Экс-замглавы СБУ Радецкий: Сколько стоила в 2014–2015 годах справка, освобождающая от мобилизации? Думаю, не меньше $5 тыс. 

Я представляю опасность для бывшей властной верхушки, начиная от Грицака, заканчивая всеми остальными

– Обычно люди вашей профессии избегают журналистов, а тут вы сами захотели дать интервью. Почему?

– Я реально сегодня представляю опасность для теперь уже бывшей властной верхушки, начиная от экс-председателя СБУ Василия Грицака, заканчивая всеми остальными. Хочу донести до общественности то, что творилось в службе, и почему я добровольно ушел с поста заместителя главы СБУ.

– Но вы пробыли на этой должности всего 20 дней и уволились четыре года назад, в августе 2015 года. Почему все это время молчали?

– Приняв решение отказаться от должности заместителя председателя СБУ, я сам себя поставил в рамки: никаких комментариев СМИ до полноценного вступления в должность нового президента. Почему до этого молчал? Четко понимал: есть верховный главнокомандующий, не дело военнослужащего и офицера его критиковать, особенно в условиях войны.

– Так война не закончилась, почему сейчас решили выйти в публичное поле?

– Я и в своем рапорте указал: если не можешь что-либо изменить – обязан уйти, чтобы не участвовать в сомнительных процессах. И все, ушел с должности по собственному желанию. Во время войны недопустимо покрывать коррупцию тем, кто уполномочен с ней бороться.

– Что вы имели в виду под "сомнительными процессами" и "покрывательством коррупции"?

– Моим основным направлением в работе была контрразведывательная защита экономики государства. Это практически весь сегмент экономики, который есть в стране и который находится под четким контролем спецслужбы: начиная от строительства, заканчивая нефтью, газом, электроэнергетикой.

19 июля 2015 года меня назначили заместителем председателя СБУ. В преддверии назначения на должность я попал на собеседование к тогдашнему президенту Украины Петру Порошенко. Глава государства задал мне несколько вопросов, я коротко ответил.

– Подозреваю, вы не просто "попали" на собеседование в Администрацию Порошенко, а кто-то рекомендовал вашу кандидатуру на пост замглавы СБУ. Кто?

– Сначала меня пригласил к себе Грицак, сказал, что мою кандидатуру рассматривают. После он несколько раз задал вопрос, который меня очень удивил: "Будешь членом моей команды? Могу на тебя рассчитывать? Ты меня не подведешь?"

– Почему вас удивили эти вполне логичные вопросы?

– Команду можно подбирать в бизнесе, а если это воинское формирование, вопрос "Ты мой человек или нет?" вообще не должен стоять. Служить бы рад, прислуживаться тошно. Я присягу давал украинскому народу, а не Василию Сергеевичу Грицаку.

– Что вы ему ответили?

– Мило улыбнулся, сказал, что может на меня рассчитывать при выполнении задач, не выходящих за рамки законодательства.

Изначально президентом рассматривалась моя кандидатура на пост первого заместителя председателя СБУ, начальника главного управления "К". Но перед тем, как попасть на собеседование к Порошенко, Грицак меня попросил: "Очень тебя прошу, стань просто замом. У меня на должность первого зама есть свой человек". Я согласился.

Для меня этот вопрос был непринципиальным, гораздо важнее было разобраться в процессах внутри СБУ, которые происходили в постмайдановский период, потому что изнутри видел: конкретных изменений в Службе нет, все занавес и пыль.

Из 250 грн за техосмотр авто 150 клали в карман сотрудники ГАИ. В Тернопольской области незаконный доход от техосмотра насчитывал до 30–40 млн грн ежегодно

– Как выглядело собеседование у Порошенко?

– Меня пригласили в Администрацию поздно ночью, около половины третьего, кажется.

– Вам не показалось, мягко говоря, нетактичным вызывать человека на собеседование посреди ночи?

– Ну Петр Алексеевич работал по ночам. Он – главнокомандующий, я – военнослужащий, так что… Перед тем, как подняться на четвертый этаж, попросили нас сдать часы, мобильные телефоны и так далее. На встрече было несколько кандидатов на должность заместителя председателя СБУ – генерал-майор Виктор Трепак, генерал-полковник Виталий Маликов, один из кандидатов в департамент по борьбе с киберпреступностью, я и Грицак.

Встреча длилась минут 20. Порошенко лично с каждым знакомился, задавал по несколько вопросов кандидатам. Спросил, есть ли у меня базовое экономическое образование, знаю ли я о проблемах в ключевых отраслях – нефть, газ, атомная энергетика. Еще Порошенко попросил меня в течение двух недель подготовить развернутый документ, в котором изложить глобальные проблемы в экономике с точки зрения безопасности, на которые надо обратить внимание. На этом встреча завершилась, на следующий день я был назначен на должность зампредседателя СБУ и приступил к работе.

– Вы говорите, что вашу кандидатуру Порошенко рекомендовал Грицак, а злые языки утверждают, что вас лоббировал почетный патриарх Православной церкви Украины Филарет.

– Блаженнейший Филарет всегда мне помогал, но я бы не называл это "лоббированием". Он рассказал Порошенко обо мне, дал, так сказать, характеристику. Думаю, это тоже сыграло свою роль, ведь у нас с 2005 года принципиальным и профессиональным людям тяжело попасть в СБУ, где отбор по принципу личной преданности руководству.

– Это правда, что вы крестник Филарета?

– Неправда, к глубокому сожалению. Но блаженнейший – мой духовный наставник, помогает мне по жизни, наставляет и спасает от эмоциональных, необдуманных поступков.

– Патриарх Филарет точно не способствовал вашему удивительному карьерному взлету? Вы ведь получили звание генерал-майора СБУ в очень молодом возрасте – 34 года.

– Я вам больше скажу: в марте 2009 года, на День СБУ, я не только новое звание получил, президент Виктор Ющенко наградил меня Орденом Данилы Галицкого.

– За какие, простите, заслуги?

– За весомый личный вклад в развитие Украины, добросовестное и безупречное служение украинскому народу.

– А если без пафоса?

– В 2007–2010 годах я возглавлял управление СБУ в Тернопольской области. Накануне награждения и присвоения звания мы провели две серьезные спецоперации. Первая – перекрыли коррупционную схему в системе МВД по техосмотру авто, вторая – предотвратили незаконную продажу продуктов ядерной переработки.

– С этого места подробнее, пожалуйста.

– Первая спецоперация – по системе МРЭО в Тернопольской области. Тогда в Киеве техосмотр автомобиля в милиции стоил 130 грн, а в Тернополе, где я работал, – 250 грн. Мы начали разбираться. Оказалось, при местных МРЭО действовали коммерческие структуры под видом государственных. То есть служебные помещения и оборудование – от МРЭО, но деньги за техосмотр шли не в госбюджет, а в частные карманы. Буквально: из 250 грн за осмотр авто 150 грн клали в карман сотрудники ГАИ Министерства внутренних дел Украины аж на самом верху.

Мы задержали одного из руководителей МРЭО непосредственно в момент передачи денег в центр, в Киев. До силового противостояния доходило: гаишники дороги перекрывали, чтобы мы не вывезли этого человека. Ущерб государству от деятельности одного подставного СТО оценивался на сумму свыше 1 млн грн, хотя, по нашим данным, доходы руководства ГАИ управления МВД Тернопольской области только с техосмотра насчитывали до 30–40 млн грн ежегодно.

После этой спецоперации против меня начался "черный пиар" в сомнительных СМИ. Хотя Тернопольское управление СБУ было одним из самых маленьких в системе, у нас были одни из лучших показателей по стране.

– А вторая спецоперация, по предотвращению продажи радиоактивных отходов?

– В Тернопольской области одна организованная преступная группировка пыталась продать за границу контейнер с радиоактивными веществами. К сожалению, на бывшем постсоветском пространстве подобных опасных материалов много.

Люди из ОПГ нашли покупателя, начали договариваться, но не знали, что "покупатель" – это наши люди из СБУ, действовавшие под прикрытием. Мы задержали преступников. Ими оказались депутат Тернопольского областного совета от Партии регионов и два местных частных предпринимателя, суд приговорил их к восьми годам. Они планировали продать контейнер с почти 4 кг радиоактивного вещества за 10 млн долларов.

Собственно, за эти две операции меня наградили, а позже, в марте 2010-го, когда Янукович пришел к власти, уволили.

Справочка, освобождающая от мобилизации, всегда была доходным бизнесом, а во время войны – тем более

– Ваш отец, второй министр обороны независимой Украины генерал армии Виталий Радецкий, – человек легендарный и авторитетный в профессиональных кругах. Фамилия помогала вам в карьере?

– Да! За принципиальность мне не раз грозила опасность, вплоть до физического воздействия, но именно фамилия отца сдерживала коррупционеров из числа топ-чиновников.

На момент его назначения я уже прекрасно знал, кто такой Семочко. В СБУ все знали, что это человек, требующий глубокой проверки на предмет коррупции.

– Вы высказали свое негодование Грицаку лично?

– Не просто высказал, а прямо спросил: "Как это без меня вы назначаете моего непосредственного подчиненного?" На что Грицак ответил: мол, это было сделано специально, дабы не назначили на эту ответственную должность генерал-лейтенанта Василия Писного – замначальника Главного управления по борьбе с коррупцией и оргпреступностью СБУ. Это достаточно известный человек, у него тоже биография специфическая.

– Зачем к вам приставили Семочко?

– Чтобы отрезать меня от управленческих решений. Семочко стал, по сути, смотрящим по экономическому направлению в СБУ. Грицак мне тогда сказал, что это назначение – его личное решение и в ультимативной форме поставил меня перед фактом: "Семочко будет работать".

Как именно он "работал" – отдельная тема. У него не было и нет базовых экономических знаний, он не разбирался в вопросах нефтяной и газовой отраслей, в вопросах атомной энергетики и так далее. А в условиях войны и нестабильной ситуации в стране времени на обучение базовым вещам у меня точно не было.

– Может, Семочко должен был разбираться в других вещах, в которых он точно ас?

– Не знаю, я в этих договорняках не участвовал. Моей задачей было как можно быстрее попрощаться с этим персонажем.

– В итоге попрощались с вами.

– У меня с Семочко с первого дня началась, скажем мягко, личная неприязнь. Когда я понял, что для него все, что связано с защитой экономики государства, – пустой звук, опять обратился к руководству, настоял на назначении профессионалов, а не мутных лояльных людей. Грицак на протяжении двух недель ни разу не принял меня по вопросам кадровых назначений. Я хлопнул дверью и уволился, потому что не мог ничего изменить, а участвовать в этих схемах не имел морального права.

Достаточно одного агента Кремля, но на топ-должности в государстве, – и он нанесет вреда гораздо больше, чем сотни агентов

В решении покинуть службу ключевым был не только Семочко, а совокупность факторов. Как заместитель председателя СБУ я хотел разобраться, что происходило в ведомстве, как только Янукович и бывший глава службы Якименко сбежали из Украины. Как и почему пропали оперативные материалы, кто несет за это ответственность? Ведь до сих пор нет объективного внутреннего расследования, что творилось в СБУ во время и сразу после Майдана. Ни при Наливайченко, ни при Грицаке эти служебные расследования так и не были проведены.

– Почему?

– Для меня это загадка по сегодняшний день. Думаю, ни у кого не было в этом заинтересованности.

– Но после победы Майдана и бегства Януковича новая власть уверяла общество…

– (Резко прерывает) …что якобы все материалы в СБУ сожгли, а в здании остались лишь пустые кабинеты? Это неправда! Все были на местах, за исключением руководителей высшего звена. Более того, они и сегодня на местах.

Когда я поднимал вопрос – и при Наливайченко, и при Грицаке – о необходимости внутреннего расследования в СБУ, мне отвечали: "Вам что, нечем больше заняться?" А ведь надо было объективно разобраться, что все-таки происходило в службе во время правления Януковича и после: куда уходили документы, кто имел допуск, был ли слив информации, какие материалы утрачены?

– Сколько, по вашим подсчетам, сейчас российских агентов в СБУ?

– Специфический вопрос.

– Актуальный.

– Здесь не количественный показатель имеет ключевую роль. Достаточно одного агента Кремля, но на топ-должности в государстве, – и все, он нанесет вреда гораздо больше, чем десятки и сотни агентов. В СБУ до сих пор на важных должностях люди, которые назначались еще при Януковиче, а ведь они отвечают в том числе за все арсеналы и боеприпасы по стране.

– Какой вывод вы для себя делаете?

– Всестороннего объективного расследования госизмены отдельных сотрудников СБУ не проведено, а сама служба за пять лет правления Порошенко так и не очистилась.

– Ну Порошенко уже четвертый месяц как не президент, а СБУ уже возглавляет представитель новой команды Иван Баканов. Позитивные сдвиги в службе заметны?

– Во-первых, несмотря на то, что я числюсь сотрудником СБУ, с 2015 года я де-юре безработный, без права входа в любое из помещений службы. Что касается нового главы ведомства… Это должен быть своего рода камикадзе. Он должен взять на себя ответственность и почистить авгиевы конюшни СБУ, несмотря на то, что против него начнутся не только информационные атаки, но возникнет реальная угроза здоровью и жизни.

СБУ настолько инкорпорирована в мир организованной преступности, настолько связана с теневым бизнесом и коррупцией, что сама по себе представляет угрозу безопасности Украины. Необходимо срочно ее реформировать. Но для этого нужна политическая воля первого лица. Ни у одного из предыдущих глав государства этой воли не оказалось.