ГОРДОН
 
 
Публикации ЭКСКЛЮЗИВ «ГОРДОНА»

Записки бывшего подполковника КГБ: Перестройка и Комитет государственной безопасности СССР

Один из авторов книги "КГБ играет в шахматы" и бывший сотрудник Комитета госбезопасности СССР Владимир Попов недавно завершил работу над своими мемуарами. В книге "Заговор негодяев. Записки бывшего подполковника КГБ" он рассказывает о становлении режима российского президента Владимира Путина, его соратниках, о своей работе в комитете и ключевых событиях, к которым имели отношение советские спецслужбы. Ранее книга не издавалась. С согласия автора издание "ГОРДОН" эксклюзивно публикует главы из нее. В этой части Попов пишет об основных фигурах 1990-х годов и схемах, которые они создавали для получения денег и власти.

Этот материал можно прочитать и на украинском языке
Попов: Августовский путч 1991 года стал второй после 1982 года попыткой КГБ захватить власть в стране
Попов: Августовский путч 1991 года стал второй после 1982 года попыткой КГБ захватить власть в стране
Фото: russian7.ru
Владимир ПОПОВ

Перестройка

Во времена правления Леонида Брежнева генерал Евгений Питовранов использовал возможности руководимой им разведывательной структуры для сбора компрометирующих материалов в отношении членов семьи генерального секретаря ЦК КПСС. Факт подобной деятельности был грубейшим нарушением установленных законом и нормативными актами правил деятельности госбезопасности, запрещавших сбор информации в отношении партийной и советской номенклатуры.

Идя на очевидный риск, Питовранов, с одной стороны, пытался скомпрометировать членов семьи Брежнева, а с другой – всячески подталкивал Юрия Андропова, у которого он был в советниках, к занятию высшей в государстве должности. И действительно, после кончины Брежнева в ноябре 1982 года Андропов стал генеральным секретарем ЦК КПСС и фактическим руководителем государства. Однако ненадолго: в феврале 1984 года Андропов умер. Его сменили партийцы, и группа Питовранова вынуждена была возобновить борьбу за выдвижение своих людей из спецслужб на высшие государственные посты.

Августовский путч 1991 года стал второй после 1982 года попыткой КГБ захватить власть в стране, причем, несмотря на провал ГКЧП, как это ни покажется странным на первый взгляд, спецслужбы бывшего СССР и нынешней России оказались в выигрыше. Взятые после развенчания культа Сталина в жесткий партийный контроль, чекисты много лет лелеяли надежду из-под него вырваться. Эти мечты сбылись.

Не стало осточертевшей многим КПСС, исчез вместе с нею и контроль за спецслужбами. Однако один из чекистских замыслов оставался все-еще неосуществленным: власть в стране по-прежнему была не в их руках. Во главе России оказался чуждый КГБ Борис Ельцин, ближайшее окружение которого в основном состояло из политиков либерального толка. С этим нужно было что-то делать. Для атак на нового президента с целью его устранения от власти был избран, как инструмент, Верховный совет Российской Федерации.

Здесь необходим исторический экскурс. В период перестройки в СССР решался вопрос о путях дальнейшего развития государства. В целях определения основных направлений движения страны к демократическому государственному и общественному устройству с 28 июня по 1 июля 1988 года в Москве была проведена Всесоюзная партконференция, монопольно правящей тогда КПСС. В ходе работы конференции были провозглашены новые цели: отстранение партийных органов от государственного управления, передача этих функций Советам и создание гражданского общества.

На конференции было принято решение избрать Съезд народных депутатов СССР в качестве высшего законодательного органы страны. Новый государственный орган должен был созываться периодически для определения законодательной политики и принятия законов. Из числа народных депутатов предполагалось сформировать Верховный Совет, работающий на постоянной основе и являющийся парламентом страны.

В продолжение политических реформ 15 марта 1990 года состоялся Третий внеочередной съезд народных депутатов СССР, который утвердил введение в Советском Союзе поста президента. Им стал, по результатам голосования на съезде, Михаил Горбачев, занимавший до этого посты генерального секретаря ЦК КПСС и председателя Верховного Совета СССР.


Фото: pressman / wikipedia.org
Третий внеочередной съезд народных депутатов СССР. Фото: pressman / wikipedia.org


В это время в СССР действовала конституция (основной закон), принятая в 1978 году. В 1989 году в эту конституцию, с учетом изменяющейся политической ситуации в стране, были внесены необходимые изменения-поправки. В соответствии с ними был образован новый высший орган государственной власти – Съезд народных депутатов. Верховный Совет, избираемый из числа народных депутатов в соответствии с внесенными в конституцию поправками, становился постоянно действующим органом законодательной и распорядительной власти, а также контрольным органом государственной власти. Состоял он из двух палат: Совета Национальностей и Совета Республики.

Верховный Совет XII созыва был избран в 1990 году на основании Конституции 1978 года в редакции 1989 года и стал (если не считать событий 1917 года) первым постоянно действующим парламентом России. В соответствии с установленными тогда же правилами Верховный Совет избирался Съездом народных депутатов на срок до образования вновь избранным Съездом народных депутатов РФ нового состава Верховного Совета.

В 1993 году в России обострилось противостояние двух высших институтов государственной власти: исполнительной (в лице президента РФ и его аппарата) и законодательной – в лице руководства Верховного совета РФ. В марте 1993 года на VIII съезде народных депутатов часть депутатского корпуса попыталась ограничить полномочия президента и принять ряд поправок к конституции. Ельцин в ответ подписал указ "Об особом порядке управления", согласно которому на 25 апреля 1993 года назначался референдум о доверии президенту. До этого времени деятельность Верховного совета РФ приостанавливалась.

Конституционный суд признал эти действия Ельцина противоречащими сразу девяти статьям конституции. Экстренно был созван IХ съезд народных депутатов, который классифицировал указ Ельцина как попытку государственного переворота, за что по конституции предусматривалось отстранение от власти действующего президента.

Стремясь заручиться поддержкой населения, Ельцин планировал обратиться с обращением к народам России. Однако мартовский кризис завершился компромиссом. Президент отказался от обращения, а съезд согласился с проведением референдума 25 апреля 1993 года, в ходе которого население России должно было высказать поддержку одной из ветвей государственной власти – президенту или парламенту.

Особой остроты противостояние между исполнительной и законодательной властью достигло осенью 1993 года. 21 сентября Ельцин выступил с телевизионным обращением к народу и заявил, что Верховный совет перестал быть органом народовластия, а стал оплотом оппозиции. Он подписал указ №1400 "О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации", на основании которого распускались представительные органы власти и на 11-12 декабря 1993 года назначались выборы в Государственную думу.

Значительная часть народных депутатов отказалась признать законность действий президента и заявила об отстранении Ельцина от власти. К присяге в качестве нового президента был приведен вице-президент Александр Руцкой. Сторонники Верховного совета организовали демонстрации протеста, на улицах возникли баррикады. Противниками властей была предпринята попытка штурма мэрии и телекомплекса "Останкино".

3 октября 1993 года указом Ельцина в Москве было введено чрезвычайное положение. Для борьбы с оппозицией в столицу были введены танки. Начался обстрел Белого дома. К вечеру 4 октября сопротивление оппозиции было сломлено. Руководители обороны Белого дома (Руцкой, Руслан Хасбулатов и др.) были арестованы. Ельцин возложил на себя полномочия по обеспечению прямого президентского правления в стране до проведения выборов в Федеральное собрание и референдума по конституции России, назначенных на 12 декабря 1993 года.

Телевидение как частный бизнес

Частный бизнес нуждался в рекламе. Возможности телевидения в области рекламы были безграничны. Значительная часть средств, поступающих в качестве оплаты рекламы, выплачивалась в американских долларах и в немалом количестве оседала в карманах главных редакторов и их подчиненных, работающих напрямую с рекламодателями. На Центральном телевидении в описываемый период работало четырнадцать вновь созданных рекламных агентств. Они договаривались с редакциями о продаже им эфирного времени. После получения времени в эфире рекламное агентство дробило его по своему усмотрению и продавало рекламодателям.


Телецентр "Останкино". Фото: pastvu.com
Телецентр "Останкино". Фото: pastvu.com


Приобретая время по оптовым ценам, так как закупалось оно от десятков минут до нескольких часов в сутки и на период от нескольких дней до нескольких месяцев в году, агентство продавало его затем по секундам и минутам, и по значительно более высокой цене. Прибыль от подобных сделок была колоссальной. Получаемые деньги не поступали на счета государственного телевидения, а распределялись среди людей, сумевших в обход государства поделить между собой огромный телевизионный рынок рекламы. Доказательством этому явились результаты проверки, проведенной в 1996 году на Общероссийском телеканале (ОРТ) контрольно-ревизионным управлением министерства финансов РФ. Проверка установила полное отсутствие каких-либо доходов, полученных от рекламы.

На должности начальника 1-го отдела "Останкино" (ОТРК) в конце 1980—1990-х годах служил бывший начальник секретариата 5-го управления КГБ подполковник Валентин Малыгин. Одновременно с этим он являлся резидентом госбезопасности на телевидении и имел на связи около 10 агентов. По официальной (телевизионной) линии ему подчинялся начальник режимного отдела ОТРК подполковник Владимир Цибизов.

Малыгин был прекрасно осведомлен о том, что происходило в каждой конкретной творческой редакции и иных подразделениях комплекса. Не оставались без его внимания и различные компании, организации и банки, стремящиеся к установлению деловых отношений с ОТРК. Среди них определялись наиболее предпочтительные (с учетом мнения 5-го управления КГБ), которые получали затем на телевидении режим наибольшего благоприятствования.

Малыгин был хорошо информирован и о предстоящих рекламных проектах, так как по всем серьезным вопросам переписка с ведомствами и организациями шла исключительно через 1-й отдел. Но главное — Малыгин мог непосредственно влиять на ход рассмотрения заявок и на принятие решений. Отдельные документы просто убирались в долгий ящик или же на них недвусмысленно делалась ссылка на органы госбезопасности, по мнению которых, контакт с той или иной коммерческой структурой был "нецелесообразен". В случае, если возникали проблемы, к работе подключался майор Александр Комельков, а если не хватало и его уровня — начальник 14-го отдела полковник Николай Никандров. Если и этого было мало, к решению вопроса подключался генерал Василий Шадрин, с которым Комельков сумел установить приятельские отношения.

ОТРК был режимным объектом. Вход в Останкинский телецентр осуществлялся по специальным пропускам (постоянным для его сотрудников или же разовым, выдаваемым посетителям). Начальнику режимного отдела офицеру госбезопасности Цибизову хорошо был известен круг лиц, посещавших ОТРК. При необходимости по его команде любому посетителю могло быть отказано в получении пропуска. По его распоряжению любой сотрудник комплекса и его личные вещи могли быть досмотрены при входе в здание. Но поскольку алкоголику Цибизову не было дела до происходящего на телевидении, все нити управления сосредоточились в руках Комелькова и Малыгина. Они собственноручно делили телеэфир и выделяли помещения ОТРК в аренду коммерческим структурам.

"Мост", "Мост-банк" и СБ "Мост"

Созданные Филиппом Бобковым при участии Владимира Гусинского структуры "Мост" конкурировали одновременно с двумя мощными организациями: по линии безопасности – со Службой безопасности президента; по линии телевещания – с ОТРК. Истинными хозяевами "Моста" и "Мост-банка" были кураторы Гусинского по КГБ, прежде всего Бобков, оставивший пост первого заместителя председателя КГБ в январе 1991 года и перешедший в "Мост-банк" формально на должность консультанта. Под "крышей" банка Бобков в короткий срок создал свой собственный мини-КГБ, который должен был со временем привести на высший государственный пост нужного чекистам человека.

В службе безопасности (СБ) "Мост" работало немало выходцев из 5-го управления КГБ. Евгений Иванов, в конце 1980-х годов ставший начальником управления ''З'' (преемника 5-го управления) КГБ возглавил аналитическое подразделение службы безопасности "Моста". Там же служил теперь полковник Юрий Балев, закончивший службу в КГБ в 1991 году в должности первого заместителя председателя КГБ Латвийской ССР, и полковник Владимир Масленников, закончивший службу в должности первого заместителя начальника Центра общественных связей (ЦОС) КГБ.

До назначения в ЦОС КГБ СССР Масленников возглавлял 6-й (аналитический) отдел управления ''З'', в котором была создана группа из трех офицеров, осуществлявших тайные акции контрпропаганды через журналистов, сотрудничавших с различными СМИ. Пришедший на службу в КГБ с должности доцента филологического факультета МГУ, Масленников отличался от многих коллег-чекистов умением мастерски писать различные документы, поэтому оказался "Мосту" очень кстати.

Сотрудники 6-го отдела управления "З" КГБ СССР были аналитиками и не имели права на вербовку агентуры, за исключением трех офицеров – членов группы контрпропаганды. Одним из наиболее известных агентов, завербованных этой троицей, был тогда еще молодой и начинающий журналист газеты "Московский комсомолец" Александр Хинштейн. Привлек его к сотрудничеству в качестве агента старший оперуполномоченный майор Олег Микаренков.

Работая в аналитическом управлении группы "Мост", Масленников использовал свои прошлые наработки. По его инициативе была создана законспирированная группа во главе с бывшим сотрудником 3-го отдела 5-го управления КГБ майором Валерием Ширяевым, о котором много лет спустя пресса писала:

"По распоряжению Гусинского была создана специальная, тщательно законспирированная группа, с Ширяевым во главе. В ее задачи входило: продвижение в печатных и электронных СМИ материалов самого разного характера в интересах "Моста", причем от имени или под флагом совсем других организаций; выяснение обстоятельств появления в печатных и электронных СМИ материалов, направленных против "Моста" или задевающих его интересы или интересы близких к Гусинскому структур и людей; предупреждение любыми способами появления таких материалов в СМИ, а также компрометация тех журналистов, которые над этими материалами работают; сбор досье на журналистов и руководителей СМИ, завязывание с ними неформальных отношений, выявление слабостей, с последующим использованием" (Тайный стряпчий "Моста" – сайт Kompromat.ru, 14 марта 2001 года. – Попов).

В 1992 году был образован холдинг АО Группа "Мост", объединивший 42 предприятия различной направленности. В июне 1993 года тележурналистами Игорем Малашенко, Олегом Добродеевым и Евгением Киселевым была создана телевизионная компания "Итоги". Спустя месяц, в июле того же года, создатели "Итогов" получили предложение, от которого не смогли отказаться: возглавляемая ими телекомпания совместно с банками "Мост-банк", "Столичный" и "Национальный кредит" учредили ТОО "Телекомпания НТВ". Вскоре из банков в числе учредителей остался лишь "Мост-банк", подконтрольный Бобкову.


Владимир Гусинский. Фото: Anton Nossik / wikipedia.org
Владимир Гусинский. Фото: Anton Nossik / wikipedia.org


Следует отметить, что и два остальных банка возглавлялись агентами КГБ. Банк "Столичный" возглавлял Александр Смоленский по прозвищу тетя Шура, агент 5-го управления КГБ со времени его работы в типографии "Союзспортобеспечение" Госкомспорта СССР, курируемого до 1977 года 1-м отделением 1-го отдела 5-го управления КГБ, а с 1977 года – новым 2-м отделением 11-го отдела 5-го управления КГБ.

Председателем правления банка "Национальный кредит" был Борис Федоров, тоже агент 5-го управления КГБ и близкий друг министра спорта и личного тренера Ельцина по теннису Шамиля Тарпищева, бывшего агентом КГБ с 1980-го (олимпийского) года.

Смоленский использовался в разработке зарубежных сионистских центров, а Тарпищев в контрразведывательном обеспечении канала международного спортивного обмена. Позднее эти функции были переданы соответствующим подразделениям ФСК-ФСБ России. Федоров, помимо руководства банком, являлся главой Национального фонда спортсменов, созданного по инициативе Тарпищева по аналогии с ассоциацией "ХХI век", хозяином которой был один из "крестных отцов" советско-российской мафии Отари Квантришвили.

Практически одновременно с созданием "НТВ" этими же тремя банками была учреждена ежедневная газета "Сегодня". Как и в случае с "НТВ", через несколько месяцев в числе учредителей остался лишь "Мост-банк", ставший также спонсором радиостанции "Эхо Москвы".

В числе создателей газеты "Сегодня" был журналист Михаил Леонтьев, в недалеком прошлом сотрудник Экспериментального творческого центра (ЭТЦ) Сергея Кургиняна. Кургинян, в свою очередь, был давним и опытным агентом 1-го отдела 5-го управления КГБ и активно использовался по линии 2-го отдела 5-го управления, направлявшего его в спецкомандировки в национальные окраины Советского Союза, где происходили тогда столкновения на национальной почве. Да и сам ЭТЦ, возглавляемый Кургиняном, активно использовался КГБ СССР в его деятельности. Показательным являлся факт появления в числе его сотрудников бывшего председателя КГБ СССР Владимира Крючкова после его освобождения по амнистии как члена ГКЧП, на основании постановления Государственной думы от 23 февраля 1994 года.

В марте 1994 года "Мост-банк" получил статус уполномоченного банка Москвы, в соответствии с чем "Мост-банку" были переданы городские бюджетные счета и счета целого ряда бюджетных и муниципальных учреждений и внебюджетных организаций и фондов. Гусинский тогда же получил пост председателя Совета представителей уполномоченных банков, а спустя месяц стал вице-президентом Ассоциации банков России.

Служба безопасности президента (СБП)

После августовского путча 1991 года и ухода Михаила Горбачева последовала радикальная перестройка в системе КГБ. Огромная организация была расчленена на различные самостоятельные ведомства. На базе 9-го и 15-го управлений КГБ, ведавших охраной первых лиц государства, партийной номенклатуры и членов их семей, а также охраной особо важных государственных объектов, были созданы Служба безопасности президента (СБП) во главе с личным телохранителем Ельцина Александром Коржаковым и Главное управление охраны (ГУО) РФ, во главе которого Коржаков поставил своего приятеля генерала Михаила Барсукова, после августа 1991 года занимавшего должность коменданта Кремля.

По терминологии 9-го управления Коржаков был "прикрепленным". Так назывался офицер, отвечавший за личную охрану высших должностных лиц в государстве и партии.

В период существования КГБ "девятка" традиционно держалась обособленно, в том числе и территориально, поскольку в основном ее подразделения располагались в Кремле. Сотрудники и руководящий состав "девятки" редко контактировали с представителями других оперативных подразделений центрального аппарата КГБ.

По характеру выполняемых задач 9-е управление, несмотря на важность дела охраны первых лиц государства, относилось к числу вспомогательных подразделений. Сотрудники и руководящий состав этого управления уступали в оперативном мастерстве и кругозоре офицерам разведки и контрразведки, так как главной задачей "девятки" была физическая охрана определенной категории лиц и объектов. У "девятки", в частности, не было агентуры в СМИ, среди видных политиков и в академической среде. Поэтому возглавляемая Коржаковым СБП не имела возможности серьезно влиять на общественное мнение страны.


Коржаков и Борис Ельцин. Фото: versia.ru
Коржаков и Борис Ельцин. Фото: versia.ru


Верный и преданный Ельцину (пока это было в его интересах) кадровый "девяточник" Коржаков понимал, что подразделение охраны президента, даже такого своенравного, как Ельцин, является второстепенным по значимости во вновь создаваемом преемнике КГБ. Именно поэтому Коржакову нужны были послушные лично ему спецслужбы, возглавляемые преданными лично ему людьми.

19 июля 1995 года, используя доверительные отношения с президентом, Коржаков сумел продвинуть генерала Барсукова, не имевшего опыта оперативной работы, на должность директора новой спецслужбы – ФСБ, после чего переподчинил себе 10-тысячный корпус сотрудников ГУО, ставший структурной частью СБП. Тем самым помимо физической охраны высших должностных лиц Коржаков получил возможность негласного контроля за всеми охраняемыми чиновниками.

Вскоре после назначения на пост директора ФСБ Барсуков дал указание Центру общественных связей (ЦОС) ФСБ подготовить и провести его личную встречу с патриотически настроенными писателями. В мероприятии приняло участие 22 "русских писателя". В ходе встречи Барсуков буквально обрушил на них поток негативной информации о положении дел в стране. Один из участников встречи, Станислав Куняев, вспоминает:

"Я обвел взглядом кабинет Барсукова. Чуть поодаль от него спокойно сидели два генерала, слушая все, что говорит начальник, как само собой разумеющееся. У дверей помощник – бравый офицер, который и приглашал всех нас на встречу с министром. Перехватив мой взгляд, он подмигнул мне. Мы с ним [были] знакомы по архивным делам, когда с [моим] сыном писали книгу о Есенине" (C. Куняев. "Воспоминания". – Попов).

Описывая данную встречу, Куняев, допустил некоторые неточности. Он указал, что встреча происходила весной 1995 года. В действительности, Барсуков был назначен на должность директора ФСБ 24 июля 1995 года. Упомянутые Куняевым генералы были руководителями ЦОС ФСБ: Александр Михайлов и его первый заместитель Александр Зданович.


Александр Зданович. Фото: livelib.ru
Александр Зданович. Фото: livelib.ru


Выпускник Высшей школы КГБ СССР Зданович служил в Особом отделе одного из подразделений морской пехоты. Проявил себя склонным к аналитической работе и был переведен в центральный аппарат КГБ СССР в 3-е главное управление (военная контрразведка) в аналитическое подразделение. Занимался историей военной разведки. С созданием ЦОС КГБ СССР предпринимал неоднократные попытки перевода в это новое подразделение. Однако руководство ЦОС находилось в руках бывших сотрудников 5-го управления КГБ СССР, и попытки Здановича были безуспешны.

С обновлением руководства ЦОС после упразднения КГБ СССР, благодаря содействию бывшего сослуживца по 3-му главку Сергея Васильева, назначенному, несмотря на запойное пьянство, начальником 1-го отдела ЦОС, Зданович оказался в числе его сотрудников, где сделал быструю и блестящую карьеру, став руководителем ЦОС ФСБ России и генералом. В 2002 году был переведен в состав действующего резерва ФСБ России и в чине генерал-лейтенанта ФСБ РФ назначен на должность заместителя генерального директора Всероссийской государственной телевизионной и радиовещательной компании (ВГТРК).

Зданович и Михайлов готовили встречу Барсукова с писателями, а поэтому не были удивлены ошеломившей Куняева информацией. "Бравый офицер", знакомый Куняеву, в действительности не был помощником Барсукова, а был сотрудником 1-го отдела ЦОС ФСБ Виктором Береновым. Данное подразделение осуществляло подготовку подобных встреч и пресс-конференций руководства ФСБ России, а также работу с представители различных СМИ и творческой интеллигенции.

По существу, Коржаков готовил в стране государственный переворот, операцию "Преемник". Преемником Бориса Ельцина он планировал сделать вице-премьера российского правительства Олега Сосковца, при котором Коржаков видел себя фактическим руководителем государства. Очередные выборы должны были быть отменены из-за угрозы коммунистического реванша. Ельцин, оставшись в своей должности, должен был затем оставить ее по состоянию здоровья.

Коржаков работал в этом направлении. В СБП, в числе других, был создан отдел контрразведки – отдел "К". Был создан также отдел "П", задачи которого Коржаков сформулировал следующим образом: "для контроля за министрами и прочей номенклатурной челядью". Все кабинеты Кремля теперь прослушивались подчиненными Коржакова. На приобретение за границей высококачественной аппаратуры слухового контроля, значительная часть которой была установлена в Кремле, было затрачено более 50 миллионов долларов бюджетных денег. Газета "Комсомольская правда" в этой связи писала:

"Как нам удалось выяснить, немецкими суперсложными "жучками" Барсуков и Коржаков нашпиговали кремлевские кабинеты, о чем их высокопоставленные обитатели, в принципе, догадывались, но сопротивляться тотальной слежке со стороны ельцинских фаворитов не могли. К примеру, шеф президентской администрации Сергей Филатов постоянно жаловался журналистам, что в своем кабинете с посетителями он вынужден общаться посредством записок, а самые важные переговоры вести в коридоре".

Не оставались без контроля квартиры и дачи высших должностных лиц страны. В смысле кадрового состава к 1995 году спецслужба Коржакова насчитывала более 40 тыс. человек. Для сравнения, во времена Андропова численность Центрального аппарата КГБ с входящим в его состав управлением внешней разведки составляла около 37 тыс.

Число сотрудников 9-го управления КГБ СССР, как, собственно, и других подразделений КГБ, всегда было засекречено. Предположительно, в советские годы 9-е управление имело порядка 9 тыс. сотрудников. При этом следует иметь ввиду, что в это число входили не только офицеры, но и обслуживающий персонал высших должностных лиц страны. В Центральном аппарате КГБ это было самое многочисленное, по числу сотрудников, управление. Коржаков же создал настоящего 40-тысячного монстра. К примеру, пограничные войска КГБ во времена СССР, охранявшие огромной протяженности границы страны, в августе 1991 года насчитывали 220 тыс. военнослужащих.

При необходимости Коржаковым применялись "активные мероприятия", своеобразные акции устрашения. В интервью изданию "Наша версия" Коржаков вспоминал:

"Мои сотрудники доложили мне о том, что в Барвихе, в непозволительной по требованиям безопасности близости от госдачи Ельцина возводится огромный особняк. Спрашиваю: "Чей?" – Говорят: "Руцкого". Начинаем разбираться – откуда, на какие деньги? До этого Ельцин выделил ему прекрасную резиденцию, с отличной мебелью, полным обеспечением. Но Руцкой к тому времени уже примерял себе кресло президента, не скрывал этого и был практически в открытой оппозиции. Я, конечно, не мог оставить без контроля чиновника такой величины, объявившего по сути войну действующему главе государства. Наши специалисты тайно съездили на его "объект", все рассмотрели, рассчитали и... В одну из ночей будущий коттедж сложился в кучку кирпичей как карточный домик. Ликвидация объекта прошла так тихо и грамотно, что никто даже ничего не заметил. А вот Руцкой все понял..."

"Наша Версия", 17 ноября 2008 года

По закону СБП не имела права выяснять, откуда у вице-президента России деньги на постройку дачи. Для этого существовали органы внутренних дел и прокуратуры. Уничтожение чужой собственности способом, опасным для жизни других людей, посредством взрыва, было уголовно наказуемым деянием. Но Коржаков чувствовал себя настолько уверенно, что не боялся не только совершать преступления, но и публично сознаться в совершенном им уголовном деянии, зная, что против него дела никто не возбудит, поскольку он из касты неприкасаемых.

Сумев провести в жизнь идею создания самостоятельной Службы безопасности президента и расставив на командные должности лично ему преданных людей, Коржаков, действительно, стал незаметно для всех, в том числе для своего патрона Ельцина, вторым человеком в России. Но это не могло остаться незамеченным для отслеживающей каждый шаг Коржакова конкурирующей с ним службы безопасности "Мост-банка". Через "дружественные" СМИ и журналистов группа "Мост" стала регулярно "наезжать" на Коржакова и его подопечного Сосковца. Газета "Комсомольская правда" писала:

"Не только для сохранения баланса, но и для усиления своего влияния Коржаков регулярно вынашивал планы по введению ЧП (чрезвычайного положения) в стране. При этом он предполагал сведение в единый кулак контроля над силовыми структурами и их бюджетом, над ВПК (военно-промышленным комплексом) и торговлей оружием, смещение Черномырдина, превращение Госдумы в фиктивный орган, отмену президентских выборов в 1996 году с объявлением Сосковца политическим преемником... Сколько писалось и говорилось о коррумпированности господина Сосковца, который, если не чувствовал в каком-либо деле личную выгоду для себя, пальцем не шевелил. Продвигая Сосковца по служебной лестнице, Коржаков ведь прекрасно знал о возбуждении на Сосковца уголовного дела органами КГБ еще в бытность того директором Карагандинского металлургического комбината. Речь шла о хищениях на миллион долларов США".

"Комсомольская правда", 22 сентября 2000 года

Сегодня миллионным хищением удивить кого-то сложно. Тогда это звучало убийственным обвинением в адрес потенциального главы государства.

Бывший охранник-топтун Коржаков в тот момент еще не понимал, что ввязался в борьбу со структурами, в которых "рулили" Бобков и Питовранов, наметившие, со своей стороны, в будущее руководство страны Евгения Примакова и Юрия Лужкова, сменившего в июне 1992 года на должности мэра столицы агента КГБ Гавриила Попова.

Александр Комельков

Прослуживший более 15 лет в 5-м управлении КГБ Александр Комельков всегда мечтал служить в 9-м управлении, при том не иначе, как на должности "прикрепленного". К его несчастью, он не подходил под определенные критерии, которым следовали при отборе кандидатур на подобные должности. Основными критериями являлись физические данные кандидата: рост не менее 180 см и прекрасная физическая форма. В основном, в 9-м управлении КГБ на службе состояли бывшие спортсмены; многие из них достигли в различных видах спорта достаточно высоких результатов, в том числе на международном уровне.

Невысокий, чуть более 170 см ростом, рано пополневший Комельков объективно не подходил для подобной службы. Тем не менее Коржаков взял его к себе в СБП, так как рассчитывал через него получать информацию о происходящем на телевидении, с одной стороны, и в службе безопасности "Мост-банка", с другой, поскольку там работали многие коллеги Комелькова по 5-му управлению КГБ.

Комельков планировал проникнуть в тайные планы могущественной службы безопасности "Мост-банка" прежде всего через любящего застолья с обильной выпивкой Балева.

План этот, однако, провалился. Будучи выдвиженцем Бобкова, Балев был ему предан. Он не отказывался от приглашений Комелькова "посидеть-поговорить", но дальше воспоминаний о прежних временах и разговорах об общих знакомых дело не шло.

Устав от разговоров ни о чем, Комельков напрямую сказал Балеву, что подослан к нему Коржаковым. Однако работать информатором Комелькова Балев категорически отказался. Через несколько дней московские газеты опубликовали сообщение о том, что один из ведущих аналитиков службы безопасности "Мост-банка" Балев (в газетах он был назван Болев) был жестоко избит неизвестными рядом со своим домом.

Впрочем, деньги открывали тогда любые двери, и вскоре в "Мост-банке" появились "кроты" Коржакова, через которых на широкое обозрение были выставлены аналитические справки этой службы, содержавшие подробную информацию о видных российских политиках и бизнесменах. Значительное место в этих документах уделялось СБП и самому Коржакову. Одновременно в печати стали появляться распечатки телефонных разговоров известных в стране людей, что послужило поводом для справедливых обвинений службы безопасности "Мост-банка" в незаконной деятельности.

Сергей Лисовский

Гораздо лучше обстояли дела у Комелькова с получением информации о процессах, происходящих на телевидении. Имея за собой поддержку в лице могущественного Коржакова, Комельков быстро сумел стать достаточно влиятельным человеком на ОТРК. Большинство кадровых назначений теперь не проходило без согласования с Комельковым.

В конце 1980-х годов на телевидении появился бывший комсомольский функционер Сергей Лисовский. До прихода на телевидение он организовывал в Москве грандиозные дискотеки в спорткомплексе "Олимпийский". В 1991 году он организовал телевизионное рекламное агентство "ЛИС’С", затем "Премьер СВ". К 1998 году "Премьер СВ" контролировал 65% телевизионного рекламного рынка.

В одном из интервью Лисовский вспоминал:

"В 1995 году ко мне пришел человек и предъявил удостоверение полковника Службы охраны президента. Он не захотел вести разговор в моем кабинете, а когда мы вышли, прямо сказал: "Чтобы у вас в дальнейшем не было никаких проблем, платите 100 тысяч долларов в месяц". Заметив мое замешательство и недоверие, позвал к себе в Кремль. Я пошел. [Я] тогда еще совсем не знал расположения кремлевских помещений. Это был корпус, где сейчас администрация президента, второй этаж, то есть мой новый знакомый не врал. Он в самом деле сидел в Кремле и вообще держался как хозяин жизни. Ко мне приехал на "мерседесе" (ничего похожего у меня еще не было), а сопровождающий его майор [был] с сакраментальной золотой цепью на шее — на "кабрио". Люди из охраны Ельцина были в то время всесильны"...

"Вы вместе со своими генералами моего менеджера не стоите. А я ему сто тысяч не плачу. Так что идите куда подальше", – ответил Лисовский и на следующий день получил "маски", автоматчиков, ГУОП, РУБОП. "Все к стенке" и так далее".

"Газета", 24 декабря 2003 года

Комельков умел "разбираться" со своими противниками.

Предыдущая часть опубликована 8 апреля. Следующая выйдет 22 апреля.

Все опубликованные части книги Владимира Попова "Заговор негодяев. Записки бывшего подполковника КГБ" можно прочитать ЗДЕСЬ.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

КОММЕНТАРИИ:

 
Запрещены нецензурная лексика, оскорбления, разжигание межнациональной и религиозной розни и призывы к насилию.
 
Осталось символов: 1000
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
 

Нажмите «Нравится», чтобы читать
Gordonua.com в Facebook

Я уже читаю Gordonua в Facebook

 
 

 
 
Больше материалов
 

Публикации

 
все публикации