+12 Киев
Данилкина сказала, что много месяцев провела на передовой на запорожском направлении, где "столько опасности было рядом", но чувствовала, что-то случится именно в Херсоне.
10 февраля вместе с побратимами она ехала в автомобиле, когда начался обстрел. По словам Данилкиной, в автомобиле, кроме нее, было еще двое военнослужащих. Основной удар пришелся на сторону, где сидела Данилкина. Остальные военнослужащие тоже получили травмы.
"Первый снаряд не попал, второй тоже, третий лег совсем близко. И его осколки пробили насквозь машину... Мы ехали, недалеко был блокпост. И было понятно, куда они стреляли. Я уверена, что "птичка" нас уже сопровождала. Наверное, третий или четвертый взрыв – пробивается машина. И я хватаюсь... Двигатель глушится, но машина катится, мы съезжаем [на обочину] – я вот так прячу голову, отвожу вбок. Потому что сразу же еще взрывы. Я хватаю ногу. И когда я уже открываю глаза, мы стоим на обочине... Ну, я все увидела: что все в машине вырвано... Я держу кость... Так как все разорвано: вся штанина разорвана, видно, что шкура – все... И это понятно было. Но не хотелось верить. Очень сильно не хотелось верить", – сказала Данилкина.
Она вспомнила, что пыталась расспросить у сослуживца, какие травмы получила, так как сама оценить свое состояние не могла.
"Я кричала сослуживцу: "Что там?!" Он смотрел. Я видела, как он опускает взгляд, смотрит туда, поворачивается на меня – и у него текут слезы, он орет. Все в машине на самом деле в тот момент орали. Была адская боль, ужасный запах, ужасные чувства... Но слава богу, меня спасли", – сказала Данилкина.
Военнослужащая рассказала, что у нее с собой не было жгута, и ей удалось выжить только благодаря тому, что сзади ехали боевые медики.
"Они подбежали ко мне, наложили мне жгут. В этот момент обстрел [продолжался]. Они отбежали. Я закрыла глаза и начала молиться, чтобы не попало", – рассказала Данилкина.
По словам военнослужащей, ее быстро эвакуировали в больницу в Херсоне. В автомобиле, по ее воспоминаниям, "ногу положили непосредственно сбоку".
"Я тогда уже поняла... Как бы когда меня подняли на руки, я чувствовала, что нога висит, но не хотелось верить. Я кричала, что я не хочу и не могу в это верить, – вспомнила Данилкина. – [В больнице] меня переложили сразу же на каталку, я кричала и просила, чтобы побыстрее мне дали наркоз. Это была невыносимая, адская, мучительная боль, которую я никогда не забуду и которая придает мне еще больше сил идти вперед".
По словам военнослужащей, очнулась она уже в Николаеве, куда ее перевезли из Херсона. Она хорошо помнит диалог с врачом, который ее оперировал.
"Когда я приехала в больницу, я помню врача над собой. И я говорю: "Пожалуйста, скажите – не обещайте, просто скажите: [есть] хоть 1%, что можно спасти ее?" Он сказал: "Да". Но я верила, что нет. Мне кажется, он просто не хотел меня расстраивать. Этот врач – он плакал, когда меня оперировал", – рассказала Данилкина.
Военнослужащая потеряла много крови. Медики сказали ей, что "буквально 10 секунд" – и ее могли не спасти.
"Мне просто повезло, что мне вовремя наложили жгут. Я бы не доехала просто до больницы", – отметила Данилкина.
Военнослужащая сейчас готовится к протезированию.
