Who is Mr.Cohen? Адвокат Трампа получил $350 тыс. для Измайловской преступной группировки — Фельштинский 

Личный адвокат президента США Дональда Трампа Майкл Коэн, с 2007 года являющийся сотрудником Организации Трампа (The Trump Organization), член совета директоров Trump World Tower Condominium Board и Trump Park Avenue Condominium Board, вовлеченный в недавнюю попытку реализации так называемого "мирного российско-украинского плана" Феликса Сатера и Андрея Артеменко, о чем подробно писалось в мировой прессе, является доверенным лицом российской организованной преступности по крайней мере с 1999 года и занимается отмывкой денег для российских граждан, связанных или подозреваемых в связях с российской мафией.

Это следует из материалов 2006–2011 годов, хранящихся в судебных архивах Соединенных Штатов.

В частности, 19 января 1999 года Майкл Коэн получил от проживавшего в Майами российского хоккеиста Владимира Малахова, игравшего в 1999–2000 годах за клубы в Канаде, Нью-Джерси и Нью-Йорке, чек на $350 тыс.

Этот чек был положен Коэном на один из его адвокатских счетов, но в 2006 году совершенно случайно стал предметом судебного разбирательства.

2 мая 2007 года после предварительного телефонного разговора Майкл Коэн получил письмо от адвоката Марка Вольфа, посвященное этой теме:

"Цель данного письма – закрепить суть и подвести итог нашего сегодняшнего разговора, а также подтвердить информацию, которую вы предоставили нам в течение последней недели по упомянутому вопросу.

Как вы знаете, мы имеем на руках чек на сумму $350 тыс., выписанный на имя Майкла Коэна, проживающего по адресу: Майкл Коэн, эсквайр, 500 Вест 56-я улица, Нью-Йорк, N.Y. 10019. Вы ознакомились с копией лицевой и обратной сторон чека, а также с первой страницей жалобы (включая описание дела), которую мы предоставили.

После ознакомления вы заявили, что вы действительно занимали эту должность на момент выставления чека (1/19/99) и что на то время вы были единственным Майклом Коэном в организации. В остальном вы ничего не знаете об этом эпизоде, и вам не знакомы другие участники этого процесса. Вы утверждаете, что вы не имели никакого отношения к данной транзакции. Вы также заявили, что индоссамент на обратной стороне чека – это не ваша подпись.

Также вы сказали, что вам не знакомы номера счетов, указанные на чеке, но вы попросили своего бухгалтера проверить, связаны ли вы с какими-либо из этих счетов. Если проверка покажет, что вы были связаны с какими-либо из этих счетов, мы хотели бы знать, был ли этот чек внесен на такие счета и как в итоге вы распорядились этими средствами".

Иными словами, в телефонном разговоре с адвокатом Вольфом Коэн сказал, что ничего не знает о чеке, что подпись на обороте чека не его и что номер счета, на который лег чек, ему неизвестен. Короче, Коэн заявил, что не получал $350 тыс.

21 мая Коэн получил от Вольфа второе письмо, уведомляющее Коэна о том, что он обязан дать формальные показания под присягой, касающиеся чека. Из письма следовало, что добровольно Коэн дать эти показания уже отказался и его будут вызывать для допроса через суд:

Как я упоминал в наших прошлых беседах, нам нужно будет, чтобы вы дали показания под присягой по этому делу. […] Вы заявили, что не желаете этого делать добровольно, и мы начали процесс оформления повестки через суды Нью-Йорка. Довожу до вашего сведения, что мы также будем требовать предъявления ваших банковских документов, в частности, касательно данного чека.

Мы предполагаем, что дача показаний может состояться в июле или в августе, и мы будем рады назначить удобные для вас дату и место. В связи с этим прошу вас связаться с нами в ближайшее время, чтобы обсудить график. В противном случае нам придется самим выбрать дату и место и оформить соответствующую повестку.

6 июня 2007 года дача показаний была назначена на 3 августа, по адресу: 1350 Broadway, Suite 1407, в Нью-Йорке. Коэна попросили предоставить следующую документацию:

1. Копию всех документов касательно получения чека №1062 от 19 января 1999 года, выставленного со счета Владимира Малахова №3101147115 в банке Citibank, Federal Saving Bank, Sunrise, Florida и подлежащего оплате Майклу Коэну на сумму $350 тыс., в том числе, помимо прочего, квитанции, карточки бухгалтерского учета, доверительные счета, служебные счета, счета условного депонирования, клиентские счета, клиентские выписки и электронные учетные ведомости и отчеты.
2. Копии всех документов касательно счета №250048213 в период с 19 января 1999 года по 18 февраля 1999 года, включая, помимо прочего, ежемесячные выписки по счету.
3. Всю входящую и исходящую корреспонденцию в отношении чека №1062 от 19 января 1999 года, выставленного со счета Владимира Малахова №3101147115 в банке Citibank, Federal Saving Bank, Sunrise, Florida и подлежащего оплате Майклу Коэну на сумму $350 тыс.
4. Все документы касательно распоряжения средствами, поступившими по чеку №1062 от 1 января 1999 года, выставленного со счета Владимира Малахова №3101147115 в банке Citibank, Federal Saving Bank, Sunrise, Florida, подлежащего оплате Майклу Коэну на сумму $350 тыс., и внесенного на счет №250048213, включая, помимо прочего, отозванные чеки, карточки бухгалтерского учета клиента, бухгалтерские книги по доверительным счетам, бухгалтерские книги по счетам условного депонирования, поручения о безналичном перечислении средств и корреспонденцию.

Коэн тянул с показаниями как мог, прибегая к различным уловкам. В конце концов он вынужден был предстать перед судом 17 сентября 2007 года, по указанному ранее в Нью-Йорке адресу. Показания он давал по телефону.

Тем не менее, Коэн не предоставил суду никаких бумаг и документов, а на заданные ему вопросы отвечал односложно. Он признал, что получил $350 тыс. от Малахова в январе 1999 года, и подтвердил, что в 1998–1999 годах у него были клиенты из России, но отметил, что не ездил в эти годы в Россию и, насколько он помнил, не переводил туда или в Украину со своих счетов деньги. Вот с некоторыми сокращениями показания Коэна:

По окончании допроса Коэна суд сделал следующие выводы:

"Майкл Коэн – получатель по чеку – неоднократно заявлял, что он не владеет информацией или документами относительно чека на $350 тыс., выписанного ему на доверительный счет в 1999 году. Кроме того, господин Коэн совершенно не знаком с другими участниками или свидетелями по этому делу. Господин Коэн несколько раз повторил, что он не знает ответчика Малахова и не понимает, почему он получил счет на $350 тыс. от ответчика Малахова".

Иными словами, Коэн отказался сообщить о сделке какие-либо подробности, утверждая, что не знает, почему ему был прислан чек на $350 тыс., не помнит, как он распорядился этими деньгами, не помнит, кому они были предназначены и что именно с этими $350 тыс. произошло, а с Владимиром Малаховым, выписавшим чек, не знаком и никогда не вступал с ним в контакт, хотя в обычной ситуации не должен был бы принять чек на $350 тыс. от незнакомого человека (но почему-то принял), а должен был бы вернуть его отправителю (но почему-то не вернул).

Поможем господину Коэну вспомнить, что произошло с чеком на $350 тыс. в далеком 1999 году, кто был хозяином этих денег и какова была их дальнейшая судьба, воспользовавшись при этом показаниями самого Коэна, под конец допроса расслабившегося и сообщившего:

"Единственный способ, как я мог получить средства, будь то $35 или $350 тыс., – я получил инструкции того же рода от человека, который выписал чек, чтобы распорядиться средствами".

Неточность, допущенная Коэном, заключалась в том, что человек, дававший ему "инструкции" о распределении денег, был не тем человеком, который выписывал чек, не Малаховым.

$350 тыс., присланные Майклу Коэну, предназначались для одного из лидеров Измайловской преступной группировки (ОПГ) Виталия Юрьевича Буслаева по кличке Буслай (1965 года рождения). В милицейской справке 1996 года о нем было написано следующее:

"В группировке один лидер – Олег Иванов, 55 г.р., уроженец Казани. Но руководят "измайловскими" не столько лидеры, как в других группировках, сколько "авторитеты". Их пять – Виктор Неструев (Мальчик), Сергей Трофимов (Трофим), Виталий Буслаев (Буслай), Антон Малевский (Антон), Александр Дербышев. Наиболее известен Антон Малевский. Отчасти это связано с тем, что его несколько раз задерживала милиция с оружием, но потом он уходил от ответственности. Некоторые источники истолковывают это так, что Антон попал под "крыло" спецслужб и работает на них".

Буслаев жил в Москве. В начале 2000-х годов он был сотрудником частного охранного предприятия (ЧОП) "Витязь-АК", что часто являлось легальным прикрытием преступной детельности. Одновременно Буслаев был генеральным директором трех компаний: общества с ограниченной ответственностью (ООО) "Базагаза", ООО "Дормидонт Риэлт" и ООО "Легенда проджект групп". "Легенда проджект групп", в свою очередь, владела компаниями ООО "Велий отель Москва" и ООО "Велий отель Суздаль". "Велий отель Москва" находится в 200 метрах от Троицкой башни Кремля. Окна гостиницы выходят непосредственно на Кремль, и территория, на которой расположена гостиница, контролируется Федеральной службой охраны РФ.

Гостиницу в Москве владельцы "Легенда проджект групп" получили от доверенного человека близких к Путину братьев Ротенбергов. Партнером компании "Легенда проджект групп" был владелец гостиницы "Метрополь", миллиардер и член Государственной думы РФ в 2011–2016 годах Михаил Слипенчук, с 2015 года являвшийся совладельцем гостиниц "Велий отель Москва" и "Велий отель Суздаль".

Имя Буслаева упоминалось также в связи с убийством в Украине журналиста Георгия Гонгадзе. Но помимо упоминания имени Буслаева в телефонном разговоре в качестве организатора убийства, других сведений о его причастности к преступлению не было, и со временем новые доказательства не появились.

В нынешней деятельности Буслаева очень многое связано с большим бизнесом, с крупными российскими бизнесменами и с партнерами Путина братьями Ротенбергами. Но в далеком 1996 году Буслаев только начинал свое продвижение вверх. Деньги, на которые он планировал купить в США недвижимость, нажитые честным или нечестным трудом – судить трудно, в те годы в России все деньги можно было считать нечестными, – действительно принадлежали Буслаеву. В тот год, в январе, он прилетел в Майами вместе со своей 22-летней подругой Юлией Фоминой и присмотрел собственность, которую несколько позже купил в здании по адресу 16711 Collins Avenue, Miami Beach, Флорида за $473 900 наличными. Платежи были сделаны в 1996 году тремя траншами: 18 февраля – $96 000, 18 апреля – $48 000, 29 ноября – оставшиеся $329 900, из которых $324 040,64 были переведены на счет владельцев флоридского здания телексом.

Собственно, сама квартира построена еще не была. Многоэтажное здание только строилось, но уже рекламировалось в Москве к продаже. И многие знакомые Буслаева и Фоминой закупили в нем еще не построенные квартиры. В феврале 1996 года Буслаев и Фомина вернулись в Москву. Тогда же они попали, по словам Юлии, в автокатастрофу. Фомина серьезно пострадала, поскольку вышла из машины после аварии и была сбита проезжавшей мимо машиной. Почти месяц она провела в больнице. Буслаев не пострадал. В марте Буслаев и Фомина снова прилетели в США, примерно на пять месяцев, до сентября 1996 года. Похоже, Буслаев от чего-то скрывался, поэтому в США пробыл долго.

В третий раз, где-то в октябре 1996 года, Фомина приехала в США уже одна. Буслаев остался в России. Достроенная квартира во Флориде была им куплена в конце ноября 1996 года, но Буслаеву в ней пожить не пришлось – ему перестали давать въездную визу в США из-за подозрений в связях с российской организованной преступностью.

В Америке Юлия не работала и жила на деньги Буслаева, щедро ее финансировавшего. Деньги были несчитанными. По показаниям свидетелей, да и самой Юлии, она вела роскошный образ жизни. При квартире в Майами была стоянка для двух машин. Одна была Aston Martin, вторая – как правило, Mercedes. Юлия часто летала в Россию и Европу, навещая в том числе и Буслаева (последний раз они встречались, по ее воспоминаниям, в 2004 году), путешествовала по США. Все ее расходы, как показала Юлия под присягой 22 марта 2006 года, оплачивал "ее друг" Александр Варшавский, знакомый Буслаева, бизнесмен, вовлеченный в автобизнес, с которым у Буслаева была система взаиморасчетов. Буслаев, по словам Юлии, тоже занимался автомобильным бизнесом. Отношения Юлии Фоминой и Варшавского были настолько близкими, что он стал единственным человеком, телефон которого был указан по месту жительства Фоминой как контактный для связи в чрезвычайной ситуации.

Как именно Буслаев пересылал для Юлии деньги, она, если верить ее показаниям, не знала, так как всеми ее счетами и финансами управляла секретарь Варшавского Светлана Герус. Все, что должна была делать Юлия Фомина, – это подписывать чеки, не задавая лишних вопросов. И она их, видимо, действительно не задавала.

Через несколько лет эти вопросы начала задавать американская прокуратура, причем самому Варшавскому. Варшавский владел по крайней мере двумя автомобильными бизнесами в США (Avilon Group и New York Motors) и дилерской сетью по продаже Mercedes и Ford в Москве. В декабре 2013 года суд штата Нью-Джерси возбудил против Варшавского уголовное дело по обвинению его в сокрытии доходов и неуплате налогов в период 2008–2012 годов. В числе сумм, вызвавших подозрения американских следователей, был перевод в США из России на счет New York Motors $30 млн 18 марта 2008 года; перевод из России на счет Avilon Group в 2009 году $7,2 млн для покупки авиалайнера Bombardier jet; перевод на счет той же компании в 2010 году $22 млн после продажи самолета. 22 сентября 2010 года на счет Варшавского в США из Москвы были переведены еще $5 млн.

В июне 2011 года Варшавский купил за $20,5 млн наличными квартиру в фешенебельном небоскребе по адресу 25 Columbus Circle в Нью-Йорке (для операций, связанных с недвижимостью, на счет его новой компании в Нью-Йорке, European Realty, были переведены $24,3 млн). Так что через знакомого Буслаева и Фоминой Александра Варшавского проходили крупные суммы денег.

Но тогда, в конце 1998 года, из-за августовского кризиса и нестабильности рубля, упавшего в несколько раз, Буслаеву понадобились доллары, и в самом начале 1999 года он решил заложить купленную на имя Юлии собственность и "вынуть" из дома $350 тыс. 4 января 1999 года Юлия Фомина подписала бумаги о получении от Малахова займа в $455 030 и о передаче майамского "кондо" в собственность Людмилы Малаховой (жены Владимира Малахова) в качестве залога, гарантирующего возврат займа. 11 января документация была переслана ее адвокатом агенту Малахова Полу Теофаноусу.

19 января Малахов отправил чек на $350 тыс. по указанному ему адресу – американскому адвокату Майклу Коэну. Остальные деньги (примерно $105 тыс.) Малахов, согласно показаниям ряда свидетелей, в том числе Теофаноуса, отдал наличными Юлии Фоминой и Буслаеву, хотя сами участники транзакций – и со стороны Фоминой, и со стороны Малахова – при судебном разбирательстве от ответов на вопросы, касавшиеся наличных денег, уклонились. Понятно почему: передача крупных сумм наличных одних лиц другим могла оказаться нарушением американского налогового законодательства, хотя Малахов все свои деньги зарабатывал честно как хоккеист. Согласно его налоговым декларациям, c 1999-го по 2004 год он заработал $18 465 346.

Отдав $350 тыс. для Буслаева Коэну и дополнительные наличные Фоминой, Малахов все свои обязательства перед Буслаевым выполнил. В залоге у него оставалась квартира Буслаева, которая деться никуда не могла. Но каким же образом Буслаев получал в Москве деньги, переданные Коэну в Нью-Йорке?

Когда в 2007 году под присягой Коэн клялся, что не знает Малахова и не переводил деньги в Россию, он, скорее всего, говорил правду, хотя и здесь Коэн оставил себе место для отступления: "насколько я это помню". Схема отмывки Коэном денег состояла в другом. За пределы США деньги действительно не уходили. Коэн получал деньги на один из своих счетов, подтверждал их получение, после чего владелец денег (в данном случае Буслаев) получал $350 тыс. в России от совсем другого человека, которому нужно было "вывести" из России $350 тыс. После подтверждения Буслаевым, что деньги в России получены, Коэн высвобождал $350 тыс. на американские счета, указанные ему отдавшим в Москве деньги клиентом.

В результате этой нехитрой операции Буслаев получал в Москве абсолютно чистые $350 тыс., скорее всего, наличными; Коэн переводил полученные им от хоккеиста Малахова абсолютно чистые $350 тыс. на какие-то совсем другие американские счета, где эти деньги тоже становились совершенно чистыми, так как границ не пересекали и подозрений американского налогового управления и ФБР вызвать не могли. За все это Коэн, наверное, получал процент от суммы, так как трудно предположить, что всем этим он занимался бесплатно.

Поскольку Коэн отказался предоставить суду какие-либо свои записи, счета и бумаги, остается только гадать, какой именно процент он зарабатывал на отмывании денег – потому что то, чем занимался адвокат Коэн, было классической отмывкой денег.

Насколько широкой была клиентура Майкла Коэна, сказать сложно. Среди его знакомых с давних времен было много выходцев из России. Само по себе это не хорошо и не плохо. Но человека, ставшего со временем личным адвокатом американского президента, это ставит в особое положение, когда он обязан ответить на очень многие вполне естественные со стороны общественности и правоохранительных органов США вопросы.

Майкл Коэн женился на гражданке Украины Лоре Шустерман. Отец Лоры – Фима Шустерман, 1945 года рождения, имеет недвижимость и инвестиции в США. Сам Майкл когда-то пытался наладить в Украине бизнес, связанный с этанолом (спиртом), но затем, похоже, передал этот бизнес своему брату Брайану. Брайан тоже был женат на гражданке Украины Оксане Ороновой. В числе бизнесов Брайана – производство этанола в Украине.

2 марта 2017 года отец Оксаны Ороновой, 69-летний Александр Оронов, причастный к организации встречи украинского депутата Артеменко с Майклом Коэном в связи с "мирным планом" Артеменко, переданным тогда еще советнику национальной безопасности президента Трампа генералу Майклу Флинну, был найден мертвым в Нью-Йорке.

Эпилог

Буслаев и Фомина не вернули Малахову взятый в 1999 году долг, и семье Малаховых пришлось продать принятую в залог недвижимость ("кондо" было продано за $415 000), чтобы вернуть деньги. В 2006 году Юлия Фомина попыталась отсудить назад у Малаховых купленную ей Буслаевым квартиру, но потратив на суд несколько лет (процесс длился до 2011 года) и порядка $100 тыс., суд проиграла. Судебные издержки оплачивал ее новый знакомый Олег Лазанович, эмигрант из Киева, владелец компании MBT Wine & Spirit (ликероводочный бизнес), проживавший в Майами в том же здании, по адресу 16711 Collins Avenue.

В марте 2006 года Владимир Малахов купил себе новое "кондо" в Майами в Trump Place, по адресу 18101 Collins Ave. Сегодня эта квартира оценивается в $1,5 млн.

3 марта 2010 года Малахов подал в суд на американского адвоката Майкла Коэна, обвиняя его в том, что высланный ему 19 января 1999 года чек на $350 тыс. переслан так никому и не был, а остался на счету Коэна. Малахов требовал возврата $350 тыс. c процентами и оплаты связанных с иском адвокатских и судебных издержек.

12 апреля того же года Малахов без каких-либо объяснений неожиданно отозвал свой иск, положив конец расследованию интригующей и детективной истории о $350 тыс., полученных личным адвокатом Трампа, подозреваемым в незаконных связях с Россией.