Кошевой: Хочу, чтобы Путин улетел в космос на хер. Надо сказать Маску: сделай капсулу для Путина. Назвать ее “Шпроты”, бл…дь, и досвидос! 

Когда сейчас пишут "президент Зеленський побував там-то", мы с женой Ксюхой переглядываемся. Непривычно очень

– Женя, здравствуй!

– Привет!

– Это интервью мы планировали несколько раз.

– Да, было дело.

– Еще до выборов планировали, но оно постоянно срывалось. И сегодня едва не сорвалось, потому что кто-то (не будем тыкать пальцем) проспал.

– Правда! Один из нас проспал. Прошу прощения.

– Ты часто попадаешь в подобные ситуации?

– Нет. Если я знаю, что у меня съемка, не просыпаю никогда. Хоть пять утра, хоть десять. Не понимаю, что сегодня произошло, честно.

– На важные встречи опаздывал хоть иногда?

– Мог опаздывать, если попадал в пробку. Но такое за мной не водится... Для меня это шок. Дай бог здоровья строителям, приехали, разбудили.

– Когда Владимир Зеленский стал президентом, как это поменяло твою жизнь?

– Наверное, в корне. (Усмехается). На меня, Сашу Пикалова и на всю студию "Квартал 95" перешли обязанности Владимира, который изначально выполнял очень много функций в коллективе. И постановщик, и художественный руководитель… В общем, мы на себя это все забрали. Вернее, он нам это все отдал, потому что не может сейчас принимать участие в концертах.

– Другие функции у него.

– Да, другие постановки, расстановки и т.д. Дай бог ему сил.

– То, как у тебя в жизни все поменялось, тебе нравится?

– Я доволен тем, что остался в творчестве. Политика – это не мое. Сколько людям ни объясняй, они говорят: "Да-да, мы понимаем. Но можно ведь все-таки…"

– Мы еще коснемся этой темы.

– Никаких претензий к людям. Многие, например, подходят и говорят: "Мы понимаем, что вас достали. Но можно сфотографироваться?" Естественно, никому отказывать нельзя.

– Когда Владимир выиграл, много ли вокруг тебя появилось людей, которые пытаются добиться встречи с ним, устроиться в команду? Смс-ки, звонки по телефону, через знакомых и знакомых знакомых?

– Их очень много. Даже приходят ко мне домой. Маргарита Владимировна, теща моя, уже как секретарь. Звонят в дверь: "Здрасьте, Женя дома?" – "Нет". – "Вот, визитку передайте, мы занимаемся тем-то и тем-то, хотим пообщаться". Я ее спрашиваю: "Ты же объясняешь, что мы – ноу?" – "Да, – отвечает, – но людям все равно". Одни говорят: "Пожалуйста, устройте встречу с президентом, вы же общаетесь каждый день". Не каждый день, все, уже прошло то время. Мы можем переписываться или перезваниваться ежедневно, но я его не беспокою, потому что есть проблемы глобальнее, чем мои звонки или наши дела. У него все гораздо сложнее, ему надо с этим справляться. Мешать ему не хочу. Я не привык стоять на пути людей, которые занимаются важными делами.

– Скажи, как это, когда твой лучший друг – президент Украины?

– Когда сейчас пишут "президент Зеленський побував там-то", мы с женой Ксюхой переглядываемся. Непривычно очень.

– (Улыбается). Пять лет есть, чтоб привыкнуть.

– Да. Никогда в жизни не подумал бы, что может быть так. Просто окончательно человека достало то, что происходит со страной.

– Ты рассказывал о своей студенческой юности, жизни в общаге, когда на еду не хватало.

– Было, конечно.

– Когда все вы жили в такой атмосфере, ты мог представить, что Володя…

– …Не мог представить, потому что тогда смотрел "95-й квартал" только по телевизору. С ним я познакомился в 2003 году на фестивале в Сочи. Или в 2002-м? В общем, в начале 2000-х. У Вовы был день рождения. На нем был фиолетовый кожаный пиджак, ему подарили.

– Роскошно!

– Да, я думал, вот это жир жирович… Я жил в общаге, а пацаны в Кривом Роге... Не могу сказать, что чувствовали себя мажорами, все добились всего сами, своими силами. Все выросли в промышленных городах, старались держаться на плаву, на уровне, поднялись.

Вова проходил мимо первокурсницы хореографического отделения народных танцев, она на него посмотрела – и упала в обморок

– Как прошла ваша первая встреча? Сразу химия произошла? Он же пригласил потом к себе работать?

– Нет, тогда я еще не получил пригласительный в "Квартал". Был фестиваль, все были заняты игрой. В том году, по-моему, произошел переломный момент, когда они разорвали отношения с "Клубом веселых и находчивых". И слава богу, потому что там начался бардак, это все превратилось из игры в бизнес. Они ушли, и в 2004 году, когда уже около двух лет существовали как студия "Квартал 95", позвали нас, команду КВН из Луганска "Ва-банкЪ", в качестве гостей передачи "Таинственный полуостров". Эту передачу снимали в "Юбилейном" в Ялте. Когда мы поехали к "Кварталу" на съемки, нас тоже исключили из "Клуба…" Потом мы встретились на "Форт Буаяр". Мы улетали оттуда, а "Квартал" прилетел. С того момента начало как-то складываться ближе, теснее, все чаще начали видеться. В ноябре или декабре 2004-го Вова пригласил меня к себе в команду. С 2005 года я живу в Киеве, работаю в студии "Квартал 95".

– Вы разыгрывали друг друга в "Квартале"?

– Я не присутствовал при том моменте, но рассказывали… Лена Кравец еще была администратором команды, совмещала с актерской работой. Был, если помните, эпизод, где Вову выносили на носилках. Лене сказали, что нужен гроб. Для нее это был шок, она у нас девушка ранимая. Ей пришлось искать гроб. Естественно, потом ей сказали, что это шутка… Вот так разыгрывали. В "Вечернем Киеве" у нас была рубрика "Вас заказали". Лена участвовала в этой рубрике сама того не зная. Мика [Фаталов] со Степой [Казаниным] и с Леной поехали на халтуру… На корпоратив!

– Халтура она и есть халтура!

(Смеются).

– Качественная халтура… Поехали, значит, не помню куда, но на границе нашли у нее капусту.

– Капусту?

– В смысле – лаве, деньги. Опять скажут, что мы общаемся, как босяки. Но мы такие и есть.

– Наконец в студии настоящий Женя появляется!

– Так вот, Ленка не знала об этом розыгрыше. В закрытом помещении разыгрывались сценки между пограничником и Микой, они друг на друга кричали, стреляли. Лена хваталась за голову. Пришел пограничник и сказал: "Я вас спасу, уведу вас отсюда". Схватил ее за руку. Другие пограничники на него бегут, он отстреливается, понятно, холостыми, кричит: "Я вас всех порешаю!" Маля (прозвище Елены Кравец. – "ГОРДОН") в шоке была просто. Когда Мика с шариками выскакивал из микроавтобуса, она его даже не заметила, бежала мимо не оглядываясь, потому что сзади взрывы, стрельба… Две недели потом не разговаривала с нами.

– Что, только одна Елена Кравец объект розыгрышей?

– Нет, не одна, просто она доверчивая. (Смеется).

– А Зеленского вы разыгрывали?

– Разыграть человека, который сам способен разыграть всех, очень сложно.

– Ну, объединиться – и разыграть?

– Даже не в объединении дело. Человек настолько продумывает каждый твой шаг, знает тебя и видит насквозь. Думаю, меня тоже сложно разыграть. Любая лишняя ужимка на лице человека – и я понимаю, что все, лажа.

– Актерский не зря окончил!

– Ну да... Окончил, в общем.

– А подробнее? Или на халтурах жизнь учила?

– Я ездил на гастроли, когда еще была команда КВН, и не присутствовал в колледже много дней. Меня отправили в академотпуск. Когда пришел в "Квартал", позвонили оттуда, сказали: "Мы готовы вас восстановить, вас опять показывают по телевизору"... Мы приехали на 90-летие колледжа культуры и искусств в Луганск, выступали там, когда еще город был без войны. И когда Вова проходил мимо одной первокурсницы хореографического отделения народных танцев, она на него посмотрела и упала в обморок. Серьезно, вот тебе крест. (Крестится). Проходил Зеленский, она никогда его не видела. Что такое первый курс? Это 17 лет.

– (Смеясь). И что после этого было, стесняюсь спросить?

– Я за ним шел. Он мимо нее проходит, она его провожает взглядом – и… (присвистывает, изображая потерю сознания). Просто падает.

– Так он обладает сверхспособностями!

– А ты говоришь "его разыграть". Если он шаман.

– А на инаугурации Порошенко обморок был, помнишь?

– Помню, да. И сейчас телеканалы, которым не нравится президент Зеленский, обсосали все что хочешь – и удостоверение упало, и то не так, и это. Если в этом заключается сущность этих телеканалов и этих журналистов, то бог им судья.

– "Скелеты в шкафу" у Владимира Зеленского есть?

– Что ты имеешь в виду под "скелетами в шкафу"?

– Настоящие скелетики.

(Смеются).

Секреты такие, которые никто из СМИ не смог раскопать?

– Послушай, раскопали столько, что даже мы не знали, что такое может быть. Раскопали то, чего нет, то, что сами придумали. В большинстве случаев так. Высасывают из пальца, раздувают из ничего.

Они не хотят ничего делать, не хотят Зеленскому помочь. "Раз ты выиграл – давай сам". Ну, окей. Это люди, которые не успокоятся, которые считают кровной обидой то, что он выиграл

– Ты боялся, что и тебя заденет снарядом?

– После того как 1 января он обо всем этом сказал, началась у всех веселая жизнь. Как под микроскопом нас начали разглядывать. Нас коснулось. Великие политические эксперты, юмористические и творческие (в кавычках), которые, сидя на диване, строчат комментарии за деньги... Я почистил ленту в Facebook, теперь она у меня как в Instagram. Честное слово.

– Ты реагируешь на это?

– Я реагирую, когда это правильно, по-честному. Но когда на тебя… (запнулся). Ой, нельзя матюкаться.

– Можно, мы в YouTube!

– Нет, я при красивой девушке не могу материться.

– Не смотри на меня, посмотри в другую сторону и скажи, как думаешь.

(Смеются).

– Когда на тебя льют кучу нечистот и неправдивой грязи, это обидно. Даже люди, с которыми ты был знаком 10–15 лет, почему-то в воздухе переобуваются, уверенно заявляя, что ты проиграешь, что тебе хана. А потом, не веря, что ты выиграл, не меняют своего мнения, потому что заднюю давать нельзя. Если поменяешь мнение, то, мол, будешь, как жижа, смотреться в этой жизни. Но они так и смотрятся, просто этого не понимают. Они никогда в жизни не успокоятся.

– Ты много споров выиграл по поводу того, что Зеленский станет президентом?

– Я в своей жизни очень часто проигрывал споры из-за самоуверенности. Теперь, в сознательном возрасте, я не спорю.

– Но в этом случае было бы хорошо.

– Конечно, было бы хорошо. Но мы не спорили. Были заняты, следили за тем, как разворачиваются события в связи с президентской кампанией.

– У тебя была серьезная ссора с Владимиром Зеленским, хоть раз?

– Не могу сказать "ссора". Были творческие разногласия на репетициях. И сейчас так. Мы спорим, это творческий процесс, без этого нельзя. Да, посылали друг друга в задницу, ругались.

– А рукоприкладство?

– Да ну нет, о чем ты говоришь!

– Андрей Данилко рассказывал: "Когда я в запале, в кураже, когда я знаю, как надо, а все тупят, то я готов всех разбросать".

– Нет, до рукоприкладства не доходило. Все решало слово.

– Крепкое?

– Да, крепкое слово.

– Бывало, что несколько дней не разговаривали?

– Нет, такого не было никогда. Мы не мешали друг другу после туров побыть с семьями. Но все равно, максимум три дня – и ты созваниваешься.

– Сейчас ты часто видишься с Владимиром?

– Нет, очень редко. Чаще созваниваемся и переписываемся. Вероятно, не только мы можем читать наши смс-ки и слушать наши разговоры? (Смотрит в камеру). Правда, ребята? Молодцы, умнички! Передаю всем привет!

(Улыбаются).

– Владимир в шоке, как считаешь?

– Естественно. Он знал, что будет трудно. Когда ты не чувствуешь поддержки, когда рядом с тобой находятся люди, работавшие на прошлую власть, которые тебя ненавидят и не хотят тебе помогать, конечно, это сложно. Представь, что сейчас мы сидим, а кто-то из твоей творческой группы начинает очень громко разговаривать, потому что ему не нравится твой персонаж. Так же точно и там.

– Мелкие подставы уже начались?

– Они не хотят ничего делать, Алеся. Они не хотят ему помочь. "Раз ты выиграл – давай сам". Ну, окей. Сейчас наберется команда людей, с которыми он будет работать. Но просто так нельзя. Это люди, которые не успокоятся, которые считают кровной обидой то, что он выиграл.

– Жень, значит, надо их вычищать, увольнять.

– Да, но на это все надо время. Я уверен, что он справится, вычистит. Не нужно ставить палки в колеса. Понимаю, что говорю сейчас невозможные вещи. Пока [в Верховной Раде] сидят 450 [депутатов], и в аппарате президента есть люди, которые ему будут мешать, у нас быстро ничего не получится. Он сейчас делает шаги, которые нравятся народу, но люди, которые до сих пор думают, что они элита, а все мы на уровне ниже плинтуса, начинают что-то строчить, искать. Он чихнет – они скажут, что это, бл...дь, корь.

Эти пять лет меня не будет в политике. Будут только политические пародии

– Но не все ли равно? Надо хорошо делать свое дело и не обращать внимание.

– Когда о тебе пишут неправду или пытаются тебя задеть, ты все равно на это обращаешь внимание и тратишь негативную энергию. Хотя ты мог бы сделать что-то большее. Но я уверен, что он совершает сейчас большие шаги.

– Давай поговорим о твоем ближайшем будущем.

– Да.

– Ты же знаешь и понимаешь, даже читаешь комментарии, что тебя сватают либо на должность премьер-министра...

– Ха-ха-ха!

– ...как доверенное лицо, одно из ближайших к Владимиру. Или как минимум в список [партии "Слуга народа"]. Насколько я понимаю, на втором месте, потому что Дмитрий Разумков возглавит. Расскажи наконец-то, какая у тебя будет политическая роль?

– Политической роли у меня не будет. Будут только политические пародии, как и были. Я себя не вижу в политической роли и всем журналистам об этом говорю. Я не иду в политику. Юзик, Юрий Корявченков, пошел в политику. Он идет в Верховную Раду. А я не вижу себя среди этих людей, правда.

– Скажи честно: предлагал тебе это президент? Говорил "ну давай, стань рядом"?

– Наоборот. Мы дружим очень давно, он прекрасно знает, что я могу, а чего не могу. Я могу оставаться в творчестве до конца своих дней. Но идти в политику, учить что-то новое и чуждое мне я не готов. Чтобы потом надо мной смеялись, говорили, что я непрофессионал?

– А как же! Здесь ты смеешься, а там над тобой. Жизнь такая!

– Я понимаю. Но смеются те, кто не умеет смеяться над собой. Они не смеются, а высмеивают все то, что ты делаешь, правильно или неправильно – без разницы. Я хочу заниматься творчеством, хочу сохранить так называемую империю "Квартала 95", которую построил Владимир. Не хочу упасть в грязь лицом через пять лет, когда он уйдет с поста президента.

– Ты можешь сейчас гарантировать всем зрителям, что эти пять лет тебя нигде не будет?

– Нет, эти пять лет меня нигде не будет, я не буду в политике.

– Кто еще из кварталовцев, кроме Юзика и Сергея Шефира (первый помощник президента. – "ГОРДОН"), пойдет во власть?

– Там уже есть наши. Серега Трофимов, Юра Костюк (заместители главы Администрации Президента. – "ГОРДОН"). Не разбираюсь в их должностях, короче, они рядом с Вовой, помогают ему, дай им бог здоровья.

– Понимаю, что ты не политик, но хочу с тобой поговорить просто как с гражданином Украины, который живет в этой стране, переживает из-за ее проблем и хочет ее улучшить.

– Пожалуйста.

– Начнем с закона о языке, о котором так много ходит споров. Недавно Борис Шефир (совладелец студии "Квартал 95". – "ГОРДОН") в интервью сказал, что закон неправильный, что его нужно отменить. Что ты думаешь?

– Я понимаю: в том, что я скажу, опять найдут какие-то подводные камни. Я українську мову знаю досконало. Вважаю, що не потрібно людині вказувати, якою мовою їй говорити на кухні чи ще десь. Раз уж приняли такой закон… Считаю, что на [украинском] языке должны говорить люди, которые заняли государственные посты, обязательно. Но если в повседневной жизни будет приходить человек и тыкать тебя носом, что ты неправильно говоришь или говоришь на русском, то это… Нужно больше качественного украинского продукта, для того чтобы люди, даже те, кто заявляет, что никогда в жизни не станет говорить на украинском языке, знали его. Нужно его знать.

– Его надо сделать модным.

– Его делают модным, но искусственно. Он и до этого был модным, поверьте. К человеку, разговаривающему на украинском языке, все сразу прислушиваются, ой, говорят, какой красивый язык. Тому що мова співуча, потрібно нею розмовляти. Но я просто не знаю, как объяснить… Искусственно созданная проблема. Со мной всю жизнь говорят на украинском языке – я перехожу на украинский. Заговорят на русском – я перейду на русский. Но не буду тыкать человека носом.

– Сколько языков ты знаешь?

– Украинский и русский. Английский – на уровне 11-го класса школы.

– И достаточно?

– Я как собачка: понимаю, но ответить правильно не могу.

(Улыбаются).

– Какие для тебя лично самые сильные и яркие проблемы Украины? По пунктам?

– Война. Первая и самая главная проблема. Если не будет войны, все дела, думаю, пойдут вверх, и в очень хорошем темпе.

Вынесли из ситуационной комнаты всю аппаратуру! Это цирк какой-то! Говорят, Порошенко арендовал это все за свои деньги. И шо? Покажите арендатора! Может, где-то супермаркет бэушной электроники открылся, а мы не знаем; сидим здесь с тобой, а там, наверное, акция сейчас

– Что еще тебя достает, раздражает в жизни?

– Раздражает то, что нашу страну за границей, в Европе, знают… Хочется, чтобы знали название твоей страны, Украина. Иногда люди переспрашивают: "Украина? Это где?"

– До сих пор есть такое, да?

– Конечно. Ты им говоришь: "Шевченко, ну, соккер, футбол". – "А-а, окей". Знают только по спортсменам.

– Кличко…

– Да, Кличко и Шевченко. Я хочу, когда меня будут спрашивать, отвечать: "I'm from Ukraine". И чтобы люди говорили: "Oh, yeah, cool!" Я хочу, чтобы Украина стала одной из самых сильных европейских держав, вот и все.

– У Володи получится это сделать?

– Я уверен, что получится, если ему не будут ставить палки в колеса.

– Но ты же знаешь, что будут.

– Да, знаю, что будут. Поэтому не все быстро получится.

– Если сосредоточиться на делах внутри страны?

– Внутри страны у нас есть такая глобальная проблема, как дороги. Пока к тебе доехал, стало очень жалко автомобиль и жалко, что я плачу автомобильный сбор непонятно куда. Не только я – все мои друзья-автомобилисты, профессионалы-гонщики... Вчера я почувствовал стыд. Не включил поворот, ко мне на светофоре подъехал парень на мотоцикле и говорит: "Братан, включай поворот". – "Конечно, – говорю, – извини, пожалуйста. А ты будь аккуратен". А он такой: "О, я звезду увидел!" И – фр-р-р! – попер. Не вижу ничего постыдного в том, чтобы каждому указывать на его ошибки. Корректно нужно это делать. Не так, чтоб "ты, сволочь, что делаешь?!" Если ты сволочь, то от этого никуда не денешься, ты ею останешься.

– Обычно в пакете к дорогам идут дураки. Как с этим?

– Их побороть очень сложно. Это каста людей, которые не считают себя таковыми. И не надо им об этом говорить, пусть порадуются жизни.

– Как бы ты с коррупцией боролся?

– Просто надо посадить пару-тройку известных лиц, замешанных в коррупции. И все. Он (Зеленский. – "ГОРДОН") не может этого сделать, у него связаны руки, потому что саботируют законы. Всех на место поставят, губернаторов, спецслужбы, силовиков – тогда посмотрим.

Те, кто считает, что Зеленский пришел наводить тут "русский мир", пусть прибьют свои пасти

– Вам сейчас припоминают: "Весна прийде – саджати будемо". И все надеются, что не картошку посадят, а справедливости ждут.

– Ха-ха. Я понимаю. Тоже жду этого, поверьте, жду как никогда.

– Будь твоя воля – кого бы ты назначил генпрокурором?

– Ох ты е-мае… Очень сложный для меня вопрос. (Задумался). Во-первых, человек с образованием должен быть.

– Юридическим, имеешь в виду?

– Естественно. Наверное, должен быть нашим единомышленником. Он не должен быть коррумпированным.

– Где же ты такого найдешь?

– Где-то найдут, наверное.

– Из вашей команды, из тех, кого ты знаешь, кто-то мог под эти критерии подходить? С точки зрения воли, решительности и неподкупности?

– Из актеров что ли?

– Ну, Зеленский – актер, он же стал президентом.

– Да, хорошо.

– Генпрокурором у нас может стать, как мы видим по Юрию Витальевичу [Луценко], человек и без юридического образования.

– Я считаю, что человек должен быть компетентным во всех вопросах, в которых будет советоваться с президентом. Он не должен совершать поступки, за которые потом его будут гнобить и говорить, что опять поменяли шило на мыло. Не знаю, кого бы я поставил генпрокурором. Поставил бы человека, который любит свою страну и хочет искоренить это зло. Народ ждет, что коррупции не будет, что перестанут заносить везде.

– Не страшно было идти на выборы, не имея собственной команды на все должности? Вот человек или два-три человека на генпрокурора, вот – на Минобороны, вот – на министра иностранных дел и т.д. Вы же понимали, что уже не играетесь в это, а идете побеждать?

– Не могу сказать, что виделась какая-то неуверенность в Вове. Он знал, что все должно быть постепенно и все шаги должны быть взвешенными. Не думаю, что ему было страшно. Были мысли только о том, как побыстрее выгнать с Грушевского всех… Не буду говорить это слово. Они нас постоянно такими обзывают.

– (Улыбаясь). Ты такой добрый и толерантный.

– Потому что я хочу в Европу, а они не хотят. Они считают, что Зеленский пришел наводить тут "русский мир". Ну, правда, они же пишут про "подстилки Кремля", еще что-то. Пусть прибьют пасти свои, пожалуйста, я их очень прошу. Они сами связаны с теми, кого хают. Я всю жизнь прожил в этой стране, люблю эту страну, и неважно, на каком языке я говорю. Неважливо, якою мовою я зараз розмовляю.

– Мы видели, как [секретарь СНБО Александр] Данилюк показал обнесенные, девственно чистые стены вместо суперкомнаты…

– Это вообще для меня был шок! Может, в "Эльдорадо" это все искать уже, не знаю?

– Кроме этого, делали Володе мелкие пакости, сюрпризы?

– Он пока мне об этом не рассказывал. Но то, что вынесли из ситуационной комнаты всю аппаратуру, – это да! Провода поуносили…

– …и стулья. Только флаги оставили.

– Это же цирк какой-то! Говорят, он (экс-президент Петр Порошенко. – "ГОРДОН") арендовал это все за свои деньги. Ну, хорошо. И шо? Покажите арендатора!

– "Все свое ношу с собой".

– По-любому!

– Копеечка к копеечке.

– Может, где-то супермаркет бэушной электроники открылся, а мы не знаем. Сидим здесь с тобой, а там, может, акция сейчас.

– По дешевке…

– Конечно.

Ходят слухи, что меня "ЛНР" разыскивает. При пересечении "границы" – сразу на подвал

– [Бизнесмен] Игорь Коломойский сказал в интервью, что происходящее на Донбассе он считает гражданским конфликтом, который спровоцировала Россия.

– Я так не считаю.

– Я тоже с этим не согласна. Как ты называешь то, что происходит на Донбассе?

– Ты не первая, кому я об этом говорю. Я хочу, чтобы чужие люди ушли оттуда. Русские чтобы оттуда ушли. Они пришли, натворили делов, теперь я хочу, чтобы они ушли. Не уйдут? Значит, их будут выгонять. У людей нет мозга просто. Я не могу пятый год поехать на могилу к отцу, потому что меня там разыскивают.

– Что значит "разыскивают"?

– Ходят разные слухи, что при пересечении "границы ЛНР" сразу на подвал, еще что-то, не знаю. Не видел на сайтах такой информации.

– У тебя там мама и брат, да?

– Мама и брат старший.

– В Алчевске, верно, это оккупированная территория?

– Да. Еще тетя с дядей, бабушка и дед. Все родственники там остаются, они не могут оттуда выехать, старые уже.

– Маме сколько лет?

– Мама 1954 года рождения.

– Еще не старая.

– Нет, я имел в виду бабушку с дедушкой, ты что. А то мать сейчас посмотрит и скажет: "Ты чего сказал, что я старая?!"

– Почему маму не заберешь в Киев?

– Она не хочет. Потому что там бабушка с дедушкой.

– Ее родители?

– Да.

– Некому ухаживать?

– Они с сестрой ухаживают за ними.

– Мама работает?

– Нет, пенсионерка.

– А брат? Он же на семь лет тебя старше?

– Старший брат работает в Германии. Туда приезжает к детям. Я их наконец-то уговорил переехать в Харьков. Этим летом собираются переезжать.

– Ты часто созваниваешься с мамой?

– Да.

– Интересно узнать от твоей семьи, твоего окружения, что там говорят люди, какие настроения? Какая у них жизнь?

– Люди рады, что пришел к власти Владимир Зеленский. Они ждут от него решительных шагов. Они готовы ждать, но чтобы все решилось.

– То есть хотят в Украину назад?

– Те знакомые, которые общаются с моими родственниками, никогда не хотели в Россию.

– Много там таких?

– Много адекватных. Но их заставили – и все.

– Бабушку и дедушку нельзя забрать сюда?

– Они не поедут никогда, о чем ты говоришь. Но они все смотрят украинское телевидение, у всех смартфоны.

– Как с практической точки зрения их жизнь поменялась? Что там не так теперь?

– Даже не знаю…

– Бытовые вещи. Комендантский час, например, вызывают куда-то?

– Комендантский час – да. Никого никуда не вызывали, надеюсь, и не будут. Немножко жизнь погрустнела, скажем так. Не знаю, чем там занимается молодежь.

– Многие выехали, наверное, молодежи мало осталось.

– Наверное. Но я пять лет там не был, своими глазами не видел, что там. Только слышал по рассказам. Мои одноклассники, которые окончили [школу] в 2000 году, как только все это началось, сразу уехали.

– Хотел бы туда съездить?

– Я хотел бы попасть на могилу отца. Потому что не был ни на похоронах, ни на годовщину.

– Кого ты обвиняешь в том, что сложилась такая ситуация, война?

– Обвиняю тех, кто начал всю эту шнягу. Тех, кто пришел, пересек границу Украины. Неважно, каким способом они это сделали. Тех, кто их не остановил, кто не давал приказа останавливать русских.

– Многие политики в Украине вдруг начали говорить "где вы там русских видели?", "там русских нет, только украинцы". Что бы ты им сказал?

– Естественно, многие начинают переобуваться, говорить, что это гражданская война, хотя раньше никогда такого не говорили. Я от своего мнения не отходил никогда и отходить не собираюсь. Не считаю эту войну гражданской. Тем политикам, кто так думает, бог судья. Я не хочу, чтобы это повторилось еще раз. Если они так говорят, значит, хотят, чтобы это продолжалось, хотят зарабатывать на этом деньги. А я хочу, чтобы это закончилось.

– У Владимира Зеленского есть план (не желание, а именно план), как можно закончить войну? Наверняка вы много об этом разговаривали.

– Все говорят о переговорах, о прямых переговорах. Но ни в коем случае – в пользу противника. Они должны оставить в покое украинские территории и, наконец, решить вопрос с Крымом. Они считают, что это все их, понимаешь? У нас был человек, говоривший "я верну Крым". И что? Что войну закончит, говорил.

– За две недели?

– Да.

Мы с Виталием Кличко остались вдвоем, и когда в узком коридоре появился его брат, мне стало страшно. Оп-па, думаю, сейчас братва меня тут замочит

– Фишка "Квартала" – это острая, смешная критика власти, президента…

– (Улыбаясь). Проштрафится – будем критиковать.

– Вы готовы?

– Мы готовы. И он не против.

– Когда ждать первую порцию? Говорили с ним об этом?

– Конечно.

– И что он говорит? Давайте, критикуйте, буду ржать вместе с вами?

– Естественно.

– А если что-то обидное будет?

– Ну, не знаю… Так ведь нельзя, чтобы совсем не обидно? Повторю: проштрафится – мы будем шутить.

– А сейчас есть за что критиковать?

– Нет, пока критиковать его я не могу. Могут критиковать критики фейсбучные, это их занятие. Не буду отбирать их хлеб, они на этом деньги зарабатывают.

– Давай о другом человеке, которого ты критикуешь и пародируешь? Виталий Кличко.

– Здрасьте, Виталий Владимирович!

– Один из твоих излюбленных персонажей?

– (Кивает).

– Знаю, что он обижается на вашу критику, пародии и шутки.

– Очень обижается.

– Тебе лично он что-то говорил?

– Мы встретились на одном мероприятии. Я его попросил по-человечески…

– …не бить тебя?

– Нет. Там был узкий коридор, я понимал, с кем говорю… Я попросил его вернуть каштаны на Крещатик.

– А он?

– Он говорит: "Я без ваших советов справлюсь".

– Вот как?

– Мы стояли вчетвером, не буду говорить, с кем, веселились. А когда двое ушли и мы остались вдвоем…

– …тебе стало страшно? (Смеется).

– Нет. Страшно стало, когда в узком коридоре появился его брат.

– Какая нехорошая ситуация!

– Оп-па, думаю, сейчас братва меня тут замочит... Оказалось, все, о чем мы говорили до того, как зашел брат, было настолько перекручено, что я понял – бояться нечего. Там мы говорим одно, здесь мы говорим другое, меняем свое мнение. Для меня это было непонятно.

– Ты о Виталии говоришь?

– Да. Ты первая, кому я рассказываю эту историю.

– Получается, при тебе они обсуждали какие-то откровенные вещи?

– Не то чтобы… Мы откровенно разговаривали, когда стояли вчетвером. Когда мы остались вдвоем, я сказал ему о каштанах. А то, о чем мы говорили раньше… В общем, старший пожаловался младшему, что я его пародирую, каждый день в грязь лицом.

– А Володя что сказал?

– Ничего, просто стоял, кивал.

– И он тоже тебя не бил?

– (Хохочет). Нет, не бил.

– А "брат за брата"?

– Ну, что я могу сделать? Такая ситуация возникла.

– Хочу от тебя честного ответа. Ты осознаешь, что из-за тебя отношения президента Украины и мэра столицы никак не могут наладиться?

– Ты вы шо? Серьезно? Из-за меня? Не считаю, что это из-за меня.

– А из-за кого? Кто пародировал?

(Улыбаются).

– Ну, слушай, человек должен уметь смеяться над собой. Если проштрафился, терпи. То же самое относится к нынешнему президенту. Проштрафишься – терпи. (Грозит пальцем в камеру).

– Пока мы не видим. Вот когда пойдут шутки, тогда мы с тобой сядем, обсудим.

– Хорошо. Будет у нас съемочный концерт 13 августа. Не очень хотелось бы, чтобы до этого времени были какие-нибудь штрафы. Но если будут – значит будут. Мы не можем потерять свою фишку, не можем лизать, как это делают… (Показывает пальцем вверх).

– Кто?

– (Улыбается). Неважно. Элита, ехарный бабай. Они же себя так называют?

– Кто еще из политиков, из видных деятелей, которых вы высмеивали и пародировали, обижался? И чем эти серьезные обиды заканчивались? Передавали какие-то приветы, может, ты в какие-то ситуации попадал?

– Если такие случаи и были, то единичные. Может, на первых этапах, когда мы еще нетвердо стояли на ногах в политической пародии. Хотя я таких времен не помню. Наверное, были звонки, кто-то звонил. Может, не лично, а передавали, мол, ай-ай-ай, осторожнее. У нас тоже есть внутренняя самоцензура. Мы никогда не будем копаться в грязном белье, читать "желтяк" и шутить о том, что там написано. Многие сейчас так и делают. Где-то прочитали заголовок – все, понеслась… Это вообще жестяк.

– В "95-м квартале" что ты сейчас будешь делать? Управляющий, совладелец?

– Нет, не совладелец. Я занимаюсь актерским коллективом, постановкой номеров и, в принципе, концертов.

– Кто будет самым главным в "Квартале"? Был Зеленский...

– Сейчас все обязанности разделились. Генеральный директор теперь Боря [Шефир] у нас. Ирочка Пикалова… До сих пор не знаю ее должность. Короче, она самая главная. (Делает пальцами "козу"). Мы с Пикаловым занимаемся творческой частью. Авторская группа у нас называется "БМВ" сокращенно, по первым буквам имен.

– А раньше это все объединял и замыкал на себе один человек, Владимир Зеленский, правильно?

– Да.

– Потрясающе. Он настолько трудоспособен, что влезал во все процессы?

– Дай бог, чтобы хватило ему сил на пять лет.

Что значит "влияет Игорь Коломойский"? Он что, погодные условия, чтобы влиять?

– Игорь Коломойский – какой он? Охарактеризуй его.

– На Деда Мороза похож. Шевелюра такая, борода.

– Тем, кто хорошо себя ведет, под елочку подарки кладет?

(Смеются).

– Я такого не замечал. Пока еще не замечал.

– То есть оставляешь надежду?

– Да нет… Ну, есть человек, Игорь Валерьевич Коломойский, один из олигархов. Есть другой олигарх, есть третий…

– Как вы с Коломойским познакомились?

– Даже не помню… Не помню, где я его первый раз увидел.

– А какой был первый контакт с ним, где ты понял, что он тоже с чувством юмора?

– Помню, что он цитировал наши шутки.

– Вот как?

– Да. Может, на каком-то деловом разговоре, но он цитировал то, что мы говорили.

– Он твой поклонник?

– Да. Я даже своих слов не помнил, а он все это воспроизводил.

– Мог бы его на подмогу в авторы взять?

– (Хохочет). Нет, не надо. Начнутся разговоры, "Кошевой принял Коломойского"… Зачем нам эти ассоциации с Игорем из Днепра? У нас свой Игорь из Днепра есть.

– Кто это?

– Ласточкин.

– Насколько Игорь Коломойский влияет на Владимира Зеленского?

– Нинасколько. Мне кажется, что Зеленский влияет на Коломойского.

– Как?

– Самая главная фишка, к которой привыкли, – "марионетка Коломойского". Об этом говорил даже прошлый.

– И куда это его привело?

– Мы все с вами прекрасно видим, куда, где он и что он. В офисе стеклянном сидит и говорит: "Вот, смотрите, сколько у меня молодежи". Ну окей, ладно, не будем о нем.

– Не завидуй!

– Ага, вот всегда, всегда завидовал. Все пять лет кушал Roshen.

(Смеются).

Думаю, Зеленский влияет на него (Коломойского. – "ГОРДОН"). На все вопросы, которые задавались Владимиру по поводу Игоря Коломойского, он бы так не отвечал, если бы кривил душой. Я его знаю как открытого человека, который никогда не врет и не будет коверкать слова. На все, что задавалось, было отвечено правильно и честно.

– А на тебя Игорь Коломойский как-то влияет?

– Нет. Только как Дед Мороз. (Хохочет). Что значит "влияет Игорь Коломойский"? Он что, погодные условия, чтобы влиять?

– Не знаю, позвонить, позвать на кофе…

– Он даже не знает мой номер телефона.

– (Недоверчиво). Да ладно!

– Я вас умоляю! Вот, у меня два, проверяйте контакты. Где там написано "Игорь Валерьевич Коломойский?" (Протягивает телефоны). О, кстати, звонил!

(Смеются).

– Может, он у тебя подписан как Дед Мороз?

– Нет, Игорь К.

– Коломойский давал деньги на предвыборную кампанию?

– О чем вы говорите!

– Давай пройдемся по всем таким моментам.

– Давай. Во-первых, во всю финансовую часть нашей организации я не лезу. Во-вторых, не слышал ни буквы о том, чтобы Коломойский давал деньги на предвыборную кампанию.

– Может, это вы Коломойскому деньги давали?

– Вова тратил деньги, заработанные нами, нашим трудом. Вот и все.

– Тебе не жалко было этих денег, честно?

– Нет. Мы верили в результат. Когда ты сам эти деньги заработал, тебе нравится их тратить.

– Какие-нибудь другие олигархи давали деньги?

– Да ну прекрати, Алеся, зачем мы говорим о таких вещах? Никто ничего не давал. Глаза у меня сейчас бегают или нет? (Смотрит в камеру). А то сейчас "честные" каналы начнут: "Вот, он когда говорил об этом, то посмотрел влево". Призовут психологов, наркоконтроль.

– Сейчас поговорим и об этом.

– Ой, жестяк какой!

Вакарчук? Я не хочу о нем говорить… Мне хватило хештега “Голосуй не по приколу”

– Кто из украинских олигархов тебе нравится больше всего?

– Мне они понравятся тогда, когда что-то вложат в эту страну: не просто будут забирать, а вкладывать. Это один из процессов, благодаря которому Украина может поднять экономику.

– Как их заставить вкладывать? Например, как ты заставишь Игоря Валерьевича?..

– Хочешь работать в этой стране и получать какие-то дивиденды? Так вложи что-нибудь! Не забирай! Отдай то, что наворовал… Может быть, гражданин начальник что-то скостит…

– Кто должен им это сказать? Получается, Владимир Александрович Зеленский должен собрать самых богатых людей страны и сказать им примерно то же, что и ты?

– Не знаю. Может быть, и так.

– Он уже сделал это?

– Я не знаю.

– Вчера твой коллега Святослав Вакарчук предлагал… Почему ты так улыбаешься при слове “коллега”?

– Я ж не певец!

– Я видела, как ты со сцены пел!

– Хорошо, но я же не отношу себя к этому цеху. У нас своя стезя.

– Шоу-бизнес.

– Шоу-бизнес, да. Общее понятие.

– Так вот. Он сказал, что после того, как зайдет в Верховную Раду, первым делом будет выступать за принятие закона о деолигархизации. То есть сделать из олигархов просто крупных бизнесменов…

– Это нормально.

– Ты бы поддержал такой закон?

– Думаю, да. Почему они должны жить по-другому? Хоть в чем-то я же должен быть с ним согласен! А то он опять скажет, что мы какие-то не такие…

– Чем тебе Вакарчук не угодил?

– Мне?! Я вас прошу… Гениальный человек… Давай закончим. Я не хочу о нем говорить… Мне хватило хештега “Голосуй не по приколу”. Все.

– Ты это воспринял как личное?

– Естественно.

– Почему?

– Потому что нет своего мнения у человека…

– У кого?

– У него. Все же начали писать, мол, идите на выборы, это же не концерт, тра-ля-ля… Все же думают, [что мы] живем в концерте… Жили пять лет и до сих пор продолжаем… Ты, кстати, спрашивала меня о премьер-министре… и я знаю, почему: потому что у большинства складывается мнение, что сейчас все пойдет, как в кино, как в “Слуге народа”. Но этого нельзя делать.

– Жизнь не кино.

– Абсолютно. Естественно, на этом играют те, кто ненавидит нас.

– Женечка, но ты же понимаешь, что в том числе благодаря этому кино Владимир Зеленский стал президентом?

– Да понимаю, Алесь! Но нельзя это сравнивать! Кино закончилось. Есть реальная жизнь – давайте не жить в телеке! Мне люди звонят, спрашивают: ты будешь начальником СБУ? Я говорю: вы что, дурачки?!

– Я такого не слышала, а то была бы с тобой осторожнее!

– Да ты что! Погранслужба, СБУ – о чем ты говоришь?! (Смеется).

– Сколько вариантов – выбирай!

– Я уже все выбрал: отстаньте от меня!

– Какой самый высокий гонорар был у студии “Квартал 95”?

– Это, скорее всего, был какой-то Новый год.

– И сколько?

– Не знаю.

Я мечтал о красивой машине – у меня есть красивая машина, быстрая. Я доволен тем, что заработал на нее сам. Я ни у кого не воровал. Мне нравится тратить деньги, которые я зарабатываю, тем более на такие большие покупки

– С тобой не делятся?

– Нет, я же не знаю полной суммы. Еще раз говорю: я творческая личность и полностью доверяю людям, которые обеспечивают меня работой. Я, наверное, тысяч 20 получил…

– За раз?

– Да.

– Нормально так Дед Мороз под елочку…

– Так, сейчас Деда Мороза могут склеить с Коломойским – не надо (смеются). А то напишут: Коломойский дал Кошевому 20 штук.

– Какой заголовок! Друзья, вырезайте! Он это сказал – даже монтировать не надо!

– (Смеется). Поймала, да.

– Владимир Зеленский в интервью Дмитрию Гордону, в том самом, в котором он впервые заявил, что будет идти в президенты, рассказывал о нескольких очень смешных корпоративах. На них в том числе был и Янукович, и Медведев.

– Да! Это был такой жестяк! Это, наверное, было, когда Янык с Медведевым пошли на охоту…

– Янукович тогда был президентом?

– Янык был президентом, а Медведев, наверное, тоже… Они пошли охотиться…

– А вы?

– А мы отдыхали в это время! Они ушли куда-то в лес, где-то 40 минут их не было. Потом пришла группа, начала разыгрываться. Прибегает чувак и кричит: вы что?! Они 40 минут сидели кабана ждали, а вы тут та-та-та (смеется). Ну и все: они вернулись (делает хмурое лицо).

– И пришлось Януковичу ловить Медведева.

– Медведев такой маленький по сравнению с ним, что выглядит, как кабанчик (улыбается).

– Еще курьезные случаи были?

– Когда Элтон Джон приезжал. Не помню, где это было… Мы – абсолютно простые люди, репетируем на сцене…

– Это когда он в Ялту приезжал?

– Наверное. Значит, мы репетировали – кто-то поставил стаканчик с кофе на рояль Элтона…

– Боже! Он же стоит…

– Да откуда я знаю, сколько он стоит?! Рояль – и рояль! Кто-то пришел, водички холодной попил – поставил… Прибегает чувак: вы че?! И на английском, и на русском, и на украинском [кричал]… Разное было… Слушай, мы простые пацаны, мы никогда не вдавались в пафос. Я мечтал о красивой машине – у меня есть красивая машина, быстрая. Я доволен тем, что заработал на нее сам. Я ни у кого не воровал. Мне нравится тратить деньги, которые я зарабатываю, тем более на такие большие покупки. Я знаю, что это мое!

– Какая у тебя машина?

– У меня две: Land Rover Discovery и Range Rover Autobiography Black.

– Не хочешь поменять?

– Нет. Я поменял свою машину, которую очень любил, – белый Dodge Charger… в нем было 450 лошадиных сил… Но я нормально поменял: на Range Rover, в котором 510 [лошадиных сил] (смеется). Я поменял, потому что мне стало ее жалко после двух влетов в яму в центре города…

– А я тебя еще спрашиваю, почему ты пародируешь Виталия Владимировича… Больше не буду!

– Мне и эти машины жалко… Вот я сейчас ехал к тебе, буду уезжать через заправку WOG на Борщаговке… Ну я не знаю, сколько там происходит это баловство… Я вчера проезжал мимо улицы Чаудара – ее заделали (не знаю, полностью или нет). Дима Кучер снимал там сюжеты: просто ложился в яму! Я понимаю, что район построен на болоте, но нужно же придумывать какие-то альтернативные ходы. Если он [Кличко] справляется без наших советов, то пусть справляется!

– Ты бы мог стать министром инфраструктуры.

– Не хочу. Министр инфраструктуры [Владимир Омелян], кстати, тоже “валил” после выступления президента на iForume. “Чувак / не чувак”… он нормально общался с молодежью, как всегда это делал. Я не вижу в этом ничего постыдного.

– Мне понравилось…

– Мне тоже понравилось. И молодежи понравилось. Не понравилось только им…

– Ты бы такой Hyperloop запустил!

– Я Hyperloop запущу сразу! (Хлопает ладонью по кулаку). Он же где-то строит эту капсулу? Возле Днепра? Так пусть сначала посмотрит на поезда. Едешь по Дарницкому мосту – посмотри, какие у тебя поезда ездят, чувак. Я смотрю на страны Европы, вижу, какие там поезда… Неужели мы настолько бедные инфраструктурные министры, что не можем позволить себе сделать капитальный ремонт или купить новые составы?

– Конечно, бедные. Ты же знаешь, куда уходят все деньги?

– У “чуваков” (я сейчас не про инфраструктуру, хотя, я думаю, у него тоже все нормально) 340 миллионов гривен зарплаты в годы, когда пенсия 54 доллара… Это как? Мне жалко смотреть на наших бабушек и дедушек, особенно в сравнении с бабушками и дедушками, например, в Америке. У нас были гастроли в США и Австралии, бабушка с дедушкой сели в самолет и полетели из Нью-Йорка в Сидней. Никого абсолютно это не парит, потому что у них есть лавандос. Они что, накопили его за 50–70 лет? Я не уверен. Наверное, накопили за год. Наша бабушка может накопить за год? Теща говорит: пришла пенсия 1479 гривен. Говорю: мать, ты молодец! Забирай, потом покажешь!

Мне люди звонят и спрашивают: “А этот поцелуй президента в лысину вы спланировали? Вот вы хитрые!” Люди задают такие вопросы, что на голову не натянешь!

– Теща с вами живет?

– Да. Моя подружка.

– Отношения не такие, как в анекдотах?

– Нет, абсолютно. Она рассказывает анекдоты про тещу мне, а я – ей.

– Вы ладите?

– Да. Тьфу-тьфу-тьфу. Слава богу. (Смотрит в камеру) Привет, Маргарита Владимировна!

– Ты, наверное, видел в нетрезвом, непотребном виде многих украинских политиков…

– Так.

– Кто из них самый веселый?

– (Задумался). Кто при Яныке был министром внутренних дел? Короче, этот министр кричал “Я требую продолжения банкета!”

– Прямо так?

– Я так ржал! Я смотрел на этих животных…

– Ты имеешь в виду Виталия Захарченко?

– О-о-о! Наверное, он.

– Этот министр был уже из “новой” команды Саши-стоматолога или из “старой гвардии”?

– Ну… Наверное, из старой. Или из новой. Короче, неважно! Было много животных – одно из них крикнуло. Хотя, знаешь, это, наверное, что-то простое, человеческое… Хоть что-то человеческое в нем же осталось (улыбается).

– Были смешные ситуации, когда в политиках просыпается человеческое?

– Не-е-е… Я думаю, человеческое просыпается в них только тогда, когда они бухие говорят: отвезите меня домой. Все! Это единственное, что в них просыпалось человеческого… Люди, которые из страны сделали непонятно что…

– Неприятные ситуации случались?

– Ну… Кто-то встречал, типа, говорил: ай-ай-ай, зачем вы так шутите? Придет и ваше время – мы вас всех пере… того… Алесь, когда люди сильно много трындят с экранов телевизоров, не стоит обращать внимания на то, что тебе кто-то угрожает. Кто ты такой, чтобы угрожать?! Мы же тебя нанимаем, чтобы ты служил стране…

– Слуга народа!

– А что в этом неправильного?!

– За эту президентскую кампанию в Украине на Зеленского и его семью вылилось колоссальное количество грязи…

– О да!

– Как на это реагировал сам Владимир, его жена Лена?

– Она его успокаивала, чтобы он не читал комментарии…

– Мудро отнеслась к ситуации…

– Она же вообще не хотела, чтобы он шел куда-то.

– Категорически?

– Да. Но, видимо, после какого-то семейного разговора [согласилась]. Я считаю, что у нас самая красивая президентская пара: и первая леди, и первый – вот прям четко! А как они выглядели на инаугурации! Фотки облетели весь мир!

– Я с тобой согласна.

– Мне люди звонят и спрашивают: “А этот поцелуй президента в лысину вы спланировали? Вот вы хитрые!” Люди задают такие вопросы, что на голову не натянешь! Нет! Это не было спланировано: просто я не дотянулся рукой, и он подпрыгнул – вот и все. “Та конечно!” – вот так люди реагируют.

– После этого фееричного поцелуя…

– Извини, перебью. Я кричал ему, когда он уже возвращался из Верховной Рады: “Господин президент! Господин президент”. Он – фить! – и прошел мимо.

– Уже загордился (смеется). Так вот, после этого поцелуя Дмитрий Гордон запустил флешмоб “Поцелуй лысого”…

– Я видел, да. Блин, я его не поддержал!

– А он передал тебе эстафету.

– Да, я обязательно поддержку. “Целуйте лысых – это очень полезно для лысых” – мне вот это очень понравилось (улыбается).

– О, молодец! Цитируешь классика.

– (Смеется). Я обязательно поддержу.

– Лысого уже нашел?

– Вот сейчас в Одессе встретимся с Владом Ямой – и все!

– Продолжая тему “чернухи”: одним из обвинений в адрес Зеленского, которым пытались сбить его рейтинг, было то, что он якобы наркоман.

– О да! Жуткий! (Смеется).

– А ты когда-нибудь курил, нюхал что-то?

– Послушай, молодежная жизнь – она такая, ты считаешь, что должен попробовать все. Я попробовал не все, и слава богу, потому что особого кайфа от этого я не получил. Не вижу в этом смысла: я кайфую от жизни, от семьи и от детей. И для детей я бы не хотел такого: если им что-то предлагают попробовать, пусть они 150 раз взвесят…

– Сейчас в хорошей компании что ты пьешь?

– Розовое вино новозеландское. Пью вискарь. Иногда, когда бывает настроение, – водку с пивом.

– Отлично!

– Ну классный коктейль! И штырит так – йуху! Сейчас этот сюжет возьмет телеканал “Прямий”: “вот видите, если этот лысый пробовал – все время забываю, как его зовут…” – скажет Ганапольский.

– Ты смотришь телеканал “Прямий”?

– Нет! Его смотрит моя жена как развлекательное шоу (улыбается). Звонит и говорит: “Ты это видел? А-ха-ха!”

Не люблю я Порошенко… Я считаю, что он должен ответить за все

– Круче, чем в “95-м квартале”.

– Да вообще жестяк полный. Причем там работают люди, которые в прошлом сотрудничали с нами и пели дифирамбы.

– Например.

– Надо переходить на личности? Давай не будем уподобляться.

– Они же перешли, судя по тому, что ты сказал…

– Ну и хорошо. Бесталанные художники, которые орут не своим голосом…

– А-а-а… Ты про Сергея Пояркова?

– Про него тоже.

– Вы работали с ним?

– С ним – нет, слава богу. С Ганапольским, с Литвиненко.

– Работали?

– Конечно.

– Когда вы работали вместе?

– Давно.

– На “Интере”?

– В том числе. Куча всего была… Я и на передачи приходил… Я не понимаю, что людей так повернуло… С Ганапольским были вместе на фестивале “Весело”. Он вел прямую радиопередачу из гостишки, и так мы друг другом восхищались! Довосхищались до того, что эти люди смешали тебя с говном.

– Обстоятельства меняются…

– Слушай, какая разница какие обстоятельства?! Человеком надо быть.

– Для тебя это важно?

– Что именно? Оставаться человеком?

– Да.

– Естественно. Это должно быть важно для всех в любой ситуации. Если мы будем оставаться людьми, то и страна будет процветать.

– Какие, по твоему мнению, главные ошибки Порошенко?

– Не надо было много говорить, [надо было] делать. Не надо было обогащаться почти в 100 раз, когда твоя страна воюет.

– А если шло? (Смеется).

– Действительно! Если человеку везет! Кто везет, откуда, мы не знаем, но везет!.. Если ты не знал, как закончить войну, то не надо было и говорить. Скажи: я постараюсь. Он даже не старался… Нас вся эта “элита” упрекает: что он вам такого сделал?

– Охарактеризуй тремя словами…

– Идут они на… (Смеется). А дальше – додумайте.

– Ты предвосхитил мой вопрос! Охарактеризуй Петра Порошенко тремя словами.

– Значит, бог, царь, Вселенная (смеется). Это чтобы потом про меня хоть что-то положительное написали (смеется).

– Это будет сенсация!

– Скажи?! Вот это можешь в заголовок написать и кавычки обязательно поставь: “бог”, “царь” и “вселенная”. Не хочу характеризовать человека тремя словами…

– Ну одним.

– Нельзя это говорить.

– Мы запикаем.

– Не хочу, чтобы вы это запикивали. Запикайте тогда то, что я до этого сказал (смеются). Не нравится он мне, Алеся.

– Имеешь право.

– После того, как народ начал узнавать, что, оказывается, зарабатывали на войне… Не люблю я его… Я считаю, что он должен ответить за все.

– А ответит? Теперь этот вопрос в руках вашей команды.

– Я надеюсь.

– Когда ты пришел на дебаты Зеленского и Порошенко в толстовке, на которой было написано POHUY…

– Да.

– Я посчитала, что ты так оделся для Петра Порошенко. Я права?

– Я оделся тепло.

– Ты мог одеться тепло и в другую одежду.

– Я не собирался выходить на сцену.

– Как?

– Ну так.

– А почему тогда вышел?

– Потому что увидел, какая у него толпа была.

– То есть просто решил поддержать…

– Смотри, я наперед думаю: сейчас скажут, что я атошников назвал толпой…

– Так, наверное, сложно жить. Надо фильтровать слова…

– Я просто, как ты сказала, предвосхищаю их реакцию. Поверь мне, и к вопросу про язык, который ты мне задала, тоже прицепятся. Скажут, что я х…йло.

Я не хочу видеть Путина. Я хочу, чтобы он улетел в космос на хер

– У нас уже есть. Ты на эту должность не претендуешь.

– И меня будут сравнивать с ним, отправлять к нему. Вот те, кто будет отправлять, пусть сами туда едут. Это моя страна. Я тут родился, вырос и хочу здесь жить.

– Принимается. Если Владимир Зеленский поедет на переговоры к Владимиру Путину, ты хотел бы поехать вместе с ним?

– Не хочу. Я не хочу его видеть. Я хочу, чтобы он улетел в космос на хер.

– Как бы это организовать…

– Позвонить [Илону] Маску и сказать: сделай капсулу для Путина. И все. Досвидос. Путина туда посадить, Скабееву…

– Кого еще?

– Не знаю, кто там еще говорит, что “их там нет”. Вот всех этих посадить в одну капсулу, назвать ее “Шпроты”, бл…дь, и – фить! – на Луну или на Марс. Вот это будет поездка!

– Они же вернутся.

– Нет, надо в один конец.

– One way ticket.

– One way ticket thirty seconds to Mars.

– Лейтмотив нашей беседы: все цепляются к каждому слову, перевирают…

– (Вытирает пот с лица). Я даже плачу, видишь.

– Оставь на финал, чтобы драматично закончить! Так вот, недавно, в День Киева, Владимир Зеленский написал пост в Facebook, в котором сказал, что Киев у него ассоциируется…

– А-а-а… Про беляши?

– Каштаны и шаурма.

– Шаурма? Та не, про беляши.

– Это была шаурма, Женя!

– Мне просто кто-то говорил… Видишь, я пропустил…

– Я хочу спросить, с чем Киев ассоциируется у тебя.

– Верните каштаны! Естественно, это “Киевский торт”. Приезжая сюда на поезде “Луганск – Киев” на игры Открытой украинской лиги [КВН], первое, что мы покупали домой, – это “Киевский торт”.

– Это же Roshen.

– Я же тогда не знал, что он такой…

– Какой? Давай-давай!

– (Смеется). Ты хочешь из меня вытянуть, да? Я же не знал, что отец у Roshen такой…

– А сейчас ты поддерживаешь отечественного производителя?

– Roshen я не покупаю.

– Принципиально?

– Принципиально. После всего, что произошло, у меня в доме никогда не было конфет Roshen.

– Из-за чего произошел конфликт с вашим бывшим хорошим другом Денисом Манжосовым?

– Потому что в состоянии алкогольного опьянения после очередного концерта (я не могу сказать, что мы святые) он высказал, что у него накипело… А на самом деле он просто выиграл грин-карту и не знал, как об этом сказать…

– Чтобы уехать в Америку?

– Да. И уехал.

– Когда это случилось?

– Наверное, году в 14-м…

– Почему он тогда вернулся?

– Видимо, очень сложно там…

– Не сложилось… Зачем он выходил на пресс-конференцию?

– Не знаю. Наверное, что-то хотел рассказать… Что может рассказать человек, которого мы не видели пять или сколько там лет? Я не знаю… А, нет, это было не в 14-м, а раньше. Наверное, в 12-м…

– То есть до войны?

– Да, до войны. Потому что в 14-м, в апреле, у нас был концерт в Луганске – я запомнил, потому что тогда последний раз видел своего отца… Уже тогда там начали что-то “ворошить”…

– Пикалов говорил, что Манжосову заплатили за участие в пресс-конференции.

– Не знаю, возможно. Скорее всего.

– Как ты думаешь, что его остановило? Почему он в итоге не пришел?

– Может быть, совесть.

– Вы с ним разговаривали?

– Я ему не звонил – у меня нет его телефона. Я не вижу смысла разговаривать с человеком, который сказал гадость. Я Юзика держал, чтобы он ему не врубил…

– А в чем проблема с грин-картой? Ну выиграл…

– Вот и мы не понимали, в чем проблема. Он был обижен на всех, вскипел, наговорил кучу гадостей.

Янукович говорил, что сейчас “приеду”, “поздравлю”. Мне интересно, какая ему разница, при ком сидеть: при Порошенко или при Зеленском

– И после этого вы не общались?

– Нет.

– У вас было очень много гастролей в России…

– До войны – да.

– А сейчас не хочется снова туда поехать?

– Куда? В Россию? Да на хер оно надо?! Мне хватает того, что мне дает [моя] страна.

– Тебе писали артисты, звезды из России, особенно после того, как Владимир стал президентом?

– Ну…

– Может быть, поздравили, что-то захотели…

– Во-первых, у меня если и есть, то только телефон Андрея Вадимовича Макаревича, может быть. Не знаю, найду я его или нет… А так – никто не писал. Российские звезды сделали об этом очередной пост в Instagram, написав, что, мол, сейчас попрет, и мы все вернемся в Украину… Янукович тоже говорил, что сейчас “приеду”, “поздравлю”. Мне интересно, какая ему разница, при ком сидеть: при Порошенко или при Зеленском.

– Ты ждешь Януковича?

– Я? Я жду, чтобы он ответил за все… Человек, который бросил страну на произвол судьбы, который уехал как трус, который не нашел в себе сил выйти и сказать: да, я такой, извините. “Нет, мы не такие, мы – элита”. И этот [Порошенко] – такой точно. Никогда не попросит прощения. Что ему написали, то он и сказал. Сейчас гуляет фишка, что Зеленский не может двух слов сказать без бумажки… Инаугурацию они посмотрели, еще что-то… Те, кто так говорит, пусть пересмотрит инаугурацию Порошенко или еще кого-то. Или пусть посмотрят, почему политик без бумажки говорит правильные вещи: есть прозрачный телетекст (или как он называется?), есть специальный человек, который там кнопкодавит. А состязаться с Владимиром в импровизации я бы никому не советовал – очень легко быть опущенным к чертям собачьим. Если ты враг, не стоит даже вступать в дискуссию.

– Кто, по-твоему, мог стать эффективным переговорщиком между Москвой и Киевом вместо Медведчука?

– Я вообще не понимаю, что там делает Медведчук, бл…дь. Ну честно! А, они же кумовья? Чи шо?

– С Путиным? Ну конечно.

– Даже не знаю. Наверное, надо будет разговаривать по-мужски, а может, еще и ляпаса ему дать за то, что он сделал…

– Кто даст?

– Наш Вован же качается – может вырубать.

– Ты имеешь в виду, что Зеленский – Путину? Серьезно? (Улыбается).

– Мне бы очень хотелось. Представляешь, сколько у этого видео просмотров будет! Не знаю… Я не вижу переговорщика. Мне кажется, он найдет человека или придет к какому-то мнению.

– То есть Владимир Александрович зол на Владимира Владимировича?

– Пфф! Сказать, что он злой – это ничего не сказать. Думаю, у всей нашей команды он вызывает сходное чувство. Он вызывает ненависть просто-напросто. Если мягко…

– Чтобы на переговорах лидеров стран шли врукопашную – такого еще не было (смеется).

– Представляешь?!

– Это был бы поединок века.

– Но этого, наверное, нельзя делать, потому что есть, типа, какая-то политическая этика. Хотя какая с этим человеком может быть политическая этика?!

– С другой стороны, весь цивилизованный мир был бы на нашей стороне.

– Конечно!

– Правда ли, что во время заграничных гастролей, когда в зале какой-то человек из России начал оскорблять Украину, Володя не выдержал, соскочил со сцены и начал его бить?

– Не то чтобы бить. Он попросил его выйти – корректно! – потому что он мешал зрителям. Он не выходил. Встали крепкие парни, наши соотечественники, и вывели его. Просто вывели. Потом вызывали полицию, потом были какие-то разборки. Ну окей. Что он сделал хорошего? Выделился, как Ляшко на инаугурации? Ну я не понимаю…

– Женя, выборы в парламент начались – ему надо выделяться! Такие вещи говоришь!

– А-а-а! Вот в чем дело… Он же и так – не самый незаметный.

– Рейтинги говорят, что уже немножко незаметный.

– Это, чтоб вспомнили?

– Ну конечно! Семен Семеныч!

– Согласен, извиняюсь.

– Когда вы шутили о политиках… Ты говоришь, что и продолжите шутить, в том числе о президенте…

– Обещаю, да.

– Откуда вы брали инсайдерскую информацию, чтобы получались удачные шутки?

– Все, что политики обсуждают, они выносят в народ. У нас никогда не было информатора там (показывает пальцем вверх).

– То есть садились, смотрели новости и писали?

– Абсолютно. Все, что было актуально – на основе этого мы и придумывали.

– Ты уже что-то попросил у Зеленского после того, как он стал президентом?

– (Смеется). Нет! Я вообще считаю, что его не нужно трогать первые 100 дней, а потом уже…

Я советовал Зеленскому не читать всякое говно, которое пишут. Он и так за пять месяцев наслушался и начитался

– Попросить!

– Нет! Обсуждать успехи и поражения. После инаугурации один из наших авторов приехал в контору и говорит: (смотрит на часы) “Так, и почему я живу точно так же, как и тогда?! Где изменения?!” Такими же точно мыслями руководствуются те, кто пишет “Ага, и что он сделал?”, “Два дня прошло – и ничего”.

– Первые шутки для “Квартала”.

– Та ваще.

– Что ты уже советовал президенту?

– Вове?

– Да.

– Я не вижу смысла ему советовать. Кто я и кто он? (Смеется). Я ему советовал не читать всякое говно, которое пишут. Он и так за пять месяцев наслушался и начитался… Просто чтобы он был спокоен и это его не отвлекало от государственных дел.

– Ты чувствовал ответственность, когда пародировал Дмитрия Гордона?

– Я всегда чувствую ответственность… Потому что шутки иногда были… такие… жесткие… Но, зная Дмитрия Ильича, я понимал, что это человек с чувством юмора, и он отнесется к этому нормально. Но! Где-то в глубине души я побаивался: блин, надо это говорить или нет. “Это же болт!” А ты думаешь: надо это было говорить или нет? А потом Дима тебе говорит: “Вот это было ржачно”. – “Фух!”

– У него хорошее чувство юмора.

– Я согласен.

– Кто больше на кого похож: ты на него или он на тебя?

– (Смеется). Для всех вас, у кого есть волосы, мы, лысые, на одно лицо (смеются).

– Партия лысых!

– Как сказал Леша Мочанов, мы не лысые, мы – бритые. Чем это отличается? Лысый хочет иметь волосы, но не может, а бритый может, но не хочет.

– Не боишься, что теперь Гордон сделает на тебя пародию?

– С удовольствием! Более того, если Дима уезжает куда-то на творческие встречи, я готов вести [его] передачу (смеются).

– У кого лучше чувство юмора: у тебя или у Зеленского?

– Если судить по программе “Рассмеши комика”, то Вовка чаще смеется. Возможно, я слишком предвзято отношусь к простым, обычным шуткам. Иногда простая шутка может быть очень смешной, а шутка, сформулированная как-то красиво, может быть болтом болтяцким. Не знаю, в общем. Мне кажется, что чувство юмора у нас на уровне.

– Кто в “Квартале” самый талантливый?

– Лена (подмигивает в камеру).

– Молодец! Вот теперь отработал все ваши шуточки.

– Не "шуточки", а 200 долларов Ленка дала, чтобы я это сказал.

– А я в доле?

– Ну хорошо. Получишь свои 20 (смеются).

– Хапуга!

– Вот такой бизнес! Мы, олигархи, такие.

– После того как Зеленский стал президентом, ваши заработки увеличились или уменьшились?

– Нам пока не с чем ездить. Он же не может ездить, естественно (он ездит в другие места). У нас был один съемочный [день] в Турции. 13 августа будет еще один съемочный концерт, и после этого мы сможем поехать в тур или отработать корпоратив.

– Возможно, что, будучи президентом, Владимир Зеленский будет выходить на сцену как ведущий?

– Нельзя же.

– А если без гонорара?

– А какая разница? Наверное, это предусмотрено протоколом…

– Почему? Деньги зарабатывать не может, а появляться может где угодно.

– (Пожимает плечами). Если появится, все равно скажут: представляете, сколько нужно было заплатить президенту, чтобы он пришел? (Улыбается). Ты же видела, что он пришел…

– … в Лигу смеха?

– Да.

– Ну конечно! Поцеловав тебя в лысину второй раз.

– Ну об этом мы уже договорились за кулисами. Мы хотели выйти вдвоем, я говорю: чего вдвоем? Смотри, какая фишка будет: вот тебе папка и микрофон – я потом все заберу… Там такой ор в зале стоял! Но это покажут где-то в сентябре или октябре.

– Какое из назначений Зеленского тебе понравилось больше всего?

– Купол.

– Купол?

– Киборг [Алексей Оцерклевич]. Начальник Госохраны.

– Ты его лично знаешь?

– Нет. Я прочитал о его подвигах.

– То есть он тебе понравился с точки зрения биографии.

– Да. Думаю, у нас будет возможность познакомиться. Я очень хотел бы.

– Ты принимал участие в предвыборной кампании Зеленского? Были там какие-то твои идеи?

– Нет, моих идей не было. Я был выскочкой: о, давайте я это сделаю, давайте я это начну.

– Что именно?

– Флешмобы… обращались к звездам, к народу Украины. Я был наблюдателем на участке.

– Прям сидел всю ночь?

– Ну нет. Посидел на участке, познакомился…

– С девушкой? (Улыбается).

– С девушкой, которая тоже была из “Зе!Команды”. Мы поговорили. И во втором туре тоже была она. Я ездил по району и светил лицом.

– Видимо, помогло.

– Сейчас еще пришьют непрямую агитацию во время выборов!

– Женя, спасибо тебе за интервью. Мне было интересно.

– Спасибо. Я надеюсь, что всем будет интересно. Многие найдут плохое, но 73 [процента] – хорошее.

– Ведь это большинство.

– Я согласен.

– Сколько партия Зеленского возьмет на парламентских выборах?

– Думаю, где-то 50%.

– Ого.

– Ну так мечтать не вредно.

– Мы сейчас на что забились?

– Давай на те 20 баксов из твоей доли (смеется).

– И тут выкрутил! Может, на твои 180?

– Ну хорошо.

– Договорились. 22 июля созвонимся и проверим.

– Обязательно.

– Спасибо тебе.

– Спасибо тебе, Алесечка.

Записали Николай ПОДДУБНЫЙ и Дмитрий НЕЙМЫРОК