Клуб читателей
ГОРДОН
 
Публикации ЭКСКЛЮЗИВ «ГОРДОНА»

Melovin: Я не поеду выступать в Россию или в Донецк, хоть и приглашали за сумасшедшие гонорары. Для меня это – как маму обидеть

Почему пройти национальный отбор труднее, чем выступать на "Евровидении", жесток ли украинский шоу-бизнес, как ограбление и предательства помогли побороть звездную болезнь. Об этом, а также о том, поедет ли он на гастроли в Россию и почему выдвижение Святослава Вакарчука в президенты – "глупая ошибка", в авторской программе главного редактора интернет-издания "ГОРДОН" Алеси Бацман на телеканале "112 Украина" рассказал украинский артист, представитель Украины на "Евровидении 2018" Melovin. Издание "ГОРДОН" эксклюзивно публикует текстовую версию интервью.

Этот материал можно прочитать и на украинском языке
Melovin: После "Х-фактора" у меня началась звездная болезнь. Мне повезло, что у меня есть друзья, моя команда Big House Melovin они вернули меня в нормальное состояние
Melovin: После "Х-фактора" у меня началась звездная болезнь. Мне повезло, что у меня есть друзья, моя команда Big House Melovin – они вернули меня в нормальное состояние
Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com
Алеся БАЦМАН
Главный редактор
Я слышу об Иво Бобуле постоянно. Он считает, что чем громче поет артист, тем он круче. Кто-то считает его провокационным, кто-то – противоречивым… Но персонаж интересный

Добрый вечер, Melovin.

– Добрый вечер.

– Во вторник на твоем месте сидел Иво Бобул…

– (Смеется).

– Несмотря на то что тебе 21 год, я все-таки спрошу: ты знаешь, кто такой Иво Бобул?

– Да, конечно. Я не могу не знать, кто такой Иво Бобул. Чаще всего это имя я слышу от своих друзей из эстрадно-циркового, хотя сам учусь…

– Он там преподает?

– Он ректор, насколько я знаю. Мой педагог по вокалу там же преподает. В общем, я слышу о нем постоянно. Он считает, что чем громче поет артист, тем он круче. Кто-то считает его провокационным, кто-то – противоречивым… Но персонаж интересный (смеется).

– Этот, как ты сказал, "интересный персонаж" во вторник у меня в программе заявил, что будет баллотироваться в президенты Украины, чем взорвал информационное пространство. Будь тебе 35 лет, я бы у тебя тоже спросила, не собираешься ли ты в президенты?

– Нет, конечно. Это настолько не моя сфера… Я терпеть не могу математику, а там есть большая часть математики…

– Чтобы деньги считать? (Улыбается).

– Ну деньги считать мы умеем… Мне кажется, это намного труднее, чем шоу-бизнес. Политика для меня – такое далекое слово. Я когда натыкаюсь на что-то подобное в "ящике" (исключительно дома в Одессе, потому что родители смотрят [телевизор]), я понимаю, что ничего не понимаю.

– Как ты думаешь, почему у украинских артистов началось обострение и они массово пошли в политику? И наверняка пойдут еще: чем ближе к выборам, тем больше будет фамилий.

– Это, мне кажется, какой-то мейнстрим – назову это таким модным словом. Это чем-то продиктовано, но я не знаю чем. Я бы не пошел…

– Давай не о политике. Сколько людей на "Евровидении" посмотрели твое выступление?

– Сколько посмотрели? Я не знаю. 

– Телетрансляция, интернет – сколько это миллионов? 

– Подожди…  Я не подсчитывал. Я знаю, что на YouTube меньше чем за сутки видео моего выступления посмотрели, кажется, два миллиона человек (это только платформа YouTube), и, кажется, это был рекорд – два миллиона меньше чем за сутки… там Израиль бомбил просмотрами…

– А телеаудитория?

– Точно не помню, но, мне кажется, это больше 100 миллионов…

– Колоссальное количество. Сколько людей у тебя в фан-клубе?

– Если взять все паблики, все страницы, то, думаю, около 300 тысяч. Где-то так.

После победы на "Х-факторе" у меня была звездная болезнь. Проявлялось это кошмарно

– Ты звезда?

– Я не считаю себя таким, не-а. 

– А звездная болезнь началась…

– Была! (Улыбается).

– … после "Евровидения"?

– Нет, еще раньше: после "X-фактора". 

– И как это проявлялось?

– Кошмарно проявлялось. Мне повезло, что у меня есть друзья, моя команда Big House Melovin… Я их собрал всех вместе шесть лет назад… собирал по кусочкам, по частичкам… И они вернули меня в нормальное состояние…

– Как это проявлялось, что ты делал?

– Казалось, что весь мир крутится вокруг тебя… Проявлялось это даже в отношении к близким людям. Ты начинаешь себя как-то странно вести, высокомерно, очень цинично… В общем, очень некрасиво. И когда ты понимаешь, что люди готовы уходить от тебя, начинаешь понимать… Во-первых, мне кажется, была какая-то карма: [произошло] очень много страшных событий в мои 19 лет, очень много предательств…


Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com
Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com


– Это когда ты выиграл “Х-фактор“?

– Да, прямо после победы. Тогда первый раз столкнулся и с ограблениями, и кинули меня на деньги (на то время очень приличные для меня)… Лучший друг кинул меня на деньги… бандиты приходили под студию…

– Сколько денег было?

– Не много. Около 20 тысяч гривен – это были деньги на аренду квартиры…

– Андрей Данилко рассказывал мне в интервью… Это как раз происходило, когда шел отбор на “Евровидение” в Украине…

– Да, я смотрел (улыбается).

– Интервью получилось очень резонансное и очень откровенное. Так вот он рассказывал, что ты ему позвонил перед финалом украинского отбора на “Евровидение” и был очень расстроен, обижен. Ты говорил, что тебя все травили. Он тебя успокоил: прислал водителя…

– С гидозепамом, да (улыбается).

– И ты ему сказал, что таблетки – волшебные. Так все было?

– Ну не то чтобы волшебные. Обычные успокоительные… Я выпил одну таблетку, запил водой (оказалось, что ее нужно было рассасывать, а я просто проглотил) – и все. Мне кажется, это убивает ненужный нерв. В музыке есть нужный нерв перед выходом на сцену, а есть абсолютно ненужный, который убивает…

Пройти нацотбор на “Евровидение” труднее, чем представлять Украину там

– На “Евровидении” волшебными таблетками пользовался?

– На самом “Евровидении” нет. И, если честно, для меня это даже какой-то показатель: я сделал!

– Ты же мог себе помочь!

– У меня было полное спокойствие! И я тебе скажу, что пройти нацотбор на “Евровидение” труднее, чем представлять Украину там. 

– Вот как?

– Да! Потому что у нас это мероприятие воспринимается, как Андрей Михайлович [Данилко] говорил, как веселые старты…

– Тебе приятно, что тебя поддержал артист такого уровня?

– Более чем. Потому что это мой кумир еще с детства. Первый персонаж, за которым я следил, – это Верка Сердючка. 

– Что он в тебе разглядел? Почему, как ты думаешь, он тебя поддержал?

– Что он во мне разглядел, надо спрашивать у него. Не у меня точно… Что-то у нас совпало в общении. Я тактичный человек: я не лезу, не расспрашиваю, я бы никогда ему первый не позвонил… Но я реально понимал, что мне безумно нужна его поддержка, чтобы человек сказал: “Костя, все добре. До побачення“…

– Он нашел слова?

– Нашел. Мы говорили прилично, около 20 минут, я точно помню. Потом я звонил маме и говорил: “Представляешь, я с Андреем Данилко говорил по телефону“. – “О-о-о! С самим Андреем Данилко?!” – “Да“. – “И что он тебе говорил?” – “Успокаивал, поддержал“… И, правда, в тот момент мне очень не хватало этого.

– На “Евровидении” он тоже был с тобой на связи?

– Да, был. Потом они записали мне видео, передали привет еврофанам, с поддержкой, с огнетушителем… Мама (Инна Белоконь) была с такой линзой… Насколько я понял, это была конфета-жвачка, мне потом фаны подарили ее (смеется).

– Ты сам себя считаешь талантливым?

– Ты знаешь, да, считаю. Мой талант заключается в том, что я люблю то, что делаю. Но не более того. Я не считаю себя талантливым музыкантом или талантливым певцом. Я считаю себя талантливым человеком: я умею петь, я умею готовить, я умею играть, я делаю парфюмы. Я считаю, что все это – таланты. И каждый человек – талантливый. 

– С кем из артистов ты себя можешь сравнить?

– Ни с кем. 

– А тебе приятно, когда тебя с кем-то сравнивают? Ведь постоянно что-то пишут: глаз, как у Мэнсона, и так далее…

– Приятно. Потому что люди, с которыми сравнивают, зачастую уже добились большого успеха, очень многое сделали в жизни. Еще приятно потому, что начинаешь копаться в себе и думать: я тоже могу так много сделать, чтобы кого-то потом сравнивали со мной (улыбается)

– Ты говорил, что твоя бабушка занималась магией…

– Да.

– Что ты имеешь в виду, что она делала?

– Она лечила людей, могла убрать сглаз (а он у меня когда-то в детстве был, очень сильный прямо, какой-то непонятный), и она – по-украински – викачувала переляк. 

– Как она это делала?

– Яйцом. 


Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com
Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com


– Серьезно? И к ней шли люди?

– Да. Когда она умерла (она умерла на следующий день после моего дня рождения: у меня 11 апреля день рождения, а бабушка умерла 12-го, прям на Пасху), все села, которые находились вокруг, – все съехались на ее похороны. Людям было важно проститься с человеком, который им и их детям помогал. Для меня это был в какой-то мере величественный момент, потому что люди ее признавали…

Я очень хорошо считываю людей, вижу вещие сны, понимаю, что будет происходить со мной через полгода, через год

– То есть к вам домой шли…

– Не к нам. Бабушка жила в деревне в Одесской области…

– Но к ней постоянно шли люди…

– Очень много людей.

– Она гадала?

– Нет, она никогда не гадала. Она говорила: "Мне запрещено это делать". Запрещено пить, запрещено материться, запрещено в карты играть… Она больше по части лечения… и она никогда не брала деньги. Она просила принести только яйцо, потому что не хотела брать у своих кур (улыбается), чтобы эти яйца нам потом передавать в Одессу. То есть люди сами несли какие-то продукты… не было обмена деньгами…

– Как считаешь, она передала тебе этот дар?

– Что-то… какой-то процент…

– Что ты умеешь делать?

– Я очень хорошо считываю людей, я вижу вещие сны, понимаю, что будет происходить со мной через полгода, через год. Я абсолютно четко понимал: будет происходить что-то непонятное после "Х-фактора", когда начались эти проблемы с квартирой, с финансами… Был момент, когда мы с командой сидели и ели хлеб, обрезая корочку с плесенью…

– Наверное, вкусно было…

– Капец как вкусно! (Улыбается). Просто сладость! На самом деле все познается в сравнении. Мне кажется, я повзрослел очень быстро…

– Почему ты у родителей денег не попросил?

– Мне было стыдно. Я все равно что-то просил, спрашивал… Но был момент (этот хлеб с плесенью), когда мне было настолько стыдно, что мне хотелось самому через это пройти… Но слава Богу, тогда был и директор Артем, и менеджер Настя… мы втроем переехали в Киев и начали свою историю… 

– Вы все из Одессы?

– Настя – из Одессы, Артем – из Харькова. 

– Каким советам бабушки ты следуешь или стараешься следовать?

– У бабушки было две фразы. Перед тем как я выходил из дома куда-то: гулять, на какое-то мероприятие, на концерт – я заходил к ней в комнату, и она всегда говорила: "Красавчик!" Без этой фразы я никогда не выходил (смеются).

– Так может надо было и псевдоним брать "Красавчик"?

– Нет-нет. Слишком высокомерно (улыбается). Вот я захожу, она говорит "красавчик", и я понимаю: "Фух, можно идти". А вторая фраза (то, чему я следую): не делай ничего назло, делай все вопреки. И каждый мой шаг был вопреки: вопреки фразам в мой адрес, вопреки телодвижениям в мой адрес, вопреки длинным языкам и всему остальному. Все – вопреки. 

– Ты с собой носишь какие-то ее бусы, да?

– На концерты. На очень важные…

– Это твой талисман?

– Да. Она всегда носила их на шее, и после ее смерти я попросил маму отдать мне эти бусы. Я думал, она не разрешит…

– Ты говоришь, что видишь вещие сны. А кто будет следующим президентом Украины?

– Без понятия. Я о таких вещах не думаю. Я думаю о том, что будет с моими близкими, что нам дальше нужно делать, чтобы получить больше… 

– Ты понимаешь, что политика при этом все равно существует и влияет на твою жизнь, даже если ты о ней не думаешь?

– Я считаю, что не влияет.

– Как?! Экономика ведь влияет, конъюнктура, рынок!

– Главное, чтобы от этого мозг не страдал, – тогда не влияет. А по поводу экономики и финансов: я верю, что люди рано или поздно смогут заработать и быть счастливы. Счастливей, чем были вчера. 

– Через год пройдут президентские выборы. Ты пойдешь голосовать? Я так понимаю, это твои первые президентские выборы?

– Не знаю, пойду ли… Мне интересно, кто будет [участвовать].

– За кого будешь голосовать?

– А не знаю. 

– Ну более-менее список уже известен.

– Сначала нужно ознакомиться с тем, что они будут обещать. Как всегда, обещать… и дай Бог, чтобы они это делали (смеется).

– Есть Тимошенко, Ляшко, Гриценко…

– Последнее имя я не знаю… Я не лезу в это. Я не успеваю элементарно поспать, не успеваю поесть, хотя очень люблю готовить… Я не успеваю даже с мамой по телефону поговорить… Вот сегодня днем я набрал [ее]: мама была занята, а я ехал еще на одно интервью… Мне вообще так страшно что-то упустить в отношениях с родителями…


Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com
Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com


– После "Евровидения" не поступали предложения поехать в тур в поддержку каких-то политиков, партий?

– Нет, не было. Были только какие-то дни рождения.

– Сможешь поехать, если предложат?

– Мне кажется, не смогу. Я же себя знаю: буду потом себя грызть.

Выдвижение Святослава Вакарчука в президенты я считаю глупой ошибкой

– А вдруг тебе кандидат понравится?

(Разводит руками). Может быть. 

– Если Вакарчук пойдет в президенты, будешь за него голосовать?

– Я считаю, что это глупая ошибка.

– Почему?

– Я очень уважаю Святослава Вакарчука, но очень переживаю, когда музыка идет в политику. Она [политика] и так присутствует, не может не присутствовать в музыке, но мне всегда страшно, когда артист – особенно такой, как Святослав Вакарчук, – идет не в том направлении.

– В Россию поедешь, если тебя пригласят выступить?

– Нет. Приглашали, но нет. Не время.

– За много-много денег…

– Предлагали! И в Донецке…

– Поехать в Донецк сейчас?

– Не сейчас. Когда все только началось, звали и предлагали сумасшедшие гонорары. Нет, конечно. Не могу. Для меня это как… да это как маму обидеть. Это то же самое для меня. 

– Когда последний раз в Крыму был?

– Еще с классом ездил, я был маленький. Хотя нет, подожди, это было в старших классах. Мне было лет 12–13. 

– У тебя в Крыму живет кто-то из родственников, друзей или знакомых?

– Нет, никого. 

– Почему самые высокооплачиваемые российские певцы любят и поддерживают Путина, как ты думаешь?

– Мне кажется, потому что выбора нет, потому что давление большое…

– На них?

– Мне кажется, что да. Я в это не углубляюсь, это просто такая догадка. 

– То есть ты думаешь, что они его боятся?

– Да. 

– А как ты к нему относишься?

– Как я к нему отношусь?.. Мне кажется, никак. Я настолько фанатичен к своей стране… как к маме… Как-то, когда был парад вышиванок, девушка курила и бросила бычок прямо на Крещатике, хотя проходила мимо урны… Я к чему веду: это как регилия… я ни словом, ни вышиванкой, ни крестиком вот здесь (показывает на шею)… а тем, что внутри…

– Ты говоришь: я люблю Украину, она мне как мама. Но ты же понимаешь, что ее обидел конкретный человек, и конкретный человек Крым отобрал?..

– Поэтому я никуда не езжу…

– Поэтому я спрашиваю тебя еще раз: как ты относишься к Путину?

– Негативно. Я был в Одессе, когда все только-только начиналось, сидел и плакал. Я уже хотел сорваться и бежать туда…

– Ты имеешь в виду 2 мая?

– Да, и 2 мая, и вообще все эти заварушки… Мы сели с родителями: что у родителей слезы, что у меня… Было настолько страшно, больно и неприятно… потому что это мое родное. У меня сразу мысль, что я больше не смогу пройтись по этим улицам, страшно, что я не смогу встретиться с друзьями… Это все неприятно, потому что огромное количество людей разорвали связь друг с другом из-за какой-то дезинформации…

– Украинский шоу-бизнес жестокий?

– В какой-то мере да. Но не только шоу-бизнес. Любая работа может быть жестокой (улыбается).

– Ты уже столкнулся с подлостью, завистью по отношению к себе?

– Да, сталкивался. 

– Что это было?

– Были какие-то подставы, уже не помню точно, потому что сталкиваюсь, в основном, не я лично, а моя команда. Раньше приходили куда-то – перед нами закрывали двери, а теперь – зовут. Вот что для меня самое неприятное, подлое и негативное. И я же никогда не пойду! 

Мои боги в музыке – Леди Гага, Джон Леннон, Queen, Элла Фицджеральд

– Ты злопамятный? (Улыбается).

– Я помню, кто меня поддерживал изначально. К этим людям я всегда буду приходить. А те, кто раньше при виде меня строил гримасы, а после "Евровидения" зовет – я к ним в жизни не пойду. Это воспитание, не злопамятность.


Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com
Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com


– На "Евровидение" ты потратил 85 тысяч долларов…

– Это сколько? Два миллиона гривен? По словам телеканала СТБ…

– Который за все это платил?

– Да.

– Как получилось так мало? Другие участники "Евровидения" от Украины заявляли плюс-минус по полмиллиона долларов. Меньшее, что я видела, – Пономарев, 300 тысяч (но это было давно).

– В какой-то мере, мне кажется, потому, что занимается этим всем СТБ, а не кто-то (смеется)… Я вообще не знаю, как происходит подсчет этого всего. Но если взять постановку, перелет и прочее – это не может быть столько, сколько ты сейчас озвучила… какие-то сумасшедшие цены…

– Например: Лорак – больше $600 тысяч, Гайтана – $500 тысяч, Мика Ньютон – $550 тысяч, Лобода – тоже какая-то большая сумма была, она даже квартиру закладывала… 

– Может быть, курс был другой (смеется)… Я не знаю… 

– На каких условиях СТБ за тебя заплатил?

– Не было контрактов…

– Ты должен что-то вернуть или отработать в эфире?

– Нет. Я и так всегда прихожу на телеканал СТБ, в программы, которые мне нравятся, я всегда прихожу. 

– Проценты от концертов?

– Нет-нет. Ничего такого!

– Кто твой продюсер?

– Я (улыбается). Когда задают этот вопрос, мне так приятно становится (смеется). Уже распускают сплетни, что Андрей Михайлович [Данилко] мой продюсер, что Игорь Васильевич [Кондратюк] мой продюсер… Нету у меня продюсера, я сам всем занимаюсь!

– Я снова сошлюсь на интервью с Иво Бобулом. Он мне сказал, что мог бы стать самым богатым, успешным артистом, собирать стадионы, но для этого ему, наверное, нужен был бы хороший продюсер. А это значит, что ему нужно было бы сменить ориентацию и стать геем, чтобы с этим продюсером строить какие-то отношения. Ты готов к такому варианту?

– Хуже бреда в своей жизни я не слышал. Иво Бобул, простите меня, но ни от одного артиста я не слышал фразы, хуже этой. Как говорила Оля Полякова: все говорят "через постель" – так покажите мне эту постель! (Улыбается). Ну это не в моем случае.

– К тебе кто-то приходил с такими предложениями?

– Ко мне? С такими?! Нет, никогда! Были предложения продюсирования. Но мы с командой думаем, а что будет дальше? Окей, сейчас мы подпишем контракт, а что дальше? Например, продюсер заключил с тобой на пять лет контракт, два года он что-то пытался сделать, а потом сказал: да ну тебя в баню, мальчик. Зачем? Почему я не пользуюсь услугами продюсера? Я хочу в будущем продюсировать кого-то. Спилберг тоже не сразу стал Спилбергом. И об этом нужно помнить каждому. Потому что каждый может добиться всего без спонсоров, без продюсеров.

– Кто твои боги в музыке?

– Леди Гага, Джон Леннон, Queen, Элла Фицджеральд… Начиная от джаза и заканчивая поп-музыкой. 

– У тебя есть комплексы?

– Да, как и у любого человека. И о них я не говорю, иначе я комплексовал бы еще больше (смеется)

– То есть ты их прячешь, стесняешься?

– Это не стеснение… Мне кажется, если говорить о своих комплексах, то они тебя начинают закапывать еще глубже. А если ты о них иногда задумываешься и пытаешься их исправить…

Весь бомонд взрывается, оскорбляет, поливает грязью – и никто ж, зараза, не подошел лично и не сказал: "Melovin, ты такое редкостное…"

– Может, стоит о них сказать, и все улетучится?

– Нет. На самом деле комплексы у людей бывают настолько глупые… Однажды, когда мой товарищ рассказывал о своих комплексах, я сидел и смеялся. Потому что это не комплексы.

– Есть комплексы, с которыми ты уже справился и можешь о них рассказать?

– Прямо комплексы-комплексы?.. Просто нет комплексов, которые бы мне мешали жить.

– Ты рассказывал, что в твоей родной Одессе над тобой раньше смеялись…

– Да.

– Почему это происходило?

– Из-за крашенных в белый цвет волос…

– Ну это же повсюду, не только в Одессе.

– Я начинал с Одессы, поэтому могу говорить только об этом городе. Это продолжалось и в Киеве… 


Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com
Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com


– На улице тебе люди кричали что-то?

– Да, гадкие слова в спину. Но меня всегда смущало только одно: люди никогда не говорят тебе ничего в лицо (улыбается). Они все скажут за спиной. И обосрут тебя десять раз – тоже за спиной, как и происходит в шоу-бизнесе. Сколько я слышал, читал в комментариях гадостей… весь бомонд взрывается, оскорбляет, поливает грязью (помимо тех, кто поддерживает и верит) – и никто ж, зараза, не подошел лично и не сказал: "Melovin, ты такое редкостное…" Почему все за спиной? Я не понимаю. У меня позиция такая: если мне кто-то не нравится, я говорю ему об этом в лицо. 

– С тем, кто поливал тебя грязью за спиной, не говорил?

– Мне кажется, если бы я так делал, я бы спал еще на три часа меньше (смеется).

– В Одессе был случай, когда тебя избили (или чуть не избили)…

– Чуть не избили? Мне иногда доставалось в школьные времена, но не супермного… Очень ярко помню момент: я всегда сбегал с математики и шел на музыку, в кабинет этажом ниже, и там давал свои концерты. Я тогда не пел – играл на фортепиано. Вокруг собиралось очень большое количество девочек, а в коридоре…

– Мальчикам это не нравилось?

– А в коридоре меня ждали мальчики (улыбается), уже потирая руки. Поэтому – иногда доставалось. 

– То, что у тебя разные глаза, – это часть эпатажа (то есть это линза) или это у тебя от рождения?

– Нет, это не от рождения, слава Богу. Это линза. Она придумалась шесть лет назад, тогда же, когда появился псевдоним Melovin, когда появилась команда Big House Melovin… Мы создавали все в гараже. Знаете, ходит такая мотивашка по интернету: четыре гаража и написаны названия Google, Apple, Disney и еще одной компании – мол, все начиналось с гаража. И моя команда – Big House Melovin – создавалась в гараже у родителей.

– Сколько лет ты уже в Киеве?

– Уже три года. Самый первый приезд – это было детское "Евровидение", какой-то отбор… Я расплакался – испугался такого большого города очень сильно. Раньше я был мнительным, очень ранимым… фильм посмотрел – уже плачу, кого-то обидели – я плачу. Сейчас, конечно, нет, но этот момент я помню хорошо: я поднимаюсь по эскалатору, выхожу, вижу Майдан – и слезы льются, я один в этом городе, хотя я понимал, что я в этом городе останусь…

– Ты один приехал, без мамы?

– Меня папа привез и уехал. И я стою на этой площади, на этой огромной территории и думаю: ну, здравствуй, Киев, кто кого?

– И кто кого?

– Пока что [побеждает] время. Но никогда мне никто ничего не сделает, потому что я крепкий орешек. Когда-то написал пост и подумал: боже, какая ваниль! Фотка: я и Майдан – и пишу, что, мол, Киев так много забирает – друзей, отношений, – но может так же много дать. И либо ты ломаешь его, либо Киев ломает тебя. Я никого сейчас не ломаю, Киев тоже не ломает. Мне кажется, мы с ним подружились, нашли точки соприкосновения (улыбается).

– Ты говорил, что раньше снимал квартиру. Уже купил себе жилье?

– Уже своя квартира, слава Богу.

– Сам заработал?

– Нет. Мы насобирали всеми знакомыми, родственниками, родителями, крестными.

Я не люблю нечестных вещей. Еще когда мы регистрировали бренд, логотип, имя Melovin, я сразу сказал: "Ребята, все по-честному. Платим"

– Недавно ты выпустил коллекцию духов…

– Не коллекцию. Один аромат.

– Причем духи довольно дорогие для рынка. Три тысячи гривен?

– Да, три тысячи гривен за 50 мл. 

– То есть это нишевый продукт?

– Да.

– Сколько флаконов ты уже продал?

– 28 флаконов.

– И как это происходит?

– Через менеджмент, который занимается продажами.

– И ты как парфюмер: сам все делаешь?..

– Но у меня же все законно, налоги плачу (смеется).

– Ты же из Одессы, конечно!

– Я не люблю нечестных вещей. Еще когда мы регистрировали бренд, логотип, имя Melovin, я сразу сказал: "Ребята, все по-честному. Платим". 


Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com
Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com


– Как ты делаешь парфюм? Каждый флакон на кухне химичишь?

– Сам. Каждый флакон делается вручную, каждую наклеечку я клею… 

– Да ладно!

– Вот тебе крест! (Смеется).

– Кто тебя научил?

– Никто. Ты меня спрашивала по поводу продюсирования, так вот: я считаю, что не нужно думать, что всему нужно научиться. Я занимаюсь глобальным творчеством, мне это нравится. Я купил себе в Jysk'е стол, похожий на парфюмерный, в нем много отделений, заказал всяких французских отдушек, масел – и сидел пробовал. Наносил все… забыл, как называется… бумажечки такие…

– Тестеры?

– Да, тестеры. На них все наносил, по капле, по капле…

– Так же снюхаться можно!

– Зато как теперь круто дома пахнет!

– Не представляю.

– Бомба! Иногда утром на меня нападает какая-то штука – я хочу сделать новый запах, чтобы по-новому пахнуть. И вот так все эти парфюмы передаются знакомым и друзьям. Они в единственном экземпляре, и я не записываю, что смешиваю. Специально, чтобы у человека был эксклюзив.

Когда ходил в школу, конечно, ездил на "7-й километр". Как все дети, стоял на бумажечке и мерил брюки. Все, как положено

– То есть человек заказывает и не знает, что получит?

– Нет-нет. Это я делаю для себя. Вот недавно моему стилисту понравился запах: она услышала сирень, которой там в помине не было (там было 20 веществ, кроме сирени). И она себе его забрала. А то, что в продаже сейчас, – я беру флакончик, вещества в пропорциях, которые уже прописаны…

– Как думаешь, ты сможешь заработать на этом? Рассматриваешь это как бизнес?

– Нет, не рассматриваю. Для меня это творческое проявление. Я раньше очень сильно боялся хобби… Знаешь, это как сесть на два стула одной жопой и ничего не успеть. А потом понял: если меня это вдохновляет, если после этого вечером я начинаю писать музыку, то почему этим не заниматься?!

– Конечно, нанюхавшись, можно не только музыку писать (улыбается).

– Главное – что нюхать! Лучше нюхать парфюмы (смеются). Я очень люблю, чтобы аж кололо-резало от запаха. Проходишь мимо фанов, они оборачиваются и говорят: "О, Melovin прошел!" 

– Где ты покупаешь одежду?

– Многое шьет Катя Ляшевская, мой стилист. Она со мной еще с "Х-фактора", и на "Евровидении" была, и сейчас мы для тура делаем. Что-то просто покупаю…

– В Одессе есть знаменитый рынок – "7-й километр". Ты там был?

– Когда ходил в школу, конечно. Как все дети, стоял на бумажечке и мерил брюки. Все, как положено.

– Класс! А сейчас не хочется…

– О нет! Что ты?! Социофобия такая…

– После "Евровидения" – на "7-й километр" (улыбается).

– На "7-м километре" меня впервые и оскорбили из-за белых волос, поэтому туда я не хочу ехать (улыбается). Я туда иногда езжу, когда ищу какие-то побрякушки…

– А для сатисфакции? Пройтись: "Ну а теперь что скажете?"

– Это происходит не там. Раньше тыкали пальцем и называли каким-то грязным словом, а сейчас тыкают пальцем и говорят: "Это же Melovin" (смеется).

– Ты сейчас помогаешь своим родителям?

– Чуть-чуть. Они знают, что мне надо еще немножко ускорить свой темп жизни. 

– Подарки им любишь дарить? 

– Очень люблю. Я пока не могу позволить себе [оказывать] им какую-то финансовую помощь… Они это понимают и говорят: "Пробуй. Пока что – прорывайся". А подарки – всегда!

– Расскажи, какие самые крутые подарки ты им дарил?

– Первое, что я подарил маме (это был подарок не из дешевых), – это парфюм. Не помню бренд, но он стоил тогда под четыре тысячи гривен, и для меня это были огромные деньги.

– Мама оценила?

– Мама расплакалась. Это был Новый год, я приехал с "Х-фактора" и сделал подарок. Папе тяжелее делать подарки (улыбается).

– Почему?

– Папа у нас такой мужчина, который сам может взять то, что ему надо. Поэтому ему тяжелее придумать подарок. Я ему дарил сувенирные наборы для открытия вина, потому что он вином занимается…

– Кем работают твои родители?

– Мама домохозяйка. А папа, мне кажется, работает всем: он и с машинами работает, сейчас занимается медом. И для меня очень приятно и круто, что папа нашел себе такие хобби: мед и вино. У него, мне кажется, лучшее вино в Одессе! 


Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com
Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com


– Вот тебе готовый продюсер!

– Да, если вспоминать, то первым моим продюсером был папа, который нашел мне – выскреб! – денег на первый клип. Мы снимали Doubt – кавер на Леди Гагу. Все создавалось реально в гараже… У меня висел зеленый фон, нашли две тысячи гривен – арендовали большой зал. Такая самодеятельность, но с нее же все и начинается. 

Не люблю говорить о деньгах, не люблю говорить, сколько я зарабатываю, сколько родители зарабатывают. Счастье любит тишину

– На корпоративы тебя как часто сейчас приглашают?

– Часто. Часто и приглашали, но сейчас больше.

– Сколько стоит корпоратив с твоим участием?

– Если бы я точно знал сумму, я бы ответил. А так – все знает Артем (смеется)

– Примерно. Ты же знаешь, не кокетничай. 

– Не хочу называть. 

– Почему?

– А ты меня набери – я скажу по телефону (смеется).

– Скажи сейчас на всю страну.

– Ну не хочу. Я вообще не люблю говорить о деньгах, не люблю говорить, сколько я зарабатываю, сколько родители зарабатывают. Счастье любит тишину. 

– Правда ли, что на "Евровидении" ты не общался с российскими журналистами? Или так случайно получилось?

– Еще написали, что я… как же там было… демонстративно игнорировал российскую прессу…

– Не демонстративно?

– Не демонстративно! У меня были черные очки (я был как кот Базилио) – я ни черта не видел на этой голубой дорожке. Меня вел мой пиар-менеджер… Я бы и не давал интервью, исходя из своих убеждений… Правда. Я бы не давал интервью, тем более зная, что все перекрутят. Но мне в этом плане тяжело: у меня очень много фанов из России, которых я люблю безумно. На нас не повлияет все то, что происходит… Я их тоже вдохновляю, но пока не могу туда ехать. 

– У тебя был конфликт с Джамалой. Я так понимаю, что твои поклонники этот конфликт спровоцировали. Она говорила, что ей приходили смс с угрозами. "Я тебя урою" и так далее. Как вы это все разрулили?

– Никак. Мне все равно кажется, что у Джамалы отношение ко мне какое-то странное… я просто чувствую это…

– Ты имеешь в виду, что она тебя недолюбливает?

– Да… Я не знаю… Просто какое-то странное отношение… 

– Вы же даже дуэтом пели, когда ты на "Х-факторе" победил.

– Да.

– И?

– И ничего. Это не показатель отношений. 

– Может, она на тебя обижается? Потому что, извини, но получить такие угрозы, тем более девушке…

– До этого все было абсолютно по-другому… Конфликт начался с комментария в Instagram. Кто-то написал: "Лучше бы на "Евровидение" поехали Kadnay (на самом деле, ребята с крутой музыкой), чем крашеный пи… Melovin". И комментарий лайкнула Джамала. 

– И ты смотрел, кто что лайкнул?!

– Очень многие люди сбрасывали мне скриншоты… И пресса начала подхватывать…

– Может, она случайно лайкнула… 

– Один комментарий из двух тысяч… Мне все равно, честно… Не я ковырял, смотрел и прочее. Мне скидывают, я смотрю и думаю: ну нет, фейк. И Джамала потом написала: "Не верь, это фейк".

– Вот видишь.

– Но я потом нашел этот комментарий, посмотрел, кто лайкал – и там верифицированный аккаунт [Джамалы] с галочкой. 

– Кто-то его взломал.

– Да ну… Я обожаю эту певицу. 

– Отлично, так и зафиксируем. На "Евровидении" ты и представитель России не говорили с прессой на английском языке. Почему? Тем более что ты пишешь свои песни сам, и, в основном, на английском?

– Нет, тексты я пишу не сам. Я пишу либо со своим знакомым автором из [Лос-Анджелеса]… Проблема в чем? Языковой барьер. Если бы я больше находился в среде, где все говорили бы на английском языке, было бы намного легче. Я понимаю все, что мне говорят, но я не могу…

– Ответить…

– …красиво сказать. Какие-то элементарные вещи: как пройти, куда пойти – я спрошу и отвечу (когда мы с ребятами гуляли в Лиссабоне, я сам ходил спрашивал, общался, интересовался). Но мне тяжело отвечать на вопрос, особенно, когда он касается музыки. Хотя, казалось бы, это легко. 


Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com
Фото: Ростислав Гордон / Gordonua.com


– Ты – молодой, красивый, прогрессивный, песня на английском, и вдруг – переводчик. Это такой пережиток…

– Не знаю по поводу пережитка… Как-то люди странно реагируют на переводчика… Понятно, что сейчас я учу английский язык, все окей, все выучу – нет в этом никакой проблемы, но и в переводчике никакой проблемы нету. Лучше говорить с переводчиком, чем коверкать все, чтобы потом еще и пальцем тыкали. Для меня это было главным. Когда мне говорили: давай будешь отвечать на английском. Я сказал: "Ребята, я-то отвечу на какой-то вопрос… Но если я буду отвечать часть на английском, а все остальное українською мовою, а потім знову англійською, а потім знову українською – це смішно. Лучше с переводчиком – грамотно, четко, чтобы он переводил мои мысли. А я скажу, ошибусь, как я однажды…

Я иногда не понимаю, почему меня любят, почему мне пишут письма. И хорошо, что я не понимаю, – мы этим не пользуемся!

– Что ты сказал?

– Перепутал kitchen и chiken. Господи…

– Все близко, нормально (смеются). Ты говоришь, что вне политики. 

– И вне политики, и в политике.

– Но политика же догоняет. Что тебя в обычной жизни, в жизни окружающих, родителей раздражает или что тебе не нравится? Что бы ты хотел изменить в Украине?

– Отношение людей друг к другу, в первую очередь.

– Ты сейчас планируешь тур по Украине. Объясни, почему нужно идти на твои концерты. 

– Я вообще не знаю, зачем на меня ходить (улыбается)

– Какой-то ты плохой продюсер. Может, папа получше будет? (Улыбается).

– Зато знаешь, как круто, когда есть честность?! Я иногда не понимаю, почему меня любят, почему мне пишут письма. И хорошо, что я не понимаю, – мы этим не пользуемся! Мы просто делаем свое дело, восхищаемся друг другом. Почему нужно идти на мои концерты? Потому что у нас происходит какая-то интересная связь с фанами и зрителями. Абсолютно уникальная! Поэтому, мне кажется, они и ходят. 

– Сколько городов будет в туре?

– Будут миллионники. Потом мы хотим поехать в Европу и сделать концерты для тех, кто за меня голосовал [на "Евровидении"]. 

– Продажи хорошие, залы заполняются?

– Да.

– Большие залы?

– Киев – тысяча (2 июня, "Бельэтаж"). Больше 700 билетов уже продано. 

– В конце программы я хочу передать тебе привет от одной верной поклонницы. Ее зовут Лиза, это старшая дочка Дмитрия Гордона, и она помогала мне готовиться к этому интервью, потому что по возрасту она ближе к твоей аудитории. Я думаю, ей будет приятно, если ты ей пожелаешь что-то в ответ. Она нас сейчас смотрит.

– Ага! (Включаем в себе спикера). Возвращаясь к теме зрителей и поклонников: я поражаюсь их талантом и умением меня понимать – мне не нужно ничего говорить фанам. Даже когда мы находимся в окружении фанов, и мне нужно побыть одному – они просто отходят. За это я их обожаю. А что касается дочки… Я хочу, чтобы она была смелая. Смелее, чем я, в тысячу раз. Смелость нами руководит.

– Тогда спой для нее и для всех остальных песню а капелла – и будем заканчивать.

– Тогда мне нужна помощь щелчками. (Поет песню Under The Ladder). Я берегу горло – у меня еще тур! (Смеется).

– Спасибо!

– Спасибо огромное!

ВИДЕО
Видео: 112 Украина / YouTube

Записал Дмитрий НЕЙМЫРОК

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

КОММЕНТАРИИ:

 
Уважаемые читатели! На нашем сайте запрещена нецензурная лексика, оскорбления, разжигание межнациональной и религиозной розни и призывы к насилию. Комментарии, которые нарушают эти правила, мы будем удалять, а их авторам – закрывать доступ к обсуждению.
 
Осталось символов: 1000
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
17 мая, 2018 09.36
16 мая, 2018 14.55
13 мая, 2018 00.30
 

 
 

Публикации

 
все публикации