Фашизм – это когда большинству лучше без личности

Сегодня, 20:04

Цей матеріал також можна прочитати українською

Одна из самых сильных сцен в мировом кино – убийства профессора и его жены в "Конформисте" Бертолуччи ("Не останавливайся, мне страшно"). И отдельно страшен застывший взгляд Трентиньяна, сыгравшего одну из лучших своих ролей.

Марчелло Клеричи не принимает участия в убийствах, он – слишком трус, он просто смотрит сквозь стекло автомобиля. На профессора, с которым еще недавно обедал и вел светские беседы и которого прямо сейчас зверски закалывают люди в штатском. На его жену, которая бежит, крича от ужаса, узнает Клеричи, бросается в лес, падает. Он влюблен в Анну. Он не может ее убить. Он вообще не убийца. Выследить, вынюхать, составить рапорт, преследовать. Смотреть. Он просто смотрит, как она гибнет. И в его рыбьем взгляде не отражается ничего.

Я смотрела "Конформиста" много раз, и всегда, словно впервые. И всегда – словно он снят, если не сегодня, то вчера. Настолько там все животрепещуще и мучительно актуально.

Бертолуччи было 29, когда он снял это кино. Он только вступил в Коммунистическую партию и исследовал фашизм как явление. Для человека культуры, родившегося в 1941-м в Италии, наверное, сложно обойти фашизм как явление. "Фашизм – это состояние души".

"Вы когда-нибудь задумывались, что вынуждает людей сотрудничать с нами? Для одних – это страх, для большей части – деньги. Подлинная вера в фашизм встречается очень редко. С вами все не так. Ни один из этих мотивов вам не подходит".

У Марчелло Клеричи очень простой мотив – он хочет "нормальной жизни". У него было поганое детство, с сексуальным насилием, дурная наследственность, тлетворная среда, отвратительная мать-морфинистка, психбольной отец, гора комплексов и травм, больше всего на свете Клеричи хочет быть нормальным. Чтоб все – как у людей. А фашизм и есть новая нормальность. Что может быть нормальнее фашизма в муссолиниевской Италии?

Бертолуччи не исследовал коммунизм, у которого те же истоки, приметы, родимые пятна, что и у фашистской новой нормальности. Только в профиль. Это очень родственные религии. В силу субъективных причин коммунизм не был ему настолько любопытен, позже он удалится от политик и идеологий и станет называть себя "скептическим буддистом-любителем". Но любая тоталитарная идеология зиждется и утверждается именно на массовой нормальности, а не на исключительности, уникальности, инакомыслии, особенности и отдельности. Фашизм – это всегда боязнь самостоятельного мышления, своего взгляда, зрения, слова в простоте, лишнего знания. Меньше знаешь, лучше спишь.

Этим любая диктатура и сильна. Людям заходит быть нормальными. Думать, как говорят, поступать, как скажут, жить, как положено. Спать снами праведников, когда убивают и мучают в двух шагах. Такая нормальность объединяет, сплачивает, роднит. По этой логике, диктатуры должны быть вечны, собственно, они и не заканчиваются. Тут заживает, там нарывает. Есть и такие места на планете, где нарывает всегда. Дорогие сироты, вам могилы вырыты.

"Первая встреча семнадцатилетнего Дугина с южинцами произошла в самом конце 1970-х годов. "Я вхожу и вижу, что на лавке, в предбанничке, сидит молодой человек, очень толстый, сравнительно высокого роста, килограммов 120–125 весу, в майке, с бритой головой. Голубые безумные глаза, как у палача в "Епифанских шлюзах". И одет он, кроме майки, в солдатские шаровары и шлепанцы на босу ногу, а шаровары подвязаны завязками. Я понял, что это такой хипстерский прикол, что человек как бы бросает вызов общепринятому. Он обратился ко мне: "Я – фашист, я верю в вас. Верю в вас, фюрер. Я хочу следовать за вами. Мы будем всех вешать", – вспоминал Джемаль". (Илья Венявкин, "Храм войны. Люди и их идеи, сделавшие возможным российское вторжение в Украину").

В одном из нынешних номинантов на "Оскар" "Мистер Никто против Путина" довольно внятно показано, как устроена и работает массовая нормальность в новой фашистской реальности. Городок-отстойник Карабаш Челябинской области, где фиксировал происходящее после начала полномасштабного вторжения РФ учитель местной школы Павел Таланкин, эту реальность лишь уплотняет.

Карабаш, с его высоким уровнем смертности и заболеваний ввиду многолетнего загрязнения почвы, воздуха и воды, одно из российских мест экологического бедствия героически поддерживает "СВО", причем не столько по своей воле, сколько по велению свыше. Городок-отстойник, где дети дышат ртутью и свинцом, активно подключился к "демилитаризации и денацификации Украины". Хотя местные учителя эти слова еще не научились толком выговаривать. Никакой логикой невозможно объяснить, почему этим взрослым настолько не жалко своих детей, и как так получилось, что российская школа стала одной из главных опор бандитского режима. Как и российская культура.

В фильме приводится фрагмент какого-то путинского выступления, где он говорит, что войны выигрывают не солдаты, а учителя. Это мерзкое чучело не выиграет никакой войны никогда (как известно, все войны в рамках Нобелевской премии выиграл Дональд Трамп). Но систему массового личностного уничтожения эта тля наладила вполне эффективно. Конечно, не на ровном месте начинал. Хорошие учителя и предшественники были.

Фашизм – это еще когда большинству лучше без личности. Такое вот состояние души.

Чешуеглазый,

с дрожащим Ионой во чреве

В недрах узилища рыбного,

в тесноте кровокамеры хищной

Страшно и нечем дышать

в государстве его биоклеток

В социуме телец

кровяных под командой турбинного мозга

Скоро ль извергнешь назад

поглощенных, заглоченных толпы?

Скоро ль нырнешь без возврата