пока что им руководили преданные Ельцину Виктор Баранников как министр государственной безопасности и Андрей Дунаев как министр внутренних дел РСФСР (в 1992 году он стал первым заместителем министра внутренних дел России). В дни противостояния с ГКЧП Баранников и Дунаев организовали защиту Белого дома силами подчиненных им милицейских подразделений и курсантов милицейских школ.

Через много лет после описываемых событий бывший руководитель администрации президента Ельцина Сергей Филатов напишет: "Меня постоянно преследует ощущение, что в деле Баранникова мы сами попали в чью-то разработку". Это действительно была разработка Питовранова – Бобкова и Бирштейна, причем очень скоро настала очередь самого Руцкого. Что же это была за "разработка"?


Фото: Феликса Розенштейн / Gordonua.com
Александр Руцкой. Фото: Феликса Розенштейн / Gordonua.com


Из стенограммы сессии Верховного Совета РФ 3 сентября 1993 года, депутат Ионна Андронов:

"Уважаемые товарищи, я хотел бы максимально информировать вас о малоизвестных фактах причастности иностранных спецслужб к отстранению вице-президента Руцкого. Если вы внимательно следите за очень скупой и куцей информацией российских газет по поводу расследования нынешних дел о коррупции, то могли заметить, что весь компромат против высших должностных лиц исходит из одного и того же источника. Этот компромат попадает к нам сюда из-за границы, а его распределитель – Борис Иосифович Бирштейн, загадочный бизнесмен и миллионер, который уехал из нашей страны в Израиль в 1979 году".

Андронов заблуждался. Иностранные спецслужбы ко всему этому не имели никакого отношения. А вот российская госбезопасность – наоборот, самое прямое.

Вот свидетельство генерал-майора Виктора Иваненко, председателя КГБ РФ в мае 1991-го – ноябре 1992 года, генерального директора Агентства федеральной безопасности РФ в ноябре 1992-го – январе 1993 года: "Бирштейн предлагал свои услуги по созданию фирмы в Европе, на деньги которой должны были вербоваться агенты для новой России".

Связь Бирштейна с КГБ-АФБ-ФСК-ФСБ экс-секретарь Совета безопасности РФ Юрий Скоков оценивал иначе: "Баранников сообщил мне, что Бирштейн завербован".

А это рассказ Виктора Стрелецкого, бывшего заместителя главы СПБ Коржакова:

"В 1992 году на одной подмосковной даче собралась тесная компания: Бирштейн, Баранников, [Владимир] Шумейко (вице-премьер правительства РФ) и [Владимир] Романюха (помощник Шумейко). Как водится, выпили. Пошли париться в баню, чтобы в теплой (даже жаркой) обстановке обсудить извечный русский вопрос: где бы подзаработать? Решили создать акционерное общество "Русь", которое занималось бы экспортом-импортом металлов и металлургического сырья. Романюхе предложили должность исполнительного директора, но он отказался. Должность не принял, но из игры не вышел. На следующий день Бирштейн вручил Романюхе в присутствии своего заместителя 50 тысяч долларов наличными. Деньги Романюха отдал Шумейко. Тот сказал, что они пойдут в фонд предвыборной поддержки президента".


Фото: shieldandsword.mozohin.ru
Виктор Баранников. Фото: shieldandsword.mozohin.ru


Сам Шумейко, уже будучи главой Совета Федерации, в интервью "Комсомольской правде" несколько иначе описал эти переговоры в бане:

"Как-то звонит Баранников: "Володя, приезжай вечерком на дачу". Ну, я приехал. Знакомит с человеком: "Борис Иосифович Бирштейн". Потом – разговор: "Как бы можно было сделать компанию по торговле металлом за границей?" А я же все-таки был первый вице-премьер! Но тут выясняется, что эта компания сомнительного свойства. На мой прямой вопрос, для чего все это, идет прямой ответ: "Борис Иосифович тебе счет за границей откроет, может набежать за год до 8 миллионов долларов". Я улучаю момент, отвожу Баранникова в сторону: "Виктор Павлович, что здесь происходит?" А Баранников: "Не бери в голову, это все согласовано. Он [Бирштейн] же еще и разведчик". И потом, мол, ты должен понять, что за границей всегда организуются какие-то фирмы, где работают наши спецслужбы под видом каких-то фирмачей. Им же из бюджета деньги не выделяют".

Однако несмотря на уговоры Баранникова, Шумейко с Бирштейном работать не стал. Тогда в мае 1993 года Баранников рискнул заманить президента Ельцина к себе на дачу с целью представить бизнесмена главе государства и заручиться его поддержкой в деле создания акционерного общества "Русь" с широкими коммерческими возможностями, по образцу аналогичной компании "Украина", уже созданной Бирштейном в Украине. Ельцину хорошо запомнилась эта поездка к Баранникову. Вот что он записал в своем дневнике 22 мая 1993 года:

"В Москве в субботу открывался “Палас-отель” на Тверской, в центре города. На открытие были приглашены многие известные российские деятели, руководители, бизнесмены, дипломаты. По просьбе мэра Москвы Юрия Лужкова приехал и я. После всех формальных и обязательных по такому случаю мероприятий – разрезания ленточек, фуршетов, торжественных речей – я было собрался ехать домой. И тут вдруг министр безопасности Виктор Баранников, который тоже был приглашен на торжество, неожиданно попросил меня заехать к нему в гости на часок. Он очень сильно меня упрашивал, говорил, что это очень важно, очень нужно. Я ответил, что в понедельник мы могли бы встретиться в Кремле. Баранников сказал, что хотел поговорить в неформальной обстановке, много вопросов накопилось. Я не слишком люблю экспромты, незапланированные визиты, однако Виктор Павлович настаивал. Это был редкий случай, уважительных причин для отказа у меня не было, пришлось согласиться.

Мы сели вместе в мою машину, уже по пути я сказал водителю и Коржакову, что едем не домой, а к Виктору Павловичу. На меня выразительно и насуплено посмотрел Коржаков. Он тоже не любит неожиданных изменений планов и маршрутов. Это у него профессиональное. Вскоре мы приехали на дачу к Баранникову, зашли в дом, я поздоровался с супругой Виктора Павловича. Неожиданно Баранников представляет мне человека старше средних лет с улыбчивым лицом, который протягивает руку и говорит: "Борис Бернштейн" (так фамилия написана у Ельцина. – Попов).

Это уже было совсем, как говорится, не по правилам. О том, что у него будут какие-то гости, он обязан был меня предупредить. Но, как я сейчас понимаю, видимо, Баранникову настолько было важно, чтобы Бернштейн встретился со мной, он так от него зависел, что готов был переступить любые рамки приличия и протокола, лишь бы эта встреча состоялась. Я посмотрел на Баранникова выразительно, он только виновато улыбался, и чтобы снять возникшую неловкость, громко сказал: "Прошу всех к столу!" – и подвинул стул для меня.

После того, как расселись, Баранников стал представлять гостя. Он сказал, что Борис Бернштейн – блестящий бизнесмен, политик, наш соотечественник, который сделал чрезвычайно много для России. Ему мы обязаны тем, что в Молдове сейчас мир, а не война, он выступал одним из главных посредников в переговорах с молдавской стороной, он на личном самолете привозил в Кишинев российскую делегацию для ведения переговоров, и мир состоялся. Он также является ближайшим советником президента Киргизии Аскара Акаева, у него колоссальные возможности для привлечения в Россию инвестиций крупнейших финансовых структур мира.

В общем, речь Виктора Павловича была эмоциональной, взволнованной, он очень хотел, чтобы его гость мне понравился. Бернштейн слушал похвалы в свой адрес с выражением человека хоть и скромного, но вполне знающего себе цену. Он мягко улыбался и покачивал головой, когда Баранников выдавал слишком сильные комплименты. Я продолжал молчать. Заговорил Борис Бернштейн. Он рассказал о своей миссии в Молдавии, затем перешел на российский бизнес, объяснил мне, какие большие перспективы у России. В разговоре он демонстрировал свои связи с бизнесменами и политиками мира – невзначай упоминал имена президентов, министров, глав корпораций. В общем, и ему хотелось произвести значительное и одновременно приятное впечатление, что, впрочем, вполне естественно. Однако я плохо поддерживал разговор. Вся эта тягомотина продолжалась минут 40.

Наконец Баранников почувствовал, что не стоит перегибать палку – он и так слишком много сделал для своего иностранного гостя, – и как-то намекнул Бернштейну, что пора уходить. Тот вдруг заторопился, сказал, что через полчаса взлетает его личный самолет, поэтому, к сожалению, он не может дольше находиться с нами. Больше я его никогда не видел".

Иными словами, реализовать этот проект в России Бирштейн с помощью Баранникова не сумел. Так что еще и по этой причине Баранников перестал быть Бирштейну нужен.

Для устранения Баранникова и Дунаева, в соответствии с разработанным чекистами планом, Бирштейн пригласил за границу жену Баранникова и жену Дунаева. Поездка оплачивалась Бирштейном, так же, как и многочисленные покупки на сотни тысяч долларов, сделанные женами руководителей правоохранительных органов России.

Технической организацией поездки и сопровождением за границей занимался партнер Бирштейна и агент КГБ СССР Дмитрий Якубовский. Отличался он многими "талантами", в том числе был мастером по сбору различного компромата, который умело использовал как в своих целях, так и при реализации планов своих кукловодов. В нужный момент Ельцину были представлены счета, которые были оплачены Бирштейном через компанию брата Дмитрия Якубовского Distal AG, по организации поездки за границу жен Баранникова и Дунаева и счета из магазинов, где их женами были сделаны покупки, отправленные в Россию в 21 чемодане. Вот что вспоминал Ельцин об этой истории:

"Из представленных мне справок, счетов, целого вороха других бумажек становилось абсолютно ясно, что Виктор Баранников, министр безопасности России, генерал армии, один из моих самых близких и доверенных людей, к которому я всегда относился с симпатией, был примитивно и пошло куплен. Сначала я все же решил: не надо торопиться с выводами, документы могут быть и фальшивыми. Такое ведь вполне вероятно. Министр безопасности – фигура достаточно серьезная, чтобы появились желающие ее скомпрометировать. Не хотел я верить в плохое. Но – пришлось.

Фирма "Сиабеко", которой руководил Борис Бернштейн, пригласила в Швейцарию на три дня жену Виктора Баранникова и жену первого замминистра внутренних дел России Дунаева. И там они килограммами, авоськами скупали и сгребали духи, шубы, часы и прочее, и прочее. Всего на сумму более чем 300 тысяч долларов...

Что мне было делать? Как сказать обо всем этом Виктору Павловичу? Первая мысль: мужик стал жертвой какой-то замысловатой комбинации, отправил жену отдохнуть на три дня, а там на нее обрушился долларовый дождь, она и сломалась.

Понятно, что в любом случае теперь его придется снять с должности. Баранниковым теперь легко манипулировать, так же просто его и шантажировать".

Борис Ельцин. "Записки Президента"

В компрометации Дунаева и Баранникова принимал участие еще один многолетний агент 5-го управления КГБ СССР Андрей Макаров (по кличке Таня), попавший в поле зрения непосредственно Бобкова в период шахматного противостояния Виктора Корчного и Анатолия Карпова (еще одного ценного завербованного агента 5-го управления КГБ), а затем Карпова и Гарри Каспарова.

Анатолий Карпов в годы молодости был завербован офицером 5-го отдела УКГБ по городу Ленинград и Ленинградской области. После переезда Карпова в Москву он был принят на агентурную связь в 11-й отдел 5-го управления КГБ.

Бобков непосредственно руководил организаций деятельности подчиненных ему подразделений, осуществлявших разработку Корчного и его сторонника (как ошибочно считали в КГБ), гроссмейстера Бориса Гулько.

Макаров активно использовался в разработке Бориса Гулько, в течение ряда лет добивавшегося права на эмиграцию из СССР в Израиль. Вот тогда-то Макаров и приглянулся Бобкову. Тем же Бобковым Макаров был устроен в качестве адвоката зятя Леонида Брежнева, замминистра внутренних дел Юрия Чурбанова и замминистра внешней торговли Владимира Сушкова. Чурбанов в своей книге "Я расскажу все, как было" характеризовал Макарова как верткого человека, от которого он не ждал помощи. Осужден был Чурбанов на 12 лет лишения свободы. Другой подзащитный Макарова – Сушков – с помощью своего "защитника" получил 13 лет.

Так группа Питовранова – Бобкова устранила своих противников. Чурбанов был зятем Брежнева, но основной удар был направлен против сына Брежнева Юрия, занимавшего должность замминистра внешней торговли и мешавшего деятельности чекистов. Юрия Брежнева сразу свалить не удалось и на время ограничились посадкой Сушкова.

С 1990-го по 1992 год Макаров, выполняя задания Бобкова, работал в Фонде Джорджа Сороса и некоторое время этим фондом руководил. Следует отметить, что Макаров был далеко не единственным агентом, работавшим в фонде.

В 1993 году Макаров стал главой межведомственной комиссии Совета безопасности РФ по борьбе с преступностью и коррупцией, поэтому через своего агента Макарова Бобков был всегда информирован о деятельности правоохранительных органов в отношении организованной преступности и коррупции в высших эшелонах власти. Например, через Макарова шел компромат из швейцарских фирм Бирнштейна – Якубовского на Баранникова и Дунаева.

27 июля 1993 года Ельцин подписал указ об отстранении от должности Баранникова. Несколькими днями раньше был уволен со своего поста Дунаев. Умелой оперативной комбинацией чекистов два наиболее преданных Ельцину "силовика" были выведены из политической игры. Новым министром госбезопасности стал протеже Бобкова, генерал-полковник Голушко.

Николай Голушко

Голушко Николай Михайлович, 1937 года рождения, родился в селе Андреевка (Казахстан). В 1959 году окончил юридический факультет Томского университета, непродолжительный срок работал следователем в прокуратуре города Кемерово. Женился на однокурснице, главным достоинством которой был ее отец – секретарь Кемеровского обкома КПСС. С помощью тестя Голушко в 1963 году был зачислен на службу в органы госбезопасности Кемеровской области.


Николай Голушко. Фото: dic.academic.ru
Николай Голушко. Фото: dic.academic.ru


В 1974 году Голушко был переведен в центральный аппарат КГБ на должность старшего оперуполномоченного 1-го отделения 2-го отдела (борьба с национализмом) 5-го управления КГБ СССР и вскоре стал начальником 1-го отделения 2-го отдела 5-го управления. Отдел курировал 5-е подразделения по всей стране. В 1976—1983 годах Голушко был начальником всего 2-го отдела 5-го управления КГБ. В 1983–1984 годах – сначала начальником 5-го отдела 5-го управления КГБ, затем заместителем начальника 5-го управления КГБ.

В 1984 году ставший заместителем председателя КГБ Бобков продвинул Голушко на должность первого заместителя начальника секретариата КГБ, поскольку, как и Андропов, хотел видеть на должности заместителя начальника "своего человека" ("своим человеком" Андропова на должности начальника секретариата КГБ был будущий руководитель КГБ и ГКЧП Владимир Крючков).

В те годы КГБ СССР возглавлял генерал армии Виктор Чебриков, значительно уступавший своему первому заместителю Бобкову в интеллектуальном и профессиональном планах, а потому Бобков стал фактическим руководителем КГБ. Таким образом, должность Голушко при Бобкове была очень высокой, весомой и влиятельной.

В мае 1987 года Голушко был назначен председателем КГБ Украинской ССР. С того времени у него сохранились тесные контакты с видными руководителями украинской госбезопасности, в частности с Евгением Марчуком, возглавлявшим УКГБ по Полтавской области, ставшим впоследствии первым заместителем Голушко. После распада СССР Марчук стал первым украинским председателем Службы безопасности Украины (СБУ), в то время как Голушко в ноябре 1991 года был возвращен в Москву и возглавил секретариат КГБ СССР, а после распада Советского Союза стал замминистра госбезопасности, пока не сменил Баранникова.

Владимир Цибизов и Владимир Гусинский

В середине 1980-х годов в "Останкино" была введена должность офицера действующего резерва КГБ СССР, ответственного за осуществление режимного контроля на объекте. На эту должность был назначен заместитель начальника отделения по действующему резерву, подполковник Владимир Цибизов, офицер 3-го отделения 1-го отдела 5-го управления КГБ. Его вышестоящим начальником был начальник 1-го отдела телецентра Валентин Малыгин, бывший начальник секретариата 5-го управления КГБ СССР, совмещавший свою работу на телевидении с функциями резидента госбезопасности.

Кроме них, во главе телерадиокомпании "Останкино", образованной в 1991 году, стоял давнишний агент 3-го отделения 1-го отдела 5-го управления КГБ СССР Валентин Лазуткин, бывший с момента создания "Останкино" заместителем ее председателей: Леонида Кравченко, Егора Яковлева, Вячеслава Брагина и Александра Яковлева. В 1995 году Лазуткин стал председателем "Останкино".

В начале 1980-х годов, будучи старшим оперуполномоченным 2-го отделения 1-го отдела 5-го управления КГБ, курировавшего театральную линию, Цибизов привлек к сотрудничеству в качестве агента театрального режиссера Владимира Гусинского. Таким образом, Гусинский под оперативным псевдонимом Денис стал агентом 1-го, а затем 11-го отдела 5-го управления КГБ.

Гусинский родился в Москве 6 октября 1952 года. По окончании школы он несколько лет проучился в Московском институте нефти и газа им. Губкина, но был отчислен оттуда за неуспеваемость. С 1973-го по 1975 год он служил в армии. После демобилизации поступил в Государственный институт театрального искусства (ГИТИС) на режиссерский факультет, который окончил в 1980 году. Однако по окончании института места в столице Гусинскому не нашлось и работать пришлось на периферии.

Гусинскому очень хотелось вернуться в Москву, и кто-то из преподавателей ГИТИСа посоветовал ему обратиться за помощью к подполковнику КГБ Цибизову, тоже выпускнику режиссерского факультета ГИТИСа, большому любителю выпить.

Гусинский легко нашел способ познакомиться с Цибизовым в общей компании и быстро нашел с ним общий язык: Цибизов предложил Гусинскому сотрудничество, и Гусинский согласился. Так в агентурном аппарате 2-го отделения 1-го отдела 5-го управления КГБ появился и был зарегистрирован агент Денис.

Шустрого и пронырливого Дениса 5-е управление продвинуло сначала на организацию церемонии открытия спортивного праздника XII Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве в 1985 году, затем Гусинского "бросили" на организацию спортивных Игр доброй воли, проводимых в Москве в 1986 году.

Основным оперативным подразделением, осуществлявшим контрразведывательный контроль за этими мероприятиями, было 5-е управление КГБ СССР. Именно в это время произошло личное знакомство автора этих строк, который был в числе офицеров КГБ, обеспечивавших безопасность фестиваля и игр, с Денисом. Никому из общавшихся тогда с Гусинским не могло прийти в голову, что по прошествии немногих лет он станет "олигархом" и медиамагнатом.

24 мая 1989 года в Москве было зарегистрировано совместное советско-американское предприятие (СП) "Мост". С советской стороны учредителем СП стал информационно-консультационный кооператив "Инфакс", директором которого был Гусинский. "Инфакс", в свою очередь, был создан Гусинским в 1988 году при содействии Министерства внешнеэкономических связей (МВЭС) СССР, с которым с 1966 года плотно работал один из руководителей (в какой-то момент руководитель) Торгово-промышленной палаты СССР, генерал КГБ Евгений Питовранов. Именно он стоял тогда по линии КГБ за созданными Гусинским структурами. Финансовым инструментом "Моста" стал учрежденный в сентябре 1989 года под руководством Гусинского "Мост-банк".


Владимир Гусинский. Фото: ЕРА
Владимир Гусинский. Фото: ЕРА


Американским партнером СП "Мост" являлась авторитетная юридическая фирма "Арнольд и Портер", имевшая головной офис в американской столице, в Вашингтоне. Она была создана вскоре после окончания Второй мировой войны тремя опытными юристами: Арнольдом, Фортасом и Портером.

Арнольд в прошлом был профессором права в Йельском университете, ассистентом генерального прокурора США и судьей апелляционного суда США. Его партнер Фортас через некоторое время оставил фирму и работал на высоких правительственных должностях. Еще один основатель фирмы – Портер – до ее создания занимал ведущие позиции в различных учреждениях США.

''Арнольд и Портер'' имела девять офисов: в Брюсселе, Лондоне, Нью-Йорке, Сан-Франциско, Лос-Анджелесе, в Силиконовой долине и в Вашингтоне. В фирме работало 800 опытных юристов. Оставалось только удивляться, как новоявленному кооперативу “Инфакс” удалось стать партнером уважаемой и авторитетной на международном уровне американской фирмы, тем более, что любому юридическому лицу в СССР в те годы для осуществления внешнеэкономической деятельности необходимо было получить в МВЭС лицензию на осуществление этой деятельности.

Впрочем, у скороспелого кооператива "Инфакс" проблем с получением лицензии не было. Связи Питовранова в МВЭС СССР сработали безотказно. Сложнее обстояло дело с нахождением зарубежного партнера для "Инфакса". Однако в этом Гусинскому помог член группы Питовранова, бывший первый заместитель начальника ПГУ (внешняя разведка) КГБ СССР, генерал-лейтенант Борис Иванов.

Он дважды в разные годы возглавлял резидентуру советской внешней разведки в США. Должностью прикрытия для него являлся пост советника постоянного представителя СССР в Организации Объединенных Наций (ООН) и члена Комиссии ООН по правам человека и Подкомиссии по предупреждению дискриминации и защите меньшинств. Во время работы в США генерал Иванов установил широкие связи в американском истеблишменте, и для него не составляло труда в нахождении партнера для "Инфакса".

У Гусинского нашелся еще один влиятельный помощник. В США начиная с 1970-х годов бурно развивал свой бизнес будущий телемагнат Тед Тернер. К середине 1980-х годов он уже был миллиардером и владельцем целого ряда ведущих американских телеканалов, спортивных команд и иных бизнесов. Именно ему принадлежала идея проведения международных спортивных соревнований, которые должны были стать альтернативой Олимпийским играм.

После советского вторжения в Афганистан в конце 1979 года ХХII Олимпийские игры, которые в 1980 году проводил Советский Союз, были бойкотированы западными странами. Следующая летняя Олимпиада должна была состояться в американском городе Лос-Анджелесе в 1984 году. В виде ответной меры СССР и его страны-сателлиты, входившие в "Варшавский договор", заявили о своем неучастии в предстоящей Олимпиаде.


Игры доброй воли в Москве в 1986 году. Фото: sport-history.ru
Игры доброй воли в Москве в 1986 году. Фото: sport-history.ru


Бойкоты Олимпийских игр ставили под угрозу международный спортивный обмен. Поэтому идея проведения альтернативных Олимпиадам международных спортивных соревнований, предложенная Тернером, была с энтузиазмом поддержана советским правительством. Новый международный спортивный турнир получил название "Игры доброй воли" и был проведен в Москве в июле 1986 года. В них приняли участие спортсмены из 70 стран общим числом более 3 тысяч человек. Естественно, в качестве почетного гостя на Играх присутствовал их инициатор и крупнейший спонсор Тернер.

Советские спецслужбы уже на начальной стадии подготовки московских Игр доброй воли приступили к тщательному изучению самого Тернера. Уж очень заманчивой была перспектива приобретения его, обладавшего огромными информационными возможностями, в качестве агента. Советская разведка обладала агентами такого уровня (и Тернер не был бы исключением). Одним из них был британский подданный Роберт Максвелл.

Роберт Максвелл

Роберт Максвелл родился в 1923 году в поселке Солотвино, расположенном в Закарпатье, входившем тогда в состав Чехословакии. В настоящее время это территория Украины. Во время Второй мировой войны Максвелл воевал в составе чешской дивизии, являвшейся частью французской армии, но после оккупации Германией Франции перебрался в Англию и вступил добровольцем в вооруженные силы Великобритании. По окончании войны он служил в Британской информационной службе, базировавшейся в британском секторе оккупированного союзническими войсками Берлина. В это время в силу специфики его деятельности и интересов он установил широкие контакты с немецкими издательствами.

Энергичный, владевший многими европейскими языками, включая русский, Максвелл не мог не привлечь к себе внимание советских спецслужб. В послевоенной Германии активно работала советская разведка. Сотрудники "легальных" советских резидентур завербовали в тот период в Германии большое число лиц, работавших в администрации западных держав, и на регулярной основе получали затем ценную информацию о планах теперь уже бывших союзников в отношении СССР, Германии и стран Восточной Европы.

Одним из советских разведчиков в Германии был Василий Ситников. Свою службу в органах госбезопасности он начал в августе 1939 года. С марта 1946 года он работал в советской зоне оккупации Германии под прикрытием журналиста – сотрудника Телеграфного агентства Советского Союза (ТАСС). Именно он познакомился в Германии с молодым натурализировавшимся англичанином Максвеллом и завербовал его.


Фото: Dutch National Archives / wikipedia.org
Роберт Максвелл. Фото: Dutch National Archives / wikipedia.org


15 мая 1948 года истекал срок британского мандата в Палестине, который действовал с 1922 года на части территории распавшейся Османской империи. Незадолго до окончания действия мандата Великобритания официально объявила о нежелании его продлевать. В соответствии с этим, ООН на второй сессии своей Генеральной Ассамблеи, состоявшейся 29 ноября 1947 года, приняла резолюцию №181 о создании на территории Палестины двух государств: еврейского и арабского.

Великобритания выступила против. В стремлении максимально навредить Великобритании советское правительство поддержало резолюцию ООН, а во время начавшегося вскоре вооруженного конфликта между евреями и арабским населением Палестины стало тайно помогать евреям по линии советской внешней разведки.

С согласия своих советских руководителей Максвелл, еврей по национальности, чьи ближайшие родственники погибли от рук нацистов в годы Второй мировой войны, приступил к массовой закупке в Чехословакии оружия чехословацкого производства и трофейного оружия гитлеровской Германии для контрабандной переправки еврейским поселенцам Палестины. Наверное, он действовал не только в интересах советской разведки, но и стремился помочь своим собратьям. Практически все оружие, шедшее евреям Палестины, было доставлено в те недели именно из Чехословакии, включая четыре самолета "Мессершмит".

Когда 14 мая 1948 года закончилось действие английского мандата и палестинские евреи провозгласили создание еврейского государства, Египет, Сирия, Ливан, Саудовская Аравия, Ирак, Йемен и Трансиордания объявили Израилю войну и начали военные действия. Однако Израилю уже было чем защищаться, и он выстоял.

Вместе с тем, Максвелл не только помог своему народу, но и заработал на поставках оружия достаточные средства, давшие ему возможность после увольнения из армии начать свой бизнес: в 1948 году он открыл издательство "Пергамон Пресс", положившее начало его империи "Максвелл Коммуникейшн". К середине 1960-х годов издания "Пергамон Пресс" реализовывались в 125 странах, а сам Максвелл стал миллионером.

С 1949 года Максвелл активно сотрудничал с советским всесоюзным внешнеторговым объединением "Международная книга", а его издательство издавало книги руководителей КПСС и советского государства, а также лидеров стран Варшавского договора. С момента создания в 1973 году Всесоюзного агентства по авторским правам (ВААП) Максвелл стал эксклюзивным зарубежным партнером этой советской организации.

Одним из руководителей ВААПа практически с момента его создания был кадровый сотрудник советских спецслужб Василий Ситников – тот самый, который завербовал Максвелла. С 1953-го по 1966 год Ситников входил в руководство отдела ''Д'', позднее реорганизованного в службу ''А'' советской внешней разведки, занимавшуюся дезинформацией. В операциях по дезинформации, именовавшихся в КГБ СССР "активными мероприятиями", возможности издательской империи Максвелла использовались достаточно часто.

Тед Тернер и Владимир Гусинский

Вербовка Тернера в качестве агента советских спецслужб, безусловно, открыла бы новые возможности для советской пропаганды и дезинформации, поэтому во время визита Тернера в Москву в 1986 году он был плотно окружен офицерами советской госбезопасности и их агентурой. В числе агентов, направленных на изучение Тернера, оказался Денис (Гусинский).

Гусинский был главным организатором культурной программы для иностранных участников московских Игр доброй воли. В один из дней для иностранных и советских журналистов, аккредитованных на Играх, был устроен круиз по Пироговскому водохранилищу. Почетным гостем на круизе был Тернер.


Фото: kremlin.ru
Тед Тернер и Владимир Путин. Фото: kremlin.ru


В числе офицеров КГБ, негласно сопровождавших Тернера во время плавания на корабле, был автор этих строк, в то время старший оперуполномоченный 3-го отделения 11-го отдела 5-го управления КГБ СССР, в звании майора, и старший оперуполномоченный 5-го отдела УКГБ СССР по городу Москве и Московской области, майор Александр Михайлов, впоследствии генерал, руководитель ЦОС ФСБ РФ и заместитель председателя Госнаркоконтроля России.

Известный советский фотокорреспондент Игорь Уткин, с которым автор этих строк был знаком много лет по совместным зарубежным поездкам на крупные международные спортивные соревнования, сделал в тот день памятный фотоснимок стоящего на палубе корабля Тернера в окружении двух офицеров госбезопасности – Попова (меня) и Михайлова.

Во время приятного круизного плавания, обильно сдобренного различными зарубежными напитками и традиционными российскими яствами, Денис сумел расположить к себе американского гостя. Это знакомство Гусинский использовал позже, когда стал создавать империю "Мост".

Изучение Тернера КГБ велось в вербовочном плане, но на перспективу, так как процесс подготовки вербовки иностранного гражданина, к тому же, занимавшего высокое положение в бизнес-сообществе и политических кругах, каким являлся Тернер, мог длиться несколько лет. И лишь тогда, когда все собранные материалы свидетельствовали о том, что попытка вербовки будет успешной, наступала решающая фаза – сам акт вербовки, венчавший весь предшествующий ей процесс.

По-иному реализовывались вербовочные разработки, если в ходе вербовки добывались компрометирующие материалы в отношении разрабатываемого лица, могущие серьезным образом скомпрометировать его перед членами семьи, на службе или в обществе. В этих случаях вербовочная разработка могла осуществляться в ускоренном порядке. Тернер в конечном итоге завербован не был.

Предыдущая часть опубликована 25 марта. Следующая выйдет 8 апреля.

Все опубликованные части книги Владимира Попова "Заговор негодяев. Записки бывшего подполковника КГБ" можно прочитать ЗДЕСЬ.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

КОММЕНТАРИИ:

 
Запрещены нецензурная лексика, оскорбления, разжигание межнациональной и религиозной розни и призывы к насилию.
 
Осталось символов: 1000
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
 

Нажмите «Нравится», чтобы читать
Gordonua.com в Facebook

Я уже читаю Gordonua в Facebook


 
 
Больше материалов
 

Публикации

 
все публикации