Лубинец: После первой встречи с Москальковой у меня Facebook разделился на две части 

"Переговоры происходят тяжело. Российская сторона приезжает на них с каким-то своим видением множества проблем. У нас к этому свое отношение. Поэтому не все так просто с российской визави", – сказал омбудсмен.

Он отметил, что до того, как они стали встречаться очно, были консультации в телефонном режиме и по переписке. Первое письмо Лубинец отправил после трагедии в Оленовке Донецкой области.

"После этого у нас было непубличное общение. Но когда оно дало результат, я решил показать украинскому обществу, что у меня есть прямой контакт с Москальковой. Российская сторона предлагала показать, что у нас появился канал коммуникации, с первого официального письма. Я сказал, что этого не будет, пока эта коммуникация не принесет конкретных результатов. Это произошло после того, как в том числе Москалькова помогла вернуть 108 наших героинь. Тогда мы с ней очно и встретились", – сказал Лубинец.

Он подчеркнул, что договориться о возвращении украинских пленных сложно, так как украинская и российская сторона "по-разному понимают Женевские конвенции".

В то же время, по его словам, после того, как он начал коммуникацию с Москальковой, в вопросе содержания украинских пленных в РФ "появился сдержанный оптимизм": хотя в целом картина не изменилась, "где-то улучшаются условия, где-то начали выдавать средства гигиены, чего до сих пор не было, где-то – выдавать теплые вещи, увеличили количество пищи".

"Я встречаюсь с гражданами страны, убивающей моих родных, близких, знакомых. На этой войне у меня погибли многие друзья, товарищи, люди, которых я просто знал. Что я должен чувствовать? Ненависть. Но я омбудсмен и не имею права на эмоции. У меня нет выбора. Когда я впервые встретился с Москальковой, у меня Facebook разделился в комментариях на две части. Одна спрашивала, почему я не плюнул ей в лицо. А другая: "Почему ты все еще всех не вернул?" – добавил Лубинец.