Мой сетевой френд, старый товарищ по интернет-баталиям, умирал в оккупации.
Он умирал от давней болезни, холода и недоедания. Так узнала после его смерти. Я знала, что он лежащий больной. Но я не знала, где он живет.
А он жил совсем рядом с нашем селом.
Я не могла бы ничего для него сделать во время оккупации – но если бы я вовремя знала, может, смогла бы. Возможно, с кем-то бы связалась. Поэтому его смерть я несу виной, своей личной виной. Хотя ни в чем и не виновата. Мы не были близкими друзьями, мы даже никогда не виделись. Наши сетевые деловые отношения не предполагали обмена адресами.
Но я несу эту вину. Надеюсь, его настоящие друзья тоже ее несут.
Стало известно, что во время этого блэкаута умер еще один человек. Еще один в списке, который когда-нибудь мы составим.
Он умер от голода и холода.
Ему можно было помочь. Если бы и он, и жена попросили о помощи.
Известно о смерти пожилой женщины, которой некого было попросить о помощи, и она умерла. Просто замерзла в своей квартире.
Еще одна пожилая женщина замерзала, была голодна и тоже долго не решалась никого попросить о помощи. Ей некого было просить. Наконец, она набрала номер полиции и попросила хлеба. Вы представляете это одиночество, когда единственный номер, который можешь набрать, – это номер полиции?
...Когда начались морозы, я первым делом набрала номер бедственной семьи и предложила продукты.
Потом я еще отгружала продукты другим семьям.
Когда мы вернулись из кардиологической реанимации, оказалось, что трубы нашего отопления и подачи воды замерзли, насосы в конце концов сгорели. Я несколько часов думала, звать ли на помощь соседей. Решилась, позвала, они мгновенно слетелись и трое суток... Трое суток спасали нашу ситуацию.
Если бы я решилась позвать их раньше, может быть, мы спаслись бы меньшей кровью. Две головы – хорошо, а целая команда – лучше.
Сейчас соседи идут к нам. Теперь беда постигла их, нужна вода – у них тоже погорели насосы, и мы делимся со спасателями нашей водой. И с теми, кто не спасал, а просто нуждается в воде. Много воды. Ибо – скотина. Скотину надо поить. Коровам не объяснишь, что насос сгорел.
В эти дни морозов и блэкаутов мы делились теплыми вещами и продуктами с нуждающимися. В эти дни люди делились с нами деньгами, трудом на морозе. То есть теплом сердец своих.
А где-то человек умер от холода и голода, потому что не знал, как попросить. Где взять на это силы. А для этого нужны силы.
И никто рядом не подумал, что люди просто не могут попросить. Не могут.
Я живу в селе, здесь все обо всех знают. Поэтому когда соседу, незнакомому со мной, понадобилась помощь – просьба по цепочке пришла к нам и мы услышали о нем и оказали помощь.
Но человек, который умер, потому что не мог попросить о помощи, кажется, тоже жил в селе. Или в маленьком городке. Кто-то мог подумать об этом человеческом затруднении, но не подумал.
Короткой была цепочка.
В городе такая цепочка может быть еще короче.
Поэтому вспомнить об одиноких соседях, о старых людях, живущих в подъезде, – это необходимость. Даже находясь в затруднении блэкаута, мороза, люди найдут чем поделиться. Люди всегда найдут.
Мой отец говорил: "Когда ты спрашиваешь, где страшнее ночью, в степи в одиночестве или в городе, то я говорю тебе, что в городе. Ночью там могут выходить плохие люди. Но когда у тебя беда, я говорю тебе: всегда иди к людям. Люди помогут. Люди всегда помогут".
Мой папа знал что говорил. Он и был тем человеком, который всегда шел на помощь другим людям. Поэтому он верил и в обратный процесс.
Пост, который я прочла, страшен.
Прочтите его.
У каждого могут быть соседи, которые не могут, не умеют, не решаются просить о помощи...
Случилась трагедия. Честно говоря, у меня даже слов не хватает, но я должна обратиться к вам, друзья…
Ночью умер сосед… И теперь самое страшное. Он умер от голода и холода.
Семья – он и жена. Больше никого. К сожалению, они были отшельниками, никого в свою жизнь не пускали. Максимум – "добрый день", "добрый вечер". А так – участок, овощи. И возраст 80+. Только сегодня вдова рассказала, что уже две недели они сидели на ...воде, потому что не было денег на еду. Вчера сердце мужчины остановилось, не выдержало. А теперь скажу, о ком же речь.
Лойко Павел Михайлович, родился 8 июля 1943 года. Образование высшее, кинематографическое. Окончил ВГИК и долгое время работал на киностудии им. Александра Довженко. Работал кинооператором и участвовал в съемках многих фильмов, в том числе "Пропала грамота" по произведениям Николая Гоголя. Добрый, порядочный, светлый человек, способствовавший развитию украинского кинематографа. Проживал в Ворзеле с 90-х годов. Умер 4 февраля 2026 года.
Осталась жена Лидия, преклонных лет. Положение материальное очень затруднительное.
Я искала картинку для иллюстрации одиночества. Но все картинки из интернета так красивы, что мне стало тошно.
Смерть от одиночества не такова.
Я была в голоде и холоде.
Быть голодным и в холоде – это такая обида, такая боль.
Такая это смерть...
Источник: Diana Makarova / Facebook
Опубликовано с личного разрешения автора