$41.23 €44.76
menu closed
menu open
weather +26 Киев
languages
Лилия Шевцова
ЛИЛИЯ ШЕВЦОВА

Российский политолог

Все материалы автора
Все материалы автора

Лукашенко сохранил власть. Но что такое власть над страной, которая тебя ненавидит? И разве это власть, если ее нужно утверждать подпольно?

Кремль не может позволить президенту Беларуси Александру Лукашенко потерять власть, потому что это будет дурной пример для подражания для российских граждан, считает российский политолог Лилия Шевцова.

Шеф, все пропало, все пропало!

Этот мем из "Бриллиантовой руки" может стать припевом "плакальщиков по революции", которые теоретизируют по поводу Хабаровска и Беларуси. Они сочувствуют протестам. Но они видят, что ни хабаровский, ни белорусский протесты не добились своей цели. Отсюда их стенания: все бессмысленно; мирный протест не может победить и себя дискредитирует. Революция без насилия и жертв со стороны протестующих обречена – твердят "плакальщики" из безопасного далека.

Действительно, хабаровчане не заставили Москву возвратить им губернатора Фургала. Не достиг цели белорусский протест: Лукашенко остался, узурпировав власть.

Но значит ли это, что оба протеста были бессмысленны? Все гораздо сложнее.

"Хабаровск" и "Беларусь" не похожи ни на социальные взрывы Латинской Америки, ни на Майдан, ни на восточноевропейские революции. "Хабаровск" и "Беларусь" происходят в условиях режимов, имеющих немалый (а в России – огромный) потенциал. Текучий протест, пусть и массовый, но лишенный организации, не способен привести к трансформации власти.

И все же даже при затухании эти протесты – каждый в своем контексте – являются беспрецедентным событием. Они подрывают жизнеспособность правящих систем. Они формируют социальную и культурную среду будущего общественного подъема, который приобретает генетический опыт.

Причем мирный протест ставит систему, ориентированную на подчинение и неспособную к компромиссам, в безвыходное положение. Рано или поздно система вынуждена звереть, провоцируя общественное отторжение.

Разве можно назвать поражением тот факт, что Хабаровск в ситуации паралича, в котором находится Россия, вдруг становится для Кремля системным вызовом? Власть поняла этот вызов, пытаясь во время недавних "выборов" зачистить регионы от любых альтернатив. Горькая ирония в том, что эта зачистка трамбует поле для повторения хабаровской "движухи" в других местах.

Сам же Хабаровский край – даже если народ уйдет с улиц – останется враждебным этой власти. В крае появилось радикальное меньшинство, готовое стать стержнем будущих выступлений. Более того, отсутствие возможности для легальной канализации настроений – через выборы и политические движения – выталкивает будущий российский протест на улицу.

Так что ситуация такова: протест в Хабаровском крае не победил, но власть проиграла, потеряв регион. Отныне "Хабаровск" – это предупреждение Кремлю о возможном либо неизбежном.

В Беларуси все еще четче. Лукашенко сохранил власть. Но что такое власть над страной, которая тебя ненавидит?! И разве это власть, если ее нужно утверждать подпольно?

Это понимает и Кремль, который, поддержав падающего Лукашенко, создал для себя ловушку. С одной стороны, Кремль не может позволить даже нелюбимому Лукашенко пасть под напором протеста – дурной пример для подражания. С другой, поддержка Россией белорусского узурпатора провоцирует среди белорусов антироссийские настроения. А тут еще международное отторжение, которое гробит выстраданную Москвой надежду на нормализацию отношений с Западом. Так что для Кремля Беларусь – скорее проблема (при всех тактических выигрышах).

Сам Лукашенко проиграл все: репутацию, свою роль в национальной истории, влияние на страну, личную безопасность, гарантию лояльности элиты. Белорусы продемонстрировали уникальное явление – стихийное, но осознанное единение народа и поразительную самоорганизацию. Не каждый народ на такое способен. Отказ отвечать насилием на насилие власти – это скорее проявление выдержки, чем страх и безропотность.

Взросление и политизация гражданского общества в Беларуси идет быстрее, чем формирование политической оппозиции. Хуже, когда есть оппозиция, задыхающаяся в атмосфере общественной пассивности.

Между тем, белорусы добились многого. Они не только низвели своего "агрофюрера" до роли заложника и своих силовиков, и Кремля. Они доказали, что стали гражданской нацией с чувством собственного достоинства и готовностью к коллективной самозащите. Они превратили Беларусь из белого пятна на карте в международный фактор, заставив очнуться дремлющую Европу.

Конечно, европейские санкции в отношении 40 представителей белоруской власти вряд ли повлияют на официальный Минск. Лукашенко проигнорирует и требование ЕС согласиться на посредничество ОБСЕ и пойти на диалог с протестующими. Но тяжелая на подъем Европа сделала две вещи, которые будут значимы. Во-первых, не признав Лукашенко легитимным президентом, Европа сократила его поле маневра кремлевской прихожей, в которой он будет ждать приема у Путина. Во-вторых, Европа начала готовиться к уходу Лукашенко, приступив к разработке "всеохватывающего плана экономической поддержки демократической Беларуси".

Белорусы уже не возвратятся в старую колею. России придется проститься с мечтами о Союзном государстве. Европе придется думать о том, что Беларусь может означать для европейской безопасности и для европейских принципов.

Так что рано петь реквием по нынешним протестам. Твердить "все бессмысленно" в момент, когда люди выходят на улицы, несмотря на угрозу собственной жизни, – признак морального бесчувствия. Это нытье говорит и о близоруком восприятии событий.

Да, чаще всего народный протест не добивается немедленной победы. Но переход власти к закручиванию гаек – ее признание собственного стратегического поражения.

Так что отдадим должное тем, кто учит нас мужеству. Не будем их учить, как нужно делать революции. Постараемся осмыслить хабаровский и белорусский опыт, который выходит за пределы тех догм, к которым мы привыкли.

Источник: Лилия Шевцова / Facebook

Опубликовано с личного разрешения автора

Блог отражает исключительно точку зрения автора. Редакция не несет ответственности за содержание и достоверность материалов в этом разделе.